Чтение онлайн

Элизабет заставила свои мысли вернуться к записным книжкам. Надела халат, прилегла на софу, свернулась в клубок и открыла первую из них — с цифрами 1915 на обложке. Оказывается, все они были датированы с 1915 по 1917 годы. На той, которую она отдала Бобу, стояло, помнится, «1918». В некоторых отыскались записи, сделанные по-английски. «Ровно в десять зашел в шт. р. От Грея пока никаких сообщений о наст.». Увидев имя «Грей», Элизабет взволновалась. Ей снова удалось прикоснуться к прошлому. И оно превратилось из истории в ее личное переживание.

Она наугад перелистывала книжки. В них содержались последовательные записи почти о каждом дне войны. Впрочем, после длинного описания 30 июня 1916-го записи прервались почти на два месяца. Что-то случилось?

Надев очки для чтения, Элизабет взяла новую книжку. И услышала звонок переговорного устройства.

Рассерженная, она вышла в прихожую.

— Да? — резко спросила она.

Потрескивание, шипение.

— Это я.

— Кто?

— Стюарт, разумеется. Тут холодно.

Элизабет оцепенела. Стюарт. О Господи. Она же пригласила его в гости.

— Входите. Я… Я принимала ванну. Входите и поднимайтесь.

Нажав на кнопку, она впустила его в подъезд, открыла дверь квартиры, метнулась в спальню. Сорвала с носа очки, продрала волосы гребешком, поплотнее завернулась в халат. Стюарт уже стучал в открытую дверь. Бежал он по лестнице, что ли?

Выйдя в прихожую, Элизабет подставила ему щеку для поцелуя.

— Извините. Я вернулась домой немного позже, чем рассчитывала.

— Хм. Я уже на лестнице заметил, что ничем вкусным не пахнет.

— Ну, входите, входите. Прошу простить за беспорядок.

По полу гостиной валялись раскрытые записные книжки, на столике стояла чашка, из которой Элизабет утром пила кофе. Разве что сушилки с одеждой перед камином не было, но и без нее любой догадался бы, что она никого не ждала.

Стюарт ничего, похоже, не заметил.

— Вот, прихватил с собой, — сказал он, протягивая ей бутылку. Элизабет сняла бумажную обертку.

— Замечательно, — сказала она. — Мюскаде. Это что-нибудь особенное? Я в винах ничего не смыслю.

— Думаю, вам понравится.

— Вы извините, мне нужно переодеться. И еще раз простите за хаос. В буфете найдется что выпить. Налейте себе.

Одеваясь, Элизабет кляла себя на все корки. Она натянула шерстяные колготки, только-только купленную темно-синюю юбку до колен, сапожки. А сверху что? Выглядеть совсем уж немодной не хочется, но, с другой стороны, чтобы купить еду, придется выйти на вечерний холод. Она вытащила из комода водолазку, достала из гардероба старую кожаную куртку. На макияж времени не осталось. Придется Стюарту принять ее au naturel [20] . Какая страшная мысль, пробормотала она, торопливо расчесывая волосы. Линдси, считавшей ее такой организованной, и в голову не пришло бы, что с подругой может случиться подобная история. Торопливо вдев в уши красные серьги, Элизабет вышла в гостиную.

— О, какое преображение. Великолепно. Вы…

— Послушайте, я всего минуту назад сообразила, что забыла купить пасту. Можете вы в такое поверить? Собиралась готовить пасту, а купить забыла. Придется за ней сбегать. Хотите чего-нибудь, пока я здесь? Сигареты? Включите телевизор. И выпейте еще. Я мигом.

Ей удалось выскочить из квартиры до того, как Стюарт успел что-либо возразить. Она добежала до супермаркета на Прид-стрит и быстро набрала продукты, из которых могла соорудить что-нибудь на скорую руку. Вино у нее, на случай, если не хватит бутылки Стюарта, имеется. Красное, купленное Робертом; Элизабет не была уверена, что Стюарт его одобрит, однако ее пакет и без вина выглядел подозрительно увесистым.

— Решила заодно купить еще кое-что, — отдуваясь, сказала она Стюарту и направилась на кухню. Там она плеснула себе джину и приступила к стряпне.

— Что это? — спросил Стюарт, появившись на пороге кухни и протянув к Элизабет руку. — Похоже на пряжку от ремня.

Элизабет взяла ее. На пряжке значилось Gott mit uns.

— С нами Бог, — перевел Стюарт. — Я ее на ковре нашел.

— Да просто вещица, которую я купила у старьевщика, — ответила Элизабет. Пряжка, надо полагать, выпала из какой-то записной книжки, однако говорить со Стюартом на эту тему ей не хотелось.

Подав ужин на стол, Элизабет немного успокоилась. Против беспорядка в квартире Стюарт, похоже, ничего не имел, а может, и не заметил его. Он хвалил ее кулинарные таланты и разливал вино, следя, чтобы бокалы не пустовали.

— Расскажите мне о себе, Элизабет Бенсон, — попросил он, откинувшись на спинку кресла.

— По-моему, я уже рассказывала. И в первый раз, и в прошлый. Вроде бы ничего не упустила. Лучше вы мне расскажите о своей работе. Вы говорили, что работаете консультантом по маркетингу, так?

— Да, так.

— И что это значит?

— Мне тоже хотелось бы знать.

— Ну, вы же меня поняли. Люди приходят к вам, спрашивают, как им лучше продавать свою продукцию, так? Что-то в этом роде?

— Отчасти. На деле все немного сложнее.

— Вот и расскажите. Думаю, я пойму.

— Мы занимаемся развитием деловых навыков. Если угодно, мы что-то вроде добрых тюремных надзирателей. У нас в руках ключи от всех дверей. Каждый ключ отпирает одну из камер, в которых сидят возможности для бизнеса. И наша задача — научить людей пользоваться ими, объяснить, какой ключ к какому замку подходит. Но прежде всего научить задавать правильные вопросы.

— Понимаю, — не совсем уверенно сказала Элизабет. — То есть вы даете рекомендации, продажи возрастают, и вы получаете процент от прибыли. Так?

— Дело скорее в том, чтобы понять, как одна часть бизнеса соотносится с другими его частями. Допустим, вы занимаетесь разработкой продукта, а кто-то другой — его продажами, тогда, если вы не умеете задавать правильные вопросы, может получиться так, что вы с партнером будете тянуть воз в разные стороны. Я всегда повторяю: наша цель — научить людей обходиться без нас.