Император
Шрифт:
– Будешь врать – поцелуя вовек не дождешься! И зелье твое не поможет, клянусь!
Отрок, видно было, мучился – вертелся на скамье, словно уж, может, даже клял свой болтливый язык самыми последними словами.
А хитрая Лерба, помня наказ хозяина, тоже входила в раж: очень уж ей любопытно стало – что там за зелье такое? Она уж и подол повыше колен задрала, и рубашку с плеча приспустила, почти до самой груди… да что там – почти!
– Ай, ладно, – махнув рукой, вскочил на ноги отрок. – Зелье-то у меня в мешке, сейчас принесу… я быстро. Смотри, только с поцелуем не обмани.
– Не обману. Когда я кого обманывала?
Посмотрев убегающему мальчишке вслед, служанка погладила рыжего бродячего кота, нагло прыгнувшего с крыши на подоконник, и улыбнулась: может, и в самом деле прав господин – хороший из Бруно получится муж! Послушный, легко управляемый… Или это он пока еще юн – такой? Так, как господин сказал – воспитывать надо.
Подросток вернулся быстро, вытащил из котомки два разноцветных флакона, с торжествующим видом протянул девчонке… и тут же, хитро прищурившись, убрал руки за спину:
– Не-ет! Сначала – целуй!
За этим-то занятием и застал их внезапно вернувшийся князь – за страстным и долгим поцелуем, подействовавшим на юного Бруно столь сильно, что парень даже выронил флаконы. Сначала синий упал… потом – красный. Одна склянка разбилась, и растекшееся по полу зелье вмиг привлекло внимание сидевшего на подоконнике кота.
Впрочем, целующимся все вокруг, похоже, было уже безразлично.
Подойдя ближе, Вожников спрятал усмешку и хлопнул паренька по плечу:
– А что это вы тут делаете-то, а?
– Ой!
Обернувшись, Бруно в ужасе округлил глаза, Лерба же отпрянула, едва не наступив на валявшегося без движения кота…
– Рыжий, – присев на корточки, задумчиво промолвил Егор. – Похоже, не жилец уже… Чего это он тут нахлебался? Это что тут! Эй, эй, малый – а ну, стоять! Стоять, я сказал!
Попытавшийся было скрыться мальчишка застыл, словно пригвожденный к порогу властным взглядом князя.
– Лерба, а ну веди его сюда! Что это… что это за осколки? – Молодой человек принюхался. – Валерьянкой пахнет… Эх, рыжий, рыжий… бедолага. Ну?! – Поднявшись, Вожников сурово посмотрел на служанку и мальчика. – Что это было, в той склянке? Можете мне сказать?
– Говори! – Девушка с силой ткнула Бруно кулаком в бок. – Да смотри, все честно рассказывай.
– Это… – Подросток испуганно покусал губы. – Это – любовное зелье!
– Вот как? Любовное зелье? – ухмыльнулся князь. – И кого ж ты хотел им приворожить? Уж не Лербу ли?
Бруно поник головой, ожидая расправы, которая, несомненно, должна была очень скоро последовать – рыжий бродячий кот, налакавшись снадобья, давно уже не подавал признаков жизни. Так выходит… Выходит, что он, Бруно, чуть было не отравил и так понравившуюся ему девушку, и господина Георга… и самого себя.
– Ну, ты не молчи, не молчи, рассказывай! – взяв парня за плечи, Вожников усадил его на скамью. – Откуда склянки, кто их тебе дал, где его можно найти?
– Брат Деметриус, – не поднимая глаз, тихо пробормотал подросток. – Странствующий монах, паломник… а найти его можно…
Велев Лербе тщательно протереть пол и зарыть кота где-нибудь на задворках, господин Георг кликнул слуг, одного из которых тут же отправил к знакомому алхимику – проверить уцелевшую склянку, остальным же велел следовать за собой… и Бруно.
– Ты точно узнаешь его, парень? – на ходу спросил князь.
– Да-да, узнаю. Я… я своими руками его придушу!
– А вот этого не надо. Пока…
Егор посмотрел на людную улицу, заранее прикинув, как незаметно доставить захваченного монаха на постоялый двор. Под видом пьяного, наверное… да – так: пьяница и компания верных друзей, ведущих его домой, к женушке.
– Вон он, вон! – встрепенувшись, Бруно вдруг показал рукой на неприметного монаха со смешным венчиком желтых волос вокруг обширной лысины. – Хватайте же гада, покуда он не убег!
– Не убежит. – Вожников жестом подозвал слуг. – Монаха видите?
– Да, господин Георг.
– Слегка оглушите и тащите на постоялый двор под видом пьяного. Смотрите только, не переусердствуйте – мне он живым нужен.
Все прошло гладко, так, что никто из посетителей корчмы, на террасе которой и ошивался монах, ничего не заподозрил… а даже если и заподозрил, так вмешиваться в действия дюжих и уверенных в себе молодцов дураков не сыскалось.
Схваченного монашка поволокли в апартаменты князя. Егор с Бруно вернулся туда раньше и увидел, что его – в обществе все той же Лербы – поджидает здоровенный малый Фриц Колесо, еще утром назначенный Вожниковым старшим среди вновь принятых на службу в корпорацию воинов… впрочем, пока еще – не принятых. Еще оставалось для них одно испытание, не столь уж и легкое, кстати…
– Ну? – удивленно посмотрел на него Егор. – И зачем ты явился? Хочешь что-то уточнить?
– Нет, господин. – Поклонившись, молодец с достоинством расправил широченные плечи. – Я просто пришел сказать вам, что мы хотим начать действия уже сейчас!
– Сейчас?! Днем?
– Ну да, – улыбнулся Фридрих. – Ночью-то куда труднее будет – ворота запрут намертво, выставят стражу…
Князь потер руки и одобрительно хлопнул парнягу по плечу:
– Что ж, сейчас так сейчас… Только вот тебе придется обождать немного – сейчас приведут одного парня. Та-ак… давай-ка, раздевайся до пояса… Лерба, затвори ставни, сделай этакую полутьму… Ага! Бруно! Иди сюда.
– Да, господин? – Все еще чувствующий себя виноватым, подросток едва не упал на колени.
Егор взял его за руку и подвел к окну:
– Вот, постой-ка… Фридрих!
Оставив Бруно у окна, князь отвел здоровяка в уголок и, подмигнув, прошептал:
– А ну-ка, друг мой Фриц, расквась-ка нос этому зловредному мальчишке!
– Ой… – Здоровяк задумчиво почесал мощный, словно у быка, загривок. – Как бы мне его невзначай не пришибить.
– Не, не, – замахал рукой князь. – Не надо пришибать, бей осторожно, тихонько. Просто, чтоб кровь пошла… И сразу себя этой кровушкой измажешь, особенно – руки. Ну, иди, не стой же… Бруно, мальчик мой!