Чтение онлайн

— Не надо сдаваться, Стивен. Не позволяйте себе распускаться. Все почти завершилось. Мы вот-вот перейдем в наступление, и вы сможете вернуться к прежней жизни.

— К прежней? Я не могу вспомнить ее. Не знаю, где ее искать.

— Не надо так говорить, — сердито прервала его Жанна.

Стивен впервые за время их знакомства увидел, как на бледной коже ее щек проступили розовые пятна. Она заговорила, пристукивая левой рукой по скамейке, на которой оба сидели, словно желая подчеркнуть каждое слово.

— Конечно, вы не вернетесь к тому, чем занимались в Париже, не станете снова подрабатывать плотником — или кем вы там были. Найдете себе занятие лучше, достойнее.

Стивен неторопливо повернулся к Жанне, взглянул ей в глаза.

— Вы замечательная женщина, Жанна. Я сделаю все, что вы скажете. Но дело не в том, что я забыл подробности прежней своей жизни. Я утратил связь с реальностью.

Глаза Жанны наполнились слезами.

— Значит, мы должны вернуть ее вам. И я это сделаю. Помогу вам найти утраченное. Ничто не уходит безвозвратно.

— Почему вы так добры ко мне? — спросил Стивен.

— Потому что люблю вас. Вы еще не поняли? И хочу исправить все, что пошло в вашей жизни не так. Мы должны постараться. Обещайте мне, что мы постараемся.

Стивен медленно покивал:

— Мы попробуем.

Жанна встала, приободрившись. Взяла Стивена за руку, повела по парку. Что еще может она сделать, чтобы вдохнуть в него жизнь, вернуть его в реальность, которую он потерял? Одно средство у нее было — хоть и чреватое осложнениями, способными свести его достоинства на нет. Все должно произойти само собой — или не произойти вообще.

На обратном пути они поужинали в ресторане, хоть час для этого был еще ранний, и Жанна постаралась сделать так, чтобы Стивен выпил побольше вина, которое, надеялась она, развеселит его. Он проглотил один за другим несколько бокалов красного бордо, но свет в его мертвых глазах так и не загорелся.

Когда они направились к ее дому, Жанна сказала:

— Прошу вас, постарайтесь перейти двор как можно тише. Консьержке незачем знать, что у меня ночует мужчина.

Стивен рассмеялся — впервые за этот день:

— Ах вы, барышни Фурмантье. А что сказал бы ваш отец?

— Тише, — отозвалась Жанна, радуясь, что ей удалось развеселить его.

Еще не стемнело, ночь обещала быть теплой. На одной из площадей играл маленький оркестрик, в стоявших за платанами кафе загорался свет.

Мощеный двор Жанны Стивен пересек с подчеркнутой осторожностью, не издав ни единого звука, пока не вошел в ее квартиру.

— Я застелила для вас угловой диван. Хотите лечь сейчас или, может быть, посидим еще, поговорим? Кажется, у меня есть немного бренди. Мы можем выпить его вон там, на балкончике. Только разговаривать нам придется вполголоса.

Они уселись в плетеные кресла узкого балкона, с которого открывался вид на сухой пыльный садик.

— Знаете, что я хочу для вас сделать? — сказала Жанна. — Рассмешить вас. Такой у меня план. Изгнать вашу англосаксонскую мрачность. Добиться, чтобы вы смеялись и радовались, как настоящий французский крестьянин.

Стивен улыбнулся:

— Чтобы я рассказывал смешные истории и хлопал себя по бедрам на манер нормандского фермера.

— И чтобы не думали о войне. О погибших на ней.

— Никогда.

Он залпом выпил стаканчик бренди.

Жанна снова сжала его ладонь.

— Я заведу дом с садом. А в саду — кусты роз, и цветочные клумбы, и, может быть, качели для детей — если не своих, то тех, что будут гостить в доме. Дом с высокими окнами, в нем всегда будет пахнуть готовящейся на кухне вкусной едой. В гостиной будут стоять фрезии и фиалки. А по стенам висеть картины Милле, Курбе и других великих художников.

— А я буду навещать вас. Может быть, даже поживу немного в вашем доме. Это потрясет весь Руан.

— По воскресеньям мы станем кататься на лодке, по субботам ходить в оперу, а из нее — в кафе на главной площади. И дважды в год устраивать в доме большие приемы — много свечей, наемные слуги, которые будут обходить наших гостей с бокалами вина на серебряных подносах. И танцы, и…

— Танцев не надо.

— Ладно, обойдемся без танцев, но музыканты — это непременно. Струнный квартет или просто цыганский скрипач. Хотя, если кому-то захочется потанцевать, мы отведем им особую комнату. Может, еще и певца пригласим.

— Возможно, нам удастся подрядить Берара.

— Хорошая мысль. Пусть поет немецкие песни, которым научился от коменданта и его супруги. Наши приемы прославятся. Я, правда, не знаю, как мы их будем оплачивать.

— Я что-нибудь изобрету и наживу целое состояние. А ваш отец оставит вам свои миллионы.

Они допили бренди, у Жанны немного закружилась голова, но на Стивена оно, казалось, совсем не подействовало. А когда стало прохладно, они ушли с балкона, и Стивен сказал, что, пожалуй, лег бы. Жанна отвела его к постели, поставила рядом графин с водой.

Она разделась у себя в спальне. Разговор со Стивеном приободрил ее, хоть она и понимала, что он просто старался доставить ей удовольствие. И все же это было хорошим началом. Голая, она подошла к двери, на которой висела ее ночная рубашка.

Дверь отворилась, едва она протянула руку к крючку, и Жанна увидела Стивена, босоногого, в одной рубашке.

Он отступил назад:

— Простите, я искал уборную.

Жанна инстинктивно схватила лежавшее в кресле полотенце, завернулась в него.