Шрифт:
С. Гилфорд
Игрок
Перевод А. Юрчука, И. Петрушкина, 1993
Байрон Дюкей сидел за восьмиугольным столом с зеленой крышкой. Справа от него высились столбики фишек для покера — красные, белые и синие. Слева стояла маленькая тележка с бутылками виски, дюжиной чистых стаканов, сифоном с содовой и большим сосудом, доверху заполненным ледяными кубиками.
Сидя в одиночестве, Байрон Дюкей забавлялся с колодой карт. Тонкие, с ухоженными ногтями пальцы перетасовали карты и приступили к некой загадочной игре, походившей на «солитер» или на гадание. Одна за другой открывались карты, при этом красивое аскетическое лицо игрока сохраняло полную невозмутимость.
В огромной квартире царила тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом карт. И вдруг еле слышно щелкнула дверь; она находилась вне поля зрения игрока, поэтому он громко и дружелюбно произнес:
— Кто бы это ни был — входите.
Он ожидал приятеля и партнера по игре. Но человек, появившийся перед ним, пришел сюда явно не для карточной игры. Он был невысок и удивительно тощ, одет в грязноватые серые брюки и белую рубашку с закатанными рукавами и расстегнутым воротом. Длинные песочного цвета волосы были взлохмачены. Блеклые глаза горели отчаянием. В правой руке он сжимал внушительных размеров нож.
Байрон Дюкей не попытался подняться из-за стола.
— Что вам угодно? — спросил он.
Незнакомец помолчал и, настороженно оглядевшись, осведомился:
— Мы одни?
Может, это было опрометчиво, но Дюкей кивнул.
— Ладно, — произнес незнакомец. — Не делайте глупостей, и я вас не трону.
— Что вам угодно? — повторил Дюкей. Голос его прозвучал еще спокойнее.
Юноша снова оставил вопрос без ответа и оглядел комнату, как бы раздумывая, не понадобится ли ему здесь что-либо. Он заметил рядом с локтем игрока бутылки, и взгляд его оживился.
— Неплохо бы выпить, — сказал он.
— Присядьте, — предложил Дюкей, — я вам налью.
Незнакомец выбрал место напротив игрока. Правую руку он держал над крышкой стола: шестидюймовое лезвие блестело на зеленой материи, будто алмаз на бархате.
— Что будете пить? Бурбон? Шотландский виски?
Юноша заколебался, как бы удивляясь тому, что имеется выбор.
— Бурбон, — проговорил он наконец. — Побольше и со льдом.
Дюкей молча приготовил напиток, затем подвинул его в сторону незнакомца, который принял его левой свободной рукой. Сделав большой глоток, незваный гость передернулся.
— Мне нужны деньги и ключи от машины, — произнес он. — И кое-какая одежда.
Вопреки ожиданиям игрок не торопился исполнять приказание.
— Это не похоже на обычный налет, — промолвил он.
— Вот именно. — Молодой человек снова отхлебнул из стакана. — Слышите? Пошевеливайтесь!
— Кстати, кто вы такой? — спросил Дюкей, меняя тему разговора.
— А это, черт подери, вас не касается…
— Должно быть, вы Рик Мэйден?
На губах незнакомца мелькнула улыбка гордости.
— Видно, вы слушаете новости, — заметил он.
— Иногда, — кивнул Дюкей.
— Ну да, я Рик Мэйден. На прошлой неделе порезал в баре двоих. Мою подружку и ее нового приятеля. Через пару дней меня поймали, но вчера утром я удрал. — Он усмехнулся. — Потому что сумел раздобыть себе другой нож.
— Вы не против, если я выпью за компанию? — спросил игрок, потянувшись к графину.
В ту же секунду Мэйден, отставив недопитый бурбон, хлопнул по столу левой рукой.
— Еще чего! — едва не выкрикнул он. — Я сказал: мне нужны деньги, вот и гоните их!
Дюкей замер, но не подчинился.
— Давайте-ка обговорим это, Мэйден, — начал он.
Правая рука собеседника приподнялась над столом, лезвие беспокойно дрогнуло в пальцах.
— Слушайте, мистер, — медленно произнес он, — или вы сделаете, как я хочу, или я вас порежу, как тех, других…
Дюкей не дрогнул.
— Сидите спокойно, Мэйден, — приказал он, и юноша повиновался. — Прежде чем вы решитесь «порезать» меня, будьте любезны выслушать…
Казалось, Мэйден почувствовал в этих словах нечто опасное. Он сидел не шевелясь, нож замер в руке.
— Прекрасно. Итак, проанализируем ситуацию, мистер Мэйден. Мы располагаемся за столом, как раз напротив и примерно в шести футах друг от друга. У вас — нож, у меня в данный момент нет оружия, но зато имеются кое-какие соображения. Что мне делать, если вы решитесь применить силу? Конечно, я постараюсь защититься. А знаете как? При малейшей вашей попытке подняться со стула я опрокину на вас стол — в успехе я уверен. Может, вы и помоложе, Мэйден, но, как видите, я вдвое крупнее вас. Вот таким образом завершится первый этап нашего единоборства: вы очутитесь на полу, а стол сверху. Или, если мне не повезет, вы окажетесь у противоположной стены. Улавливаете мою мысль?
Несмотря на бушевавшие в нем подозрительность и злобу, юноша завороженно кивнул.
— Перейдем ко второму этапу: обратите внимание на стол позади меня, Мэйден. Полагаю, вы догадываетесь, на что я намекаю, — с того места, где вы сидите, эта вещь хорошо видна. Я использую ее для разрезания писем, но вообще-то это турецкий кинжал… Дальнейшее ясно, не так ли? Я хватаю кинжал, и мы уже на равных — согласны, Мэйден?
Грабитель не сводил с игрока глаз. Когда Дюкей сделал паузу, он молча облизал губы.
— На этом со вторым этапом покончено, приготовления к битве завершены, — продолжал игрок. — Этап третий — начало битвы. Рассмотрим оружие, Мэйден. Что у вас за нож?
— Заточенный кухонный ножик, — с явной неохотой произнес Мэйден. — Дружок подсунул в тюряге.
— Пожалуй, вы не станете возражать, если я предположу, что по части оружия у меня некоторое преимущество, — с легкой улыбкой заметил Дюкей. — По крайней мере, я бы не променял свой кинжал на ваш кухонный нож.
— Послушайте, мистер…