Чтение онлайн

– Милый парень, - Эша сдернула полотенце с головы и запустила пальцы во влаж-ные волосы.
– Просто симпатяга! Ну, спасибо, Олег Георгиевич, удружили!

– Пожалуйста, - спокойно ответил Ейщаров.
– Ну что, теперь вы согласны ознако-миться с поручением?

– Погодите, погодите, я еще не закончила!
– всполошилась Шталь.
– Существует ли какое-то нулевое поколение?

– Нет.

– А откуда вы знаете?

– Просто знаю, - Ейщаров взглянул на часы.
– У нас мало времени, Эша. Один во-прос и одно требование. После этого...

– Я еще ни на что не согласилась, между прочим, - напомнила Шталь.
– И не забы-вайте, что вы должны мне кучу денег!

– Вы же сказали, что я их могу оставить себе.

– Это была шутка, - пояснила Эша.
– Я была взволнована. У нас с вами контракт, и никакого официального отказа я не подписывала. Лучше объясните мне, каким обра-зом способность говорить передается через вещи столь избирательно? Говорящие... э-э... хм... общаются с прорвой вещей, многие из них меняются навсегда, а число людей, которые контактируют с этими вещами... Да мир бы уже был битком набит Говорящими!..
– Эша поежилась.
– Жжуть, вообще-то.

– Ответ на этот вопрос так очевиден, что мне и отвечать-то неохота, - Ейщаров пожал плечами.
– Эша, это ведь действительно не что-то вроде вируса гриппа. Я вам говорил, что является основой в умении Говорящих? Большинство людей могут хоть весь дом набить измененными вещами, но с ними ничего не будет.

Эша глубокомысленно потерла кончик носа указательным пальцем.

– Вещь нужно полюбить?
– Ейщаров кивнул.
– Нет, правда?! Да, это действитель-но не что-то вроде гриппа. Это больше похоже на вене...

– Теперь мы можем заняться делом?
– Олег Георгиевич протянул руку и напоми-нающе постучал пальцами по бумагам.

– Но я никогда не любила судьбу!
– возмутилась она.
– Я вообще в нее не верю! Как же я могла заразиться?!.. господи, никак не привыкну к этому определению!

– Ваш случай нужно исследовать особо, поскольку подобного Говорящего из пер-вого поколения не зарегистрировано. Мы о нем, во всяком случае, не слышали.

– Вы, вы...
– Эша встала, тщательнее запахнув халат и вскользь отметив на лице Михаила легкое разочарование.
– Не надо обосабливаться, Олег Георгиевич. Думаю, уже давно пора говорить "мы". И кстати, я вам уже нашла немало Говорящих, могли бы для разнообразия предъявить мне кого-нибудь из своих! Хоть одного! И жела-тельно, вместе с его вещью. Подобные демонстрации полезны для работы.

– Вы и вправду желаете демонстрацию?
– Олег Георгиевич вытащил из пачки си-гарету, задумчиво постучал ею по столешнице, потом кивнул Михаилу.
– Покажи ей.

– Нет, правда?!
– с восторгом спросил тот, и Эша недоуменно воззрилась на шофе-ра, который внезапно разволновался, отчего стал выглядеть еще более несерьезно, чем раньше.

– Что это, интересно, он может мне показать? Если только...

– Помолчите, - небрежно приказал Ейщаров.
– Давай, Миш, только будь любезен, держись в рамках, или я тебе надену такие наперстки на все пальцы.

– А их много?
– искренне испугалась Шталь.

– Не надо!
– одновременно с ней испугался и Михаил, обыскивая самого себя.
– Даже не знаю, с чего... Если в рамках, так у меня и... Я сейчас, - он развернулся, с грохотом выдернул один из кухонных ящиков и принялся бряцать столовыми прибо-рами.
– Не то, не то... А, во! Идеально!
– Михаил выхватил из ящика новенький и выглядящий очень прочным и острым столовый нож, и Эша тотчас сделала шажок назад.

– Миш, если я тебе что и говорила, так ты же понимаешь, что все это было несерь-езно...

– Да нет!
– с досадой воскликнул Михаил и сунул ей нож рукояткой вперед.
– На! Подержи в руках.

Эша машинально приняла нож и посмотрела на него раздраженно.

– Знаете, что я вам скажу - совести у вас нет! Я только-только в себя пришла, а вы уже заставляете меня готовить?!..

– Чего?
– удивился Михаил.
– Да нет, просто осмотри его. Проверь, острый ли... Только внимательно.

– Я не разбираюсь в ножах, - пробурчала Эша, послушно поворачивая нож так и этак.
– Нож как нож. Да ну, глупость...

– Делайте, что вам сказали, - Ейщаров взглянул на часы.
– Вы же сами желали де-монстрацию.

– Да, но...
– Эша осеклась, потом недоверчиво посмотрела на ухмыляющееся лицо шофера.
– Да ладно вам, быть этого не может! Вы меня разыгрываете!

– Вот сейчас и проверим!
– задиристо отрезал Михаил. Шталь снисходительно пожала плечами, осторожно тронула пальцем кончик ножа и, ойкнув, сунула проко-лотый палец в рот.

– Итак, нож острый, - удовлетворенно констатировал Михаил и, протянув руку, забрал нож. Эша фыркнула.

– И что именно я должна была понять из этой демонстрации?

– А я еще ничего не демонстрировал, - сообщил Михаил, отходя к окну и небреж-но поигрывая ножом.
– Забавный экземпляр, редкий и...
– он стал медленно повора-чиваться, держа нож на ладони острием к себе, - в некоторой области совершенно бесполезный.

Эша начала было открывать рот, чтобы спросить, в какой это, интересно, облас-ти... но тут Михаил неожиданно резко завершил разворот, и его рука совершила ко-роткое движение - сильное и в то же время удивительно небрежное, сделанное как бы между прочим. Шталь почему-то успела подумать о птицах - маленьких птицах, умещавшихся в ладони, которых выпускали, подбрасывая в воздух - движение было очень похоже, только направлено оно было не вверх, а вперед. И вылетела из ладони не птица.

Нож совершил только один оборот, коротко блеснув в воздухе, и Эша поняла, что это такое лишь когда острие коснулось ее кожи там, где заканчивалось декольте ха-латика. Она почувствовала тупой удар, словно ее с размаху ткнули в грудь ручкой швабры, краем глаза увидела, как вскочил с табуретки Ейщаров, потом что-то бряк-нуло о пол, и от окна кто-то сказал:

– Вот.

Эша, все еще держа рот открытым и потеряв способность дышать, медленно опус-тила глаза туда, где из ее тела должен был торчать нож, но там ничего не было - чис-тая неповрежденная кожа - лишь крошечный, едва различимый синячок. Вскинув руки, она судорожно ощупала себя, еще не веря, потом повела глазами и увидела нож, лежащий у ее ног и невинно поблескивающий новеньким лезвием.