Чтение онлайн

"Браво, Олег Павлович, жизненно важнейший вопрос жителей России теоретически разрешён", - весело воскликнула девушка, взяла своего спутника под руку и увлекла в сторону своего дома.

327 Шагать под ручку с такой девушкой было приятно, но так как больше всего Каретникову хотелось прояснить очень важную для него тему их разговора, то он и вернулся к нему:

"Давайте попытаемся договориться всё-таки до какого-нибудь итога по вопросу о религиозной вере. Вот вы же не можете однозначно заявить, что бога нет".

"Верно. Также как и они - что бог есть, - подхватила она разговор.
– Вот поэтому мы "третьи". Я ещё не нашла научного термина фиксирующего нашу позицию по данному вопросу. Есть верующие, есть атеисты, а мы - третьи потому, что мы и не те, и не другие. Когда у верующего спрашивают: "Есть ли бог?"; то он отвечает однозначно: "Есть!" На тот же вопрос атеист даёт противоположный ответ. А мы на вопрос: "Есть ли бог?" отвечаем: "Не знаю". И этот ответ самый честный, я считаю. А вы?"

Каретников не сразу ответил, но, подумав, согласился с молодым философом.

Уже стемнело. Зажглись уличные фонари. У Старо-Калинкина моста пара остановилась. Оксана сказала, указывая на появившийся вдалеке на проспекте Газа трамвай:

"Уже поздно, Олег Павлович. Вон трамвай идёт. Садитесь в него и он вас доставит к метро. А я домой пойду".

"Да я вас провожу", - предложил Каретников, но девушка отказалась наотрез, сказав при этом:

"Советская власть с уличной преступностью справилась. У нас здесь тихо. Так что, езжайте, а я пойду. Хочу по пути кое-что обдумать наедине с собой. До свидания, Олег Павлович".

328 Она протянула мужчине руку, улыбнулась ему и медленно пошла в сторону своего дома.

Подошёл трамвай. Каретников вошёл в вагон, расплатился с кондуктором за проезд; и в окно, идущего через мост трамвая, увидел Оксану, которая стояла под куполом-крышей одной из четырёх башенок, украшавших мост и, задумавшись, смотрела на воду.

"До чего же красива и умна эта молодая женщина. Сочетание редко встречающееся в жизни", - подумал Каретников.

– --------------------------------------

После разговора Оксаны с отцом, тот дал своё согласие на принятие Найдёнова в компанию.

– -----------------------------------

Знакомил Найдёнова-старшего с компаньонами Каретников. В середине недели он позвонил Найдёнову и сообщил ему, что его вопрос решён положительно и что успех нужно обязательно закрепить личным знакомством. Для этого Найдёнов в ближайшее воскресение должен приехать к Каретникову и уже отсюда они вместе поедут на место сбора компании.

На 15 часов в воскресение было назначено очередное собрание. На этот раз все собрались дружно, и ровно в три часа пополудни. Оксана открыла заседание. Докладчиком должен был выступить дед. Тема доклада: "Непротивление Л.Н.Толстого, как идеал в этике ДМД". Содокладчиком был Иван, но фактически он стал основным докладчиком. Дед начал говорить. Говорил он жарко, эмоционально:

"Не прислушалась к Льву Николаевичу глупая верхушка дворянства российского во главе с Николаем Романовым. А ведь предупреждал же их 329разумный человек, что на Россию надвигаются такие несчастья, что не дай бог никому такого. Нет пророков в своём отечестве у них, оказывается. Вот уж гордыня-то где неимоверная. Кто только это выражение придумал. Оно говорит о том, что отечество наше наполнено было патологически самолюбивыми людьми". Видно было, как волнуется старик. Лицо у него стало пунцово-красным. Глаза пылали. Оксана пыталась его сдерживать, вставляя реплики:

"Деденька, деденька, спокойней. Зачем так волноваться?"

Но старика несло:

"Толстой даже предлагал очень щадящий способ перераспределения богатства России с помощью прогрессивного налога на землю. Эта мера позволяла тем, кто просто владел землёй ничего на ней не производя, сделать это владение для них невыгодным. Таким образом земля постепенно бы перешла в руки тружеников. Но эти гады даже на такое не согласились, а в результате лишились всего", - дед замолчал. Лицо его из пунцово-красного сделалось синюшным и он надолго закашлялся. Людмила Вениаминовна принесла с кухни горячего молока и стала отпаивать им оратора. И вот тогда поднялся со своего места Иван.

"Позвольте мне продолжить доклад Евстратия Никифоровича, так как я, можно сказать, являюсь соавтором его труда по Толстому. Скажу прямо - по запрещённому Толстому. Как царское, так и Советское правительство запрещали и запрещают его. Тех материалов, которые собрал в своё время деденька, я не смог достать ни в одной библиотеке. Мне там, в одном месте, намекнули, что они находятся в спецхране, а туда даже мне пока проход закрыт".

Иван сделал паузу, раскладывая на столе свои бумаги по теме доклада. Когда же справился с этой задачей, то неожиданно заговорил не по теме.

330 "У нас - новый товарищ и я бы хотел при нём ещё раз обозначить вехи того пути, по которому мы собираемся пройти.

Так как диктатура пролетариата - диктатура самого нищего общественного класса в России не осуществлена, а это азы марксизма, как об этом неоднократно заявлял Ленин, то можно констатировать: в нашей стране марксизм проверки оптом не выдержал. А так как критерий истины - опыт, то можно сделать заключение, что марксизм вообще, а марксизм-ленинизм в частности оказался лженаукой. В результате деятельности марксистов после 1917 года и гражданской войны в стране произошла реставрация монархии, но монархия вернулась к нам в изменённом виде: наследственная монархия у нас заменена преемственной. Так как весь передовой мир живёт в условиях товарно-денежных отношений, то следует ожидать в исторически короткое время экономического краха СССР. Почему? Да потому, что отмена частной собственности на средства производства так исказила и извратила экономическую модель реального социализма, что крах её неизбежен. Без экономической и политической свободы субъекты экономики в современном мире нормально функционировать не могут.

Понимая всё это, наша компания решила попытаться изменить ситуацию в стране и отвести от неё надвигающуюся социальную катастрофу. Каким способом?
– Иван замолчал, обвёл взглядом слушателей и задержал взгляд на Найдёнове, как бы демонстрируя, что всё это он говорит, прежде всего, ему.
– Первое, что мы должны учесть, так это то, что в отличие от марксизма, по настоящему и окончательно исторические вопросы такой серьёзности могут быть решены исключительно только мирно. Ни о каких революциях, насильственный переворотах , захватах власти и речи быть не может.