Игра слов
Шрифт:
– Хорошо, шеф, вы его поймали на слове! До чего же вы вовремя ввернули, мол, я был уверен, что вам понравится идея. А про поэтапные платежи – это вообще было в тему!
– Да, хорошая работа. – Шеф старался похвалить себя так, чтобы не обидеть никого из подчиненных. – Ну, я так думаю, надо завтра отметить…
Я неторопливо убирал планшеты. Оказывается, ловить на слове уже стало работой… Почему бы собственно этому и не быть работой? Рыбаки ловят рыбу на червя… Женщины ловят мужчин на мини-юбки и яркий макияж… Мы ловим клиентов на оброненное ими слово… Никакой видимой разницы. Видимо, именно это меня и настораживает.
– Контракт-то хороший, – подошел я к шефу. – Только я сам так и не понял, зачем компании, которая специализируется на промышленном строительстве, мы впариваем телевизионные ролики и наружную рекламу. У них в нашем городе не больше ста потенциальных клиентов. Надо было предложить им сделать хороший сайт, провести директ-мэйл, поучаствовать в специализированной выставке – и они получили бы такой же результат…
– Только такой рекламный контракт будет в десять раз меньше. И каждый из нас, в том числе и ты, получил бы в десять раз меньше денег, – не по-отечески жестко перебил шеф.
– Мы только что продали «Мерседес» человеку, который был готов ездить на «Жигулях», – с нескрываемой гордостью произнес Серега. – Это и есть высший пилотаж в бизнесе.
– У нас во дворе за такое били до первой крови, – скорее себе, чем кому-то, сказал я.
– Знаешь, я давно уже перестал понимать, где в этом мире коммерция и где обман или, быть может, это и есть одно и тоже…
Шеф на секунду прервал самого себя, задумался неглубоко и искренне, и продолжил:
– Более того, никому не советую задумываться над этим.
Шеф молча еще немного поспорил сам с собой, но больше ничего не придумалось, и он сказал то, чего более всего ждали от него мои коллеги:
– Хватит лирику разводить. На завтра ничего не планируйте: будем отмечать.
Дождь барабанил по крыше машины все сильнее, будто просился сесть на соседнее кресло, чтобы покататься со мной. Я уже видел Кристину под козырьком заводской проходной, но ближе подъехать не мог: все пространство между нами было заставлено прямоугольниками крыш припаркованных машин. Кристина работала помощником одного из директоров этого крупного завода. Еще она подрабатывала в паре модельных агентств, и около года назад один из бутиков выбрал ее по моей рекомендации для фотосъемок новой коллекции одежды. С тех пор мы были вместе.
Зима отучила думать о дождях и зонтиках. Кристина еще немного постояла под крышей, ей, видимо, нужно было время примириться с непогодой, а потом побежала к машине, пытаясь прикрыть свои шикарные волосы небольшой дамской сумочкой. «Жаль, что она просто бежит от дождя. Жаль, что она не бежит так ко мне», – мелькнуло у меня в голове. Открывая шире дверь машины, она наклонилась, грудь красиво колыхнулась, я не мог этого не заметить, Кристина не могла не заметить мой взгляд. Мы оба были довольны: я Кристиной, Кристина – собой.
– Я не могу в таком виде ехать в гости, – первым делом сказала Кристина. – Мне надо переодеться.
– Мы не в гости едим: мы едим к нашим друзьям, – уточнил я.
Нас уже минут двадцать ждали Стас и Иринка. Они недавно вернулись из Франции и пригласили нас «на Париж». Мы ходим к ним довольно часто, но обычно это называется «прийти на курочку». Сегодняшний вечер должен был стать каким-то особенным, на это намекал Стас и просил приехать пораньше.
– У меня есть платья для вечеринок, которые я не одевала уже полгода, – настаивала на заезде домой Кристина.
– Сегодня пятница, уже вечер, в городе полно пробок, мы уже опаздываем, – не сдавался я.
– Мне очень хочется одеть сегодня твой подарок, – как опытный полководец зашла с другого фланга Кристина. – Как только я надену вечернее платье и твое жемчужное ожерелье – это будет означать, что начались выходные.
Я сдался, и мы поехали домой. Я знал, что дальнейшее сопротивление бесполезно. Я понимал, что Кристина могла еще зайти с тыла, начав говорить, какой я привлекательный мужчина. Если в тот момент я был не склонен верить сказкам, и она наталкивалась на мой недоверчивый взгляд, то тактика менялась: она начинала говорить о том, какой я умный и талантливый, против чего я не мог возражать в любом расположении духа. Если мои причины не соглашаться были действительно серьезны, то тогда Кристина применяла тактильные слова, которые почему-то всегда были убедительнее обычных слов, и после ее поцелуев я потом долго стирал следы губной помады с шеи, щек, ушей…
– Извини, я не хотела на тебя давить, – говорила Кристина, добившись всего, чего хотела.
Словами и губами она играла мною как щенком, и иногда мне это даже нравилось. Недавно я заметил, что наше общение все больше состоит из взаимных уговоров и упрашивания. Раньше, чем я успел этому огорчиться, я успел подумать, что это вполне нормально для отношений фотомодели с мужчиной небогатым и не очень красивым, и поэтому не огорчился.
На ужин к Стасу и Иринке мы опоздали больше, чем на час.
Со Стасом я познакомился лет восемь назад, когда покупал на авторынке свою первую машину. В той «девятке» меня устраивало все, кроме мерзкого взгляда ее владельца и цены. Этот взгляд голодного добермана я не мог не замечать, но мог с ним примириться, а вот с ценой мне примириться не удавалось – тупо не хватало денег. Я уже несколько раз подходил к этой машине, пробовал торговаться, но мерзкий взгляд мешал мне сосредоточиться, и у меня получалось скинуть только сто долларов да и то при условии, что он заберет магнитолу.
– Меня Стас зовут, – представился симпатичный парень, мой ровесник, с явными симптомами высшего образования в манерах и одежде. – Хочешь, помогу купить эту машину?
После нескольких дней безуспешных попыток уравновесить свои желания и возможности я был согласен на все, даже на чудо.
– Попробуй, – ничего не пообещал я за помощь.
Стас подошел к «девятке», вынул из-под дворника бумажку с характеристиками машины и крупно нарисованной ценой в четыре тысячи пятьсот долларов, долго и пристально ее рассматривал, и только владелец машины собрался что-то сказать, как Стас на полувздохе его перебил: