Игрок
Шрифт:
— Что?!
— Вот именно. И мы оба будем безоружны.
— Но как же я? Ты — регбист, и получается несправедливо…
— Между нами стол — ты успеешь вскочить.
— Но ты позвонишь легавым.
— Ты умный парень, Мэйден, — улыбнулся Дюкей. — Я об этом не подумал, но из чувства гражданского долга не отказался бы позвонить… Ну хорошо, договоримся так: телефон — в обмен на нож.
— Это как?
— Аппарат находится на расстоянии вытянутой руки от меня. Если позволишь, я выдерну шнур из гнезда. Разумеется, я сделаю это первым — дергаю шнур, а ты бросаешь нож на середину стола и удираешь. Что скажешь?
Брови юноши сошлись на переносице, он лихорадочно раздумывал, оценивающе поглядывая на игрока, прикидывая ширину его плеч и запас решимости.
— Хорошо, — процедил он через минуту. — Дергай за провод, но первым, а нож я пока что держу — на случай, если ты попытаешься схватить кинжал вместо телефона…
— Следи внимательнее, Мэйден.
Медленно, не выпуская противника из виду, Дюкей полуобернулся и протянул руку. Рывок — и оборванный провод повис в воздухе.
— Удовлетворен? — Дюкей выпустил из пальцев аппарат, тот почти беззвучно упал на толстый ковер.
— Теперь, будь любезен, нож. На середину, чтобы нам обоим было трудно дотянуться.
Они вновь уставились друг на друга, не доверяя словам и опасаясь один другого. Последовала долгая пауза, оба не шевелились.
— Ну, Мэйден! Пока держишь нож — со стула тебе не встать!
С явной неохотой молодой человек повиновался. Легкое движение кистью, и блестящий предмет замер в центре стола.
— А теперь не двигайся, папаша, — проговорил Мэйден, — я сматываюсь.
— Удачи я тебе желать не стану, Мэйден, — отвечал Дюкей.
Противники замолчали, будто прощаясь без слов, но внезапно тишину нарушил негромкий звук. Мэйден отреагировал мгновенно: опрокинутый им стул еще не коснулся пола, как он уже рванулся к двери. Дюкей не шевельнулся, лишь сжал пальцами подлокотники кресел и изо всех сил крикнул:
— Сэм, держи его! Это преступник!
Из соседней комнаты донесся шум, раздались крики и проклятья. Байрон Дюкей по-прежнему сидел и слушал. Возня усилилась, послышался удар кулаком по кости, и все затихло.
Игрок откинулся в кресле и расслабился. Яркая лампа над карточным столом освещала бусинки пота на его запрокинутом лице…
…Во второй раз капитан Сэм Уильямс появился у Байрона Дюкея, когда там вовсю играли в покер, то есть через два часа. За это время он надежно упрятал за решетку Рика Мэйдена и составил протокол о поимке преступника.
— Байрон, — произнес Сэм, качнув седеющей головой, — вряд ли я рискну еще когда-нибудь сыграть с тобой в покер. Никогда бы не подумал, что ты способен так блефовать.
— Ты мне льстишь, Сэм, — улыбнулся Дюкей, — просто мне повезло, вот и все. Джентльмены, я предпочитаю принимать вас, сидя в обычном кресле, чтоб хоть на время забыть о том, что я инвалид.
Сэм согласно кивнул. В полутьме, в открытых дверях спальни, поблескивали колеса инвалидного кресла. Рик Мэйден его не заметил. А если и заметил, то не подумал, что оно может иметь отношение к игроку в покер.