Гулы
Шрифт:
Спустя пару секунд взревел двигатель стоявшего во дворе «корветта», машина выехала за ограду и помчалась в Террено…
Глава четырнадцатая
Отец Федерико Ланцони и церковный сторож по имени Гарпия сидели в задней части церкви Сант-Антонио да Франчезе, в комнате священника, и пили чай.
В отличие от отца Винченцо, Федерико Ланцони решил не пренебрегать советом Аз Гохара и не ночевать в церкви один. Он попросил старика Гарпию, который три ночи в неделю приглядывал за Сант-Антонио ди Франчезе, провести эту ночь с ним. Сторожу он сказал, что какие-то хулиганы третий раз за неделю портят главную дверь церкви. Необходимо последить эту ночь за улицей, добавил священник,— возможно, им удастся схватить тех, кто пачкает краской дверь? Гарпия подумал и согласился.
В десять вечера отец Федерико запер двери главного входа. Они с Гарпией решили сторожить церковь по очереди. В одиннадцать часов старик лег спать. Отец Федерико провел два часа за чтением Библии у входа в церковь. В час ночи он разбудил Гарпию. Они выпили приготовленный отцом Федерико чай, после чего Гарпия пожелал священнику спокойного сна и хотел уже было выйти из комнаты. В этот момент за стеной церкви раздался звук, словно в церковный двор въехала большая машина. Отец Федерико и Гарпия переглянулись. Через мгновение звук работающего двигателя исчез. Спустя еще пару секунд из главного зала церкви до них долетел громкий стук.
Отец Федерико вздрогнул и испуганно посмотрел в сторону зала. Старик Гарпия не знал того, что знал священник, поэтому неправильно истолковал его взгляд.
— Не бойтесь, святой отец,— сказал он.— Сейчас я прогоню этих хулиганов.
Он встал со стула, взял лежащую на тахте палку с металлическим набалдашником на конце а направился к двери. Отец Федерико несколько секунд сидел неподвижно, потом, словно опомнившись, выскочил из-за стола и бросился вслед за сторожем…
— Подожди! — прошептал он, догоняя Гарпию уже в зале и хватая его за плечо.— Сначала я узнаю, кто это!
Оказавшись у двери, они замерли. За дверью бокового входа, откуда минуту назад раздавался стук, не было слышно ни звука. Отец Федерико слышал лишь прерывистое дыхание старого сторожа и гулкие удары своего сердца. Так продолжалось несколько секунд. И вдруг за железной дверью послышался шорох — словно сотни мышей скребли по ее поверхности своими маленькими лапками. Отец Федерико сглотнул. В следующую секунду дверь церкви потряс мощный удар, и она, не выдержав напора, слетела с петель.
С искореженного косяка на пол зала посыпались известь и деревянные щепки. Оглушенный священник схватился за голову и присел. Выбитая дверь рухнула на старика Гарпию и сбила его с ног. Затем из темноты ночи в церковь ступила фигура.
Подняв голову, отец Федерико увидел человека лет тридцати, все лицо которого покрывали порезы. Вошедший остановился возле двери, под которой лежал Гарпия. Сторож был жив, но стонал — наверное, рухнувшая железная плита сломала ему ребра. Неожиданно незнакомец склонился над лежащим стариком, схватился правой рукой за его шею и резким движением вырвал кадык.
Отец Федерико с ужасом увидел, как из горла старика Гарпии хлынул кровавый фонтан. Красные капли попали на лицо вошедшего, и когда тот повернулся к священнику, отцу Федерико показалось, что это кошмарное существо явилось к нему из самой преисподней.
— Пришло время отвечать на вопросы,— сказало создание, приближаясь к скорчившемуся на полу священнику.— Начнем, святоша.
Существо схватило отца Федерико за ворот сутаны и, подняв в воздух, встряхнуло. У священника лязгнули зубы. Существо приблизило рот к уху человека и прорычало:
— Где Аз Гохар?
В голове отца Федерико мысли понеслись, словно табун обезумевших лошадей… Бен Аз Гохар оказался прав! То, во что он так и не поверил до конца, было правдой! Неужели это существо, что стоит перед ним, что с легкостью выбило железную дверь вместе с запором и вырвало горло старику Гарпии, является гулом?
— Где Аз Гохар? — повторило существо.— Где тахши?
Отец Федерико чувствовал, что язык его парализовало страхом. Даже если бы он захотел ответить сейчас, то не смог бы сделать этого чисто физически.
— Где Аз Гохар, святоша? — в третий раз прорычал гул и еще раз встряхнул священника.
— Я ничего не скажу,— выдавил наконец отец Федерико.
— Не скажешь?! — взревел гул и с неожиданной яростью швырнул священника через зал.
Отец Федерико пролетел над рядами скамей и врезался в одну из колонн, поддерживающих высокий свод церкви. Левое плечо его полыхнуло огнем, перед глазами заплясали золотистые искры. Гул несколькими скачками перемахнул проход и оказался рядом с отцом Федерико. Он снова схватил его за одежду и рывком поднял вверх.
— Последний раз спрашиваю: где Аз Гохар? — Изо рта существа на священника пахнуло запахом гнили.
— Он доберется до вас,— прошептал отец Федерико.— Он знает о вас все… Ты умрешь, создание ада!
— Замолчи! — прошипел гул и внезапно начал меняться: глаза его закатились, пальцы, держащие ворот сутаны священника, замерли, превратившись в гипсовые обрубки.
Отец Федерико тоже замер, напуганный этой переменой.
Через минуту гул снова посмотрел на священника, но теперь в его взгляде появилось знание… Несколько секунд он смотрел на отца Федерико, после чего прошептал мягким голосом, похожим на шелест песка:
— Ты тоже не знаешь, где Аз Гохар… Но ты знаешь другое, святоша. Он вернется сюда завтра утром. Так?
В голове священника промелькнули последние слова Аз Гохара — о том, что он придет в Сант-Антонио ди Франчезе в субботу утром. Внезапно отец Федерико понял, что это создание только что прочитало его мысли.
— Хорошо,— выдохнул гул,— мы приготовим ему сюрприз…
Тело его сотрясла крупная дрожь, и он опять изменился: во взгляде появилась злость, уголки рта исказила ухмылка.
— Мы приготовим твоему другу сюрприз,— повторил гул, но уже прежним голосом — хриплым и злым.— До утра много времени, так что мы успеем.
Он хихикнул, и от этого тонкого смешка отца Федерико передернуло.
— Приготовься, святоша,— прошептал гул,— сейчас ты увидишь своего Создателя!
Он отпустил ворот сутаны священника и ухватил его рукою за горло.
Отцу Федерико показалось, что его легкие превратились в мешки с песком — ему вдруг стало нечем дышать. Он взмахнул руками, но пара слабых ударов, попавших в грудь гулу, не причинила тому никакого вреда. Воздуха в легких священника оставалось все меньше — вскоре отец. Федерико обвис на руке гула безвольным мешком…