Шрифт:
Часть первая
Живёшь себе спокойно с уверенностью в том,
что с тобой уж точно такого никогда не случится!
А ты уверен, что живёшь?..
Vera
Моя история начинается банально, как первая любовь: пришёл, увидел,
Кормить бакланов ни в коем случае не стоит с телефоном в руках. Да и вообще какой смысл их кормить, если эти хищники прекрасно обходятся местной рыбой?! Даже ролик такой был, помните? Девушка бросает хлеб (думает, что хлеб), и ей остаётся только звонить своим друзьям через горбушку.
Я осознаю и пребываю в шоке: долго хохочу и жую чёрствый хлеб. В осеннюю воду лезть не хочется. Потом уже, спокойно оплакав потерянного робота, бреду в город.
В баре сплошные счастливчики: они закусывают выпивку, фиксируя сей процесс камерами своих живых телефончиков. Гляжу на них, а в голове шорох: да что вы знаете о жизни?!
Бармен, стойка, вижу ром. Стоп! Стойка?! Как это возможно в таком захолустье?.. Ну, допустим.
– Налейте, пожалуйста. – сдержаться от иронии не в силах: – Лучше сразу две стопки. Чётные.
– Соболезную?
– Видимо да, как мне найти моих друзей, если они все остались на дне вашей чёртовой речки…
– Телефон?
– Обожаю барменов, вы самые проницательные! Пожалуй, и тост придумывать не надо: за вас, чёрт возьми!
– Часто заливаете горе?))
– Смотрю много фильмов. А вообще… это мой второй ром в жизни.
– Расскажите про первый.
– Сейчас вспомню… Постойте. Точно. Второй курс, вечеринка на даче, кажется, новогодняя. Но почему-то ром был с утра… Очень странно. Помню, что было достаточно вкусно. Скажите честно, вам начальство инструкции выдаёт, как разболтать клиента?
– Даже не сомневайтесь. Только не клиента, а гостя.
Смотрю на него и понимаю, как выворачивает не меня, но душу: высокий (может он на каблуках? отсюда ж не видно), кареглазый (омут), кольцо на правильном месте (отсутствует), человек – ты откуда такой идеальный?
– Не вижу вашего бейджа, простите…
– Очень приятно, Вера. Я – Саша.
– Просто Саша? Правда? Стоп! А откуда?.. Как вы?
Он молча наклоняется, загадочно улыбается и проводя аккуратно рукой по моей шее, берёт нежно кулон с бязью выписанным Vera. Дура.
– Саша, этот ром – волшебное зелье, или я заблудилась в Изумрудном городе?
– Когда хочется сказки, все дороги ведут туда. Как тебя занесло вообще в нашу глушь?
Экспонат Эрмитажа
С трудом вспоминаю тот вечер, уверена, что алкоголь свою работу знает хорошо. Помню прекрасно, что рассказала Саше всю свою жизнь, как на исповеди. И не очень прекрасно то, что ему пришлось заплатить за меня. Как бы ни пыталась я испытать весь свой запас приличия и флирта, акция была вынужденной: абсолютно отпустив свои остатки разума из-под контроля, я попыталась расплатиться карточкой в телефоне. В каком телефоне? Правильно, в утопленном. А сумка со старинными купюрами и кредитками нагло отдыхала в номере. Она так и встретила там, развалившись бесстыдно на моей luxury-односпалке: «Что? Вспомнила о нас?! То-то же…»
Александр оказался более благородным, чем мне представлялось (или хотелось?). Он честно проводил меня до отеля, где я рассчитывала рассчитать его в своей комнате. Но мои уловки были напрасны и, очевидно, наивны. Угостил, проводил, вежливо подержал за кончики пальцев. И ушёл.
Ведро холодной воды меня будит поздним утром: я резко вскакиваю в кровати и понимаю, что не только мои друзья остались на дне озера. Работа, архивы фото, заметки, приложения… Современный человек слишком рискованно обращается с техникой. Мы доверяем ему больше, чем соседу или родственнику, чем даже собственной памяти.
Что же делать?! Плетусь в ванную. Моё отражение выражает первые потребности: умыться, привести себя в порядок и поесть. В животе урчит, в голове мелькают чёрный кофе и сосиски. Какое удивительное чувство: начинаешь чувствовать себя независимой, а не потому что: «Ой, вот она в маске панды фотку выложила, мне же тоже надо! А что это? Ммм, пицца. Хочу-хочу!».
Впрочем, вернёмся к моей истории.
Привет. Меня зовут Вера, и я
Я вплоть до экстаза обожаю тексты Набокова, красиво завёрнутые в обёртку метафор, иносказаний, авторских эпитетов. Но писать так мне не дано. Поэтому получите и распишитесь: как могу.
Мой незатейливый визит сюда – попытка побега. Многие поколенники мои быстро устают от машин, беготни, повышенной конкуренции по жизни. И вот такие мы сбегаем в поля, живём воздухом и пишем в блоги о том, что жизнь за кольцом существует. А ещё она бывает прекрасной. Впрочем, существует она везде, как и тысячи лет назад: в воде, в еде, в космосе, всюду. Остановиться и заметить это трудно, ведь так ничего не успеешь.
Но это всё лирика, а где-то пару недель назад Паоло прислал мне вот такую прозу из жизни:
«Дарогая, я очинь люблю тибя. Но такийе атнашэния невазможна тля наша семья. Извините меня, лутше мы нивместе. Твоё Паоло.»
Исстарался прямо. Твоё. Самое что ни на есть. Твоё.
А через несколько дней Мишка, бывший сосед по общаге и нынешний москвич, рассказал о работе мечты: путешествовать за деньги. Я загорелась моментально. Главное, чтобы не Италия. Встречать на каждом шагу копию «твоё П.» с чернявыми кудрями, поджарым цветом кожи и разговорчивыми руками… Это было выше моих сил. А вот сбежать хоть в Гренландию я была готова сразу же. В турфирме, где Мишка работал уже второй год, на меня посмотрели с удивлением. Совершенно не поинтересовавшись куда, я только с порога спросила: когда?
«Мы разрабатываем новые интересные маршруты по России. Туры по типу «русское сафари», «единение с природой», «живая Сибирь». Отправляем вас узнать, как там дела с инфраструктурой, дорогами, логистикой. Ну и, конечно, приветствуем всякие разные местные диковинки, которые вы встретите».
И вот моя первая диковинка – Саша. Если не считать бакланов.
Токсичные отношения с Паоло продолжались слишком натяжно последние месяцы по разные стороны границ. А тут столько лёгкости: просто идеальный молодой человек. Хотя вначале почти все особенные: от химии и страсти мало кому удаётся скрыться. Наверняка у него есть девушка. Такая же идеальная. Точно. Вот и ответ, почему он даже не попытался приставать. Оно и к лучшему, мне пока трудно контролировать свою химию-физику.