Инкубатор
Шрифт:
— Почему?! — потерял терпение Домовитый. — Степа, ты бредишь?!
— Иначе они убьют всех, до кого смогут дотянуться. Что непонятно?
— Ничего не понятно, — пробурчал старший бодигардов. — Точно, бред какой-то. Если сейчас кто-то и всплывет, в чем я сильно сомневаюсь, он будет в таком состоянии, что его придется тащить всей толпой. Да он даже двигаться сам не сможет, потому что полчаса торчит в ледяной воде!
— Третья минута пошла, — Степа машинально глянул на часы. — Ребята… Надо валить, поверьте мне, иначе мы все умрем.
— Мы не будем ни с того ни с сего стрелять в людей, — категорично заявил старший бодигардов. — Вылезут — выловим, спеленаем, потом будем разбираться.
— Да нельзя их «пеленать»! Владимир Аркадьевич, дайте команду!
— Извини, Степа, но я не могу дать команду просто так стрелять в людей. Не волнуйся, если вынырнут, мы их захватим. Сейчас Веня подъедет, его ребята нам помогут.
— Черт… Ну тогда все молитесь и шлите СМС-завещания…
Да уж… Таким я Степу еще не видел. Сегодня он мне открылся в очень необычной ипостаси. Если кто не в курсе, Степа — это Мастер Боя. Таких людей у нас в стране едва ли с сотню наберется на все скотопоголовье в погонах и с «железом». Обычно он монументально спокоен и в любой, самой жаркой схватке хладнокровен и расчетлив, словно боевой робот.
А сейчас он боится.
Паникующий Степа — это такой же нонсенс, как сухая вода и холодный зной. Нет, я не чувствую волн страха (а я с грехом пополам научился их улавливать за последние полгода), исходящих от него, но… он ведет себя как новобранец в полуразрушенной цитадели, которую собирается брать штурмом элитный отряд ветеранов. В усадьбе постеснялся догнать Веню-младшего (даже если это не он, в любом случае там был пацан младше и слабее меня) и явным образом держал дистанцию, а сейчас выстроил «телков» шефа и собирается без разбора палить во все, что всплывет.
Очень, очень странно…
Тут к нам присоединились несколько автомобилей, до этого стоящих на той стороне озера и на берегу стало людно и шумно.
Люди, составившие нам компанию, хорошо знали Домовитого и доктора и сразу стали оживленно обсуждать случившееся и куда-то названивать. Из разговора я понял, что тут в двух шагах проживает семья каких-то именитых дайверов экстра-класса и они прямо сейчас подскочат со снаряжением, чтобы организовать спасательные работы, не дожидаясь официальных спасателей. Потому что этих официальных, сами понимаете, вряд ли и к утру дождешься.
Через минуту подъехал кортеж Вени-старшего.
Едва успев выскочить из машины, Веня с ходу закатил истерику. Размахивая каким-то пультом, он принялся козлом скакать по берегу и истошно вопить:
— Он там! Он под водой! Все бегом туда!!!
Венин начальник СБ за ним не бегал, теперь это сомнительное удовольствие выпало на долю троих телохранителей, следовавших за хозяином неотвязными тенями. Веня традиционно вел себя скверно — он пытался столкнуть телохранителей в полынью и орал, чтобы они немедля спасали Веню-мл.
Телохранители в полынью не хотели и ловко уклонялись от купания. От этого Веня ярился еще больше, орал благим матом и обещал лично ликвидировать всех за саботаж и предательство.
— Если он умрет, я вас всех тут утоплю, твари! И где же вас таких делают, урр-рроды?!
Домовитый с доктором пытались ему втолковать, что с минуты на минуту подъедут дайверы, но Веня их не слушал и продолжал активно генерировать истерику.
Уставший от шалостей хозяина начальник СБ приехал в последней машине и выходить не спешил. Степа чуть ли не силком выволок его наружу и потребовал обеспечить ему связь с Верховным (я так понял, что он имел в виду Серого).
— Ух ты какой шустрый! — удивился начальник СБ. — Основание?
— «Паладин-327».
— И все? Думаешь, этого достаточно?
— Просто передай позывной, дальше уже не твоя забота.
Начальник СБ передал позывной, и спустя несколько секунд в рации послышался знакомый голос:
— Я тебя слушаю, «триста двадцать седьмой».
Это был «Серый-у-камина». Уй как интересно!
— Против нас работают «стилеты», — сообщил Степа. — Прошу полномочий.
— Ты уверен? — в голосе Серого, даже искаженном рацией, отчетливо слышались удивление и тревога.
— На сто процентов.
— Что ж… Хорошо, пусть подойдут, кто там главный.
Главными тут были Веня и Домовитый. Первый на призыв не реагировал, он был по горло занят истерикой, так что начальник СБ позвал Домовитого и, по-видимому, решил сам выступить в роли второго главного. Очень самоотверженный поступок (никакой иронии: тут он добровольно подставился, если что-то пойдет не так, потом ведь придется отвечать).
Когда подошел Домовитый, в полынье разом всплыли две головы.
— Веник! — радостно заорал Веня, бросаясь к краю полыньи. — Все сюда, помогите ему!
— Огонь! — крикнул Степа, бросаясь к Вене и грубо выталкивая его с линии огня. — Работаем, чего замерли?!
— Спокойнее, не мельтеши, — осадил его старший бодигардов шефа. — Сейчас мы их выловим…
— Помогите! — хрипло крикнул один из пловцов, гребя к берегу и волоча второго. — Не дотяну!
— Да нельзя их ловить! — Степа неожиданно подскочил к одному из «телков», ударил коленом в пах, в мгновение ока отнял пистолет, и…
…открыл беглый огонь по пловцам.
О, боже…
Все произошло так быстро, что никто и среагировать не успел: через несколько мгновений в полынье покачивались два мертвых тела.
Веня взвыл дурным голосом, упал на колени и пополз к полынье.
— Убии-и-ил!!! Ты убил его!!! Мой сын…
— Это не твой сын, — сказал Степа, отдавая пистолет скрючившемуся на берегу бодигарду. — Извини, брат, так надо…
В тот момент я подумал, что Степа сошел с ума.
Он всегда был такой стойкий и выдержанный. Его хладнокровие и непоколебимое мужество (да простят меня циники за мимолетный пафос, но это самое верное определение) много раз спасали команду от неминуемой гибели. Но, как известно, у каждого есть свой запас прочности. Наверное, в нашем боевом роботе от перенапряжения «сгорела какая-то микросхема» и он, попросту говоря, «слетел с катушек».