Чтение онлайн

Мы вышли из здания и снова двигались прямым курсом. Никто нас не останавливал и ни о чем не спрашивал. В этот раз правда двинули все же в центр, поближе к жареной рыбке. Я на мгновение даже решил, что мы действительно идем в Черного Кота.

Но нет, незадолго от центральной площади свернули в сторону. Вскоре широкие улицы сменились узкими переулками, а под конец так и вообще двигались по темным подворотням. В конце остановились у неприметного здания, где Хард постучал в железную дверь. Через пару минут я расслышал лязг магнитного замка, и дверь открылась.

Если честно, то я словил нехилый такой приступ дежавю. Темная подворотня, прочная железная дверь и узкая лестница, ведущая глубоко в подвал. Осталось спуститься и услышать ворчание Элиота.

— Мы идем в тайную лабораторию по исследованию Иных? — усмехнулся я.

— Откуда ты знаешь? — с подозрением спросил Хард.

— У моего друга такая же. Была. Пока не пришли инквизиторы. Пришлось все там взорвать.

Мы спустились вниз, но я уверен, что Хард обязательно проверит мои слова. Чтобы убедиться, не подосланный ли я шпион, который прокололся на мелочи. По крайней мере я бы так и сделал на его месте.

— Ладно, признаю. Совсем не такая, как у друга. Скорее как у Инквизиции.

Этот подземный бункер изнутри был оснащен по последнему слову техники. И снова дежавю. Вспоминаю, как бродил по точно таким же помещениям, чтобы вытащить…

— Хард, скажи, что вы тут не ставите эксперименты над химерами?

— Это запрещено, — серьезно ответил он. — И очень опасно. Совет городов единогласно принял решение не продолжать разработки в этой области, а все имеющиеся данные уничтожены. Хотя, глядя на твои способности, я уже начинаю в этом сильно сомневаться.

— И правильно делаешь. Хотя твоя версия и ошибочна, я действительно сам себя перекроил. Так что ты хотел мне показать?

— Пошли, увидишь. Но сам понимаешь, информация об этом не должна выйти за пределы.

— Заинтриговал. Веди уже.

Мы шли мимо хорошо освещенных стерильных блоков с высокотехнологичным оборудованием, таким же, как у департамента. Все выглядело очень похоже, разве что масштабы меньше. Это походило скорее на филиал лаборатории.

И никаких комнат с монструозным вооружением, создающимся под тяжелую руку боевой химеры. Ничего похожего на попытки создания биомодов, хотя клетки с крысами я видел.

Но пока что все в рамках морали, как мне кажется. Хоть я и не особо во всем этом разбираюсь. Следом мы спустились еще на уровень ниже и тут уже обнаружились люди в классических белых халатах. Впрочем, в Канопусе даже они были больше похожи на мундиры с двумя рядами пуговиц и высокими воротами.

Хард привел меня в просторное помещение, где вдоль стен стояли тяжелые клетки с запертыми Иными разных видов. Была даже Жаба, которая при виде нас не упустила шанса харкнуть кислотой. Впрочем, странное мутное стекло выдержало залп и даже не оплавилось.

Твари оживились, когда мы проходили мимо, пытались выбраться, перегрызть или просто выломать прутья. Но действительно опасных особей здесь не было.

— Эксперименты над Иными? — напрягся я.

— Изучение, — бросил Хард. — Создание защиты, вроде того покрытия от биокислоты. А также поиск оружия. Тестируем вирусы и яды против Иных.

— И как успехи?

— Околонулевые, — признался Хард, даже не дрогнув голосом. Чтобы признавать поражения подобных масштабов, нужен характер. Или его полное отсутствие. — Но я не это хотел показать. — Выведи бету! — крикнул он куда-то вглубь.

В этот момент противоположная от клеток стена задрожала и одна из панелей отъехала вбок. Вперед выдвинулась платформа с огромным аквариумом, внутри которого плавало нечто.

— Это бета? — спросил я, разглядывая существо. — Я думал, их всех уничтожили во время войны. Или сразу после.

В аквариуме плавала помесь осьминога и человека с гипертрофированными чертами лица и синей кожей. Голова существа была несоразмерно больше, чем лицо, с сильно выпирающими лобными долями. От торса опускалось множество отростков-щупалец, чем-то напоминающих манипуляторы Вдов.

— Это не те беты, которые были матками гнезд. Вообще ничего общего. Что-то новое, в военных архивах записей не встречалось о подобных. Они эволюционируют, Восьмой. Вернее не так. Они создают новые виды по мере необходимости.

— И что она умеет? Откладывать яйца?

— Знаешь, что у Иных отсутствует долгосрочная память? Они не могут запоминать, кто является добычей, а кто угрозой.

— Не такими умными словами, конечно, но знаю.

— Смотри.

Хард взял с платформы металлический прут, похожий на удочку, и забросил тонкий конец в аквариум. Щелкнул переключателем, и разряд тока ударил бету, отчего все ее щупальца разом прижались к телу.

Иные загалдели с новой силой, пытаясь вырваться и разорвать нас на куски. Тупые твари действительно не понимают, что в нынешней ситуации эти прутья и стены защищают их от нас, а не наоборот.

В следующее мгновение Хард нарочито медленно опустил «удочку» обратно в аквариум, и наступила тишина. Иные в клетках замерли, и даже Псы перестали рычать в нашу сторону.

— Они… — опешил я, оглядывая клетки и подбирая слова. — Они что? Понимают…

— Нет, — ответил Хард. — Она, — кивок на аквариум, — она понимает. И отдает команду. Этих в клетках можно бить током бесконечно, им вообще насрать. Лишь еще громче становятся. А вот если бета понимает, что сейчас с ней станет, то становится смирной. И остальных заставляет вести себя соответствующе.

Хард медленно вытащил шокер и положил его на платформу. Иные не сорвались в очередной бессмысленный приступ агрессии, но потихонечку начали скалиться и пробовать прутья на вкус.

— Кстати, бета теряет память примерно за сутки. Быстрее, если прервать зрительный контакт.

Хард махнул рукой, и панель с аквариумом покатила обратно в стену, а твари за спиной начали визжать все громче и громче.

Мы же двинули обратно.

— Мы нашли ее во время одной контратаки три года назад. Мы тогда отбили одну особо крупную волну и вышли за стены, чтобы добить отступающих тварей. Шел дождь, земля размокла, и эта осьминожка по грязи перемещалась довольно шустро. Случайно все получилось, ее контузило взрывом, а Иные вместо того, чтобы оборонять госпожу, разбрелись в разные стороны. Словно забыли, что отступали одной стаей буквально минуту назад.