Чтение онлайн

– Сиди, сиди пока! – Майор положил руку ему на плечо, – скажи-ка лучше, кто у тебя там такой страшный по огороду лазит, что в него стрелять пришлось?

Иванов пожал плечами и промолчал.

Убрав руку, майор проверил предохранитель и сунул пистолет в карман.

– Пойду все же посмотрю, что там во дворе Палыч! Да с народом переговорю, боюсь твой студент их не убедит разойтись – Серега двинулся к двери, ухватившись за ручку обернулся к Иванову – Заодно огонек твой проверю! Хочется все ж шашлыков отведать сегодня.

Собираясь выйти, он толкнул от себя дверь и в ту же секунду в нее нанесли страшный удар с наружи.

Вместе с ударом в дверь, на улице раздался нечеловеческий вопль полный боли и ужаса.

Андрей! Тут же подумалось майору. Выхватив пистолет, он бросился к остервенело массировавшему отбитую руку Сергею.

– В порядке?

– Сойдет! Вроде не сломана! Что это за хренотень там Палыч?

Майор пожал плечами, позади них грохнулся на пол стул и оба, вскинув оружие, резко развернулись. Вскочивший Василий, с покрасневшим лицом тряс за грудки Иванова.

– Что это за ублюдки там? Это снова они? За нами теперь пришли, да?

– Васян, Васян!! Тихо, тихо!! – Серега подскочив, попытался оттащить напарника, мертвой хваткой вцепившегося в бледного, как мел Иванова.

Со двора раздался еще один леденящий душу вопль. Но в отличие от первого, в этом присутствовали совсем другие интонации.

Майора передернуло. Что за животное могло так орать? Человек не может источать столько ненависти и злобы в крике.

Наконец отлепив Васю от хозяина, Серега встряхнув напарника, стал орать ему в ухо.

– Вася!!! Демин!!!! Тормози!!!

Словно очнувшись, Вася, перестав сопротивляться, резко обмяк.

– Вот и ладушки! – Серега подтолкнул Васю к дивану. – Успокойся! И так все на взводе! А ты, – Палец оперативника вперился в хозяина, безуспешно поправляющего надорванный Василием воротник спортивного костюма. – Попытайся складно поведать нам, что за хренотень тут у тебя творится! И ответы – «я не знаю» – не принимаются!

Закончив в огороде Клавдия Васильевна с хрустом распрямила затекшую спину и сморщившись от боли, в сердцах бросила опостылевшую за день тяпку в ведро с сорняками. Ибешся, ибешся, а урожая нет! Воды вдоволь не натаскать с колонки, а без нее все сохнет в такой жарище! С Кольки проку давно нет! Как на пенсию ушел, так только выпивка на уме! А молодёжь, сюда в их тьму таракань не затащить. Все уж в Дубне да Дмитрове живут, работают. Вот помрет она, приедут, поделят меж собой хозяйство, да и продадут все дачникам. Эх. Васильевна, аккуратно обойдя заросли жгучей крапивы у забора, двинулась к дому. Куда интересно этот придурок с утра запропастился? Опять в свои гаражи намылился. Алкоголик хренов! Оставив испачканные в земле галоши наружи, Клавдия Васильевна вошла в избу.

– Ох тыж! – лицо ее покраснело от возмущения. Половик у входной двери был скомкан и валялся у стены, войдя в гостиную она с удивлением увидела рассыпанные по полу лекарства. Дверца старого серванта была оторвана, уродливо свисая на бок, держась на одной петле. Подле него, изрядно забрызгав коробку с лекарствами, растеклась по полу огромная лужа рвоты, наполняя комнату кисловатым запахом желчи. Наморщив нос, Клавдия Васильевна бросилась раскрывать на распашку окна, дабы скорее избавить помещение от тошнотворного запаха. Ох и даст же она Кольке просраться!

Распахнув окна, она бросилась рыскать по дому в поисках своего непутевого муженька. Прошерстив избу, Клавдия наконец наткнулась на лежащего Кольку.

– А ну ка вставай урод!!! – схватив подвернувшееся под руку полотенце, она наотмашь ударила им прям по голове лежащего поперек кровати, лицом вниз Кольку. – Я тебе сейчас устрою алкаш ты непутевый! Сейчас ты у меня всю избу языком своим отмывать будешь....

Ударив еще раз полотенцем, она вцепилась ему в ногу пальцами и, охая от натуги, попыталась стащить с кровати на которую он улегся прямо в обуви.

– Вот же козлина! – тощий Колька не поддавался, его тело потяжелело, словно его залили свинцом. Васильевна, наконец обессилено разжав пальцы, плюхнулась на пол. Сердце бешено колотилось, от возмущения и напряжения враз подскочило давление, тяжелым молотом отдавая в виски. Давно он так не нажирался, что бы прям до блевоты, да еще и с утра!

Передохнув, Клавдия Васильевна, собравшись с силами, подтянулась поближе к лежащему и, не вставая с пола, ухватила его пятерней за волосы.

– А ну просыпайся ирод! Устроил тут хлев, заблевал все, изгадил!

Колька замычал, но не перевернуться, не тем более встать не соизволил. Клавдия, еще разок, для проформы, деранув муженька за патлы, ослабила хватку. Расстегнула ворот на рубахе, нахватало еще ей тут слечь с давлением посреди облеванной избы. Вот соседкам потеха будет, когда узреют произошедшее! Нет уж! Не дождутся! Нужно было срочно подниматься, добраться до раскиданных лекарств, найти нужное и выпить. Потом успокоится, привести все в порядок, а потом уж и с Колькой можно будет разобраться! Судя по его состоянию, в ближайшие сутки он точно никуда от нее не денется.

Кряхтя, и ежесекундно рискуя завалится, Клавдия Васильевна поднялась с полу. Шлепая по полу босыми ногами, микроскопическими шагами, стала пробираться к гостиной. Запах кислятины постепенно улетучивался, уступая место запаху диких роз в изобилии росших под окнами дома.

Так! Васильевна, нацепила очки, до этого болтавшиеся на позеленевшей от времени цепочке у нее на груди и, сконцентрировавшись, стала вглядываться в названия разбросанных по полу лекарств. Названия читались плохо, но, Васильевна опасалась нагибаться, ибо голова может пойти кругом и тогда точно пиши пропало.

Валидол, нош-па, аспирин.... вот жешь ирод безрукий! – Клавдия Васильевна горестно покачала головой, баночка зеленки слегка приоткрылась при падении и теперь вокруг нее расплылось темно зеленое пятно. Ну вот как так можно нажираться? Осторожно обойдя рвотную лужу, Клавдия Васильевна продолжила поиски, но искомое либо куда то закатилось, либо осталось лежать в упавшей, заблеванной, коробке. Ага! Клавдия аккуратно нагнулась, загребая в кулак коричневую бутылочку, Корвалол вполне сгодиться. Сейчас главное прийти в себя, а потом уже разберемся. Хорошо бы еще измерить давление, но тонометр лежал в глубине серванта и взять его не вляпавшись в рвоту не представлялось возможным.