Инкубатор
Шрифт:
— Думаю, вам самому придется всех выпроваживать. Остальных они просто будут посылать. А если вы с Владимиром Аркадьевичем пойдете, вполне такой авторитетный дуэт получится.
— Ну что ж, если надо… — Веня сокрушенно вздохнул. — Так, минуточку… Если Иван с Веником не отвечают, кто у нас сейчас в парке?
— Получается, никого.
— А вот это нехорошо. Надо бы пару человек туда отправить.
— И кого же? Своих бойцов не дам, они у вас сейчас за «телков», — начальник СБ мотнул фонарем в сторону Домовитого. — Разве что парней Владимира Аркадьевича попросить…
— А что там в парке? — спросил Домовитый.
Веня объяснил, что в парке дети с аниматорами, под руководством Вени-младшего и его надзирателя Ивана.
То есть, если бы сейчас с детьми был Иван, лучшей защиты и не сыскать: это богатырь, который голыми руками в секунду удавит хоть дюжину маньяков. Но Иван, как и Веня, уже давненько не выходит на связь (вот время-то спрессовано, с момента первых криков прошло едва ли более четверти часа!), и их не могут нигде найти. Так что надо бы на всякий случай отправить туда пару человек. Дети все-таки…
«Надзиратель Иван», применительно к юному лорду Вениамину, это занимательно, не находите? Надзиратели обычно бывают в тюрьмах и колониях для малолетних. Особенно же это занимательно в связи с событиями последней четверти часа…
— Не вопрос, — сказал Домовитый. — Юра, Алекс, выдвигайтесь в оранжерею.
— Просто охранять, или делать что-то конкретное? — уточнил Юра.
Начальник СБ сказал, что в оранжерее есть дверь. Надо выйти в парк, завести всех детей в оранжерею, подогнать поближе снегоходы и осветить помещение фарами, тогда будет значительно легче контролировать ситуацию.
— Вот этот коридор ведет к оранжерее, — начальник СБ показал на одну из занавешенных портьерами арок. — Прямо, потом налево.
— А я там был, не заблудимся, — сказал я.
— Все понял, приступаем, — кивнул Юра, вынимая из-за пазухи тесак для разделки мяса. — Алекс, на тебе ятаган.
— О, — оценил Степа. — С кухни спер?
— Почему сразу «спер»? Взял для дела, потом вернем.
— И много взял?
— Ровно столько, сколько надо, — Юра тотчас же выделил Степе изящный стилет для колки льда.
— А себе оставил что-нибудь?
— Естественно, — Юра похлопал себя по карманам. — В двух экземплярах.
— Это плохая идея, — не одобрил начальник СБ. — Если столкнетесь с кем-нибудь из охраны и они увидят у вас «железо», реакция будет болезненной.
— Ххэ! — глумливо хрюкнул Юра. — И чо они мне сделают, без стволов-то?
— Да, мне тоже интересно, — сказал Степа. — У них кроме рук-ног что-нибудь есть?
— Ну… Шокеры есть, — начальник СБ сконфуженно почесал затылок. — Ммм… «Перец» есть, «телескопы»…
— Против клинков в умелых руках — негусто, — резюмировал Степа. — Но ты не переживай, без крайней нужды размахивать «железом» никто не станет. Так… Дай-ка мне этого «мастодонта»…
Степа отнял у Юры антикварный фонарь: «Дойдете с мобилами, там у вас будут фары, а нам здесь лишний свет не помешает».
— Кстати, фонарь не забудьте потом на место поставить, — неожиданно обратил внимание Веня. — Это из домашнего музея, семейная реликвия.
— Обязательно, — кивнул Степа.
— Ну а нам надо определиться, пойдем всей толпой или все же разделимся… — начал было Веня и осекся.
Со стороны оранжереи в зал вплыл Веня-младший собственной персоной.
Именно вплыл: был он, как мне показалось, сонный или пьяный, пошатывался и ступал неуверенно и вполне естественным жестом прикрывал глаза ладонью от света направленных на него фонарей.
Лицо его было поцарапано, но крови на нем видно не было. И балахона с маской, что характерно, тоже не было, Веня-младший был одет в спортивный костюм.
— Ты где шлялся?! — заорал Веня, бросаясь к своему чаду и тормоша его. — Ты что делал? Что с тобой?! Ты почему поцарапанный?! Ты в курсе, что тебя уже полдня весь дом ищет?!
— Па, спокойнее, — сонным голосом пробубнил Веня-мл. — Ты чего такой взъерошенный?
— «Взъерошенный»? Да тут на тебя уже всех собак повесили! Ты почему поцарапанный? Что у тебя с голосом? Где Иван?
Веня-мл. вопрос про голос и Ивана пропустил, а по поводу царапин сказал, что с ним произошел странный случай: кто-то ударил его сзади по голове, он потерял сознание, а когда очнулся, оказалось, что пропали балахон и маска.
— Я же говорил! — возликовал Веня. — Ударили! Забрали! Не мог он, не мог, я знал! Головка сильно болит?
— Ммм… немного. Честно говоря, я бы сейчас поспал маленько.
— Желваков нет, вроде бы все в порядке, — доктор быстро ощупал голову Вени-мл. — Тошнота, рвота?
— Ммм… Нет, нормально все. Только слабость и спать охота.
— Все равно, надо будет осмотреть в нормальных условиях и снимок сделать, — сказал доктор. — А пока, да, можно прилечь.
Начальник СБ поставил задачу одному секьюрити: сопроводить Веню-мл. до юго-западной спальни, проверить, нет ли там посторонних, запереть дверь и бегом обратно.
Веня с секьюрити пошли в одну из арок, а мы с Юрой отправились в оранжерею, оставив «оперативный штаб в раздумьях», в каком составе приступать к депортации гостей: всем скопом или разделиться на две группы.
Мы с Юрой вошли под арку и двинулись по коридору, светя под ноги мобильниками. Коридор был широкий, с высоким сводчатым потолком, скорее не коридор, а галерея, с растениями в кадках по обеим сторонам и очень уютными деревянными скамейками.
— Погоди-ка… — сказал Юра перед поворотом и склонился над одной из скамеек.