Город

Владимир Константинов

ГОРОД

роман

Ум всегда в дураках у сердца.

Ф.Ларошфуко

Тот, кто умеет, тот делает, кто

не умеет - тот учит.

Б.Шоу

Пролог.

Встреча эта случилась ровно два года назад. Была середина августа самая грибная пора в Сибири. А я, надо сказать, большой любитель этой бескровной охоты и, если выдавалось свободное время, не мог отказать себе в удовольствии побродить с лукошком по лесу. День тот выдался очень погожим теплым, тихим, солнечным. Ранним утром, прихватив корзину, я отправился в лес. Жил я в то время в Новосибирском академгородке более двадцати лет и за эти годы на пять километров в округе знал наперечет все грибные места. Поэтому к обеду моя двухведерная корзина была полна груздей, рыжиков, волнушек и маслят. Пора была возвращаться.

Я шел по лесной дороге и думал над сюжетом очередного романа. Здесь, среди природы, мне всегда легко думалось, появлялись свежие мысли, идеи. У развилки дороги стояла длинная г-образная скамейка. Мне всегда хотелось увидеть людей, построивших в лесу такие вот скамейки. Хорошие они должны быть люди, с красивыми и добрыми лицами. Я сел на скамейку, раскурил трубку. Курить трубку меня убедила жена, утверждая, что с ней я похож на Хемингуэйя. Я поддался её уговорам, хотя, честно признаться, никакого сходства со знаменитым писателем не обнаруживал. Минуты через три из леса вышел высокий, плечистый парень с точно такой же, как у меня, корзиной. У него было открытое, простодушное и довольно симпатичное лицо. Он подошел, поздоровался, сел на скамейку, достал пачку сигарет и тоже закурил. Его корзина также была полна грибов. Сверху я увидел насколько средней величины белых и откровенно позавидовал:

– Неужели белые пошли?! А я ни одного не нашел.

– Я знаю одну полянку, - ответил парень, улыбаясь.
– Там они всегда появляются раньше, чем в других местах.

– Значит, через недельку надо снова наведаться.

– Обязательно.
– Он долго ко мне присматривался, затем спросил: Скажите, вы - писатель?

– Да, - подтвердил я.
– А мы разве встречались?

– Нет. Я видел вас по телевизору.

– Было такое дело.

– Вас ведь Владимиром Ивановичем зовут?

– Ну и память у вас!
– удивился я.

– Да, память у меня исключительная. А меня зовут Григорием. Григорий Орлов.

– Тот самый?
– шутливо спросил я.

– Какой?
– недоуменно посмотрел он на меня.
– Ах, вы имеете в виду графа? Нет, я - другой. А впрочем, в нашей жизни все возможно. Поэтому, не могу гарантировать, что я не тот самый.

Ответ меня несколько удивил и позабавил. Интересный молодой человек, с юмором.

– Хотите, Владимир Иванович, я расскажу вам совершенно потрясающую историю, случившуюся со мной совсем недавно?
– неожиданно предложил Григорий.

– А может быть мы сначала перекусим, - проговорил я, снимая рюкзак и доставая из него термос с кофе и бутерброды с колбасой, о которых я, увлекшись грибной "охотой", совершенно забыл.
– Ты как, не против?

– Он не против, - ответил тезка знаменитого графа и широко улыбнулся. Замечательная у него была улыбка. Так улыбаться может лишь человек с большим сердцем и широкой душой. Нравился мне новый знакомый. От него веяло жизненной энергией и уверенностью, так порой нехватающим людям, особенно в наше трудное время.

Мы перекусили и он рассказал мне, действительно, совершенно невероятную историю. Григорий оказался большим выдумщиком и фантазером. Я люблю фантастику. Но даже у известных фантастов не читал ничего подобного.

– Молодец! Красиво сочиняешь!
– похвалил я его, когда он закончил свой рассказ.

– Я ничего не сочиняю, - неожиданно для меня обиделся он.
– Я же вам сказал, что все это было со мной в действительности.

– Но согласись, Гриша, поверить во все это очень трудно?
– сказал я примиренчески.

– И вместе с тем, это так, - упрямо проговорил он.

– Ну, хорошо, - сдался я.
– Допустим, что вся эта история - не плод твоего воображения. Допустим. Но зачем ты мне её рассказал?

– Хочу, чтобы вы об этом написали.

– А почему бы тебе самому не написать? Ты очень красочно повествовал. Я от души посмеялся.

– В том то и дело, что уже пробовал, - горестно вздохнул Григорий. Рассказываю вроде интересно, а как сажусь за компьютер, получается коряво и неубедительно. Так напишите?
– с надеждой спросил он.

– Надо все как следует обмозговать, - ответил я уклончиво.

На том мы и расстались.

После этой встречи, я долго размышлял над услышанной от Орлова историей. Что-то цепляло меня за живое, заставляло вновь и вновь к ней возвращаться. Интуитивно я чувствовал, что за всей этой фантасмагорией скрывается большая правда жизни, её философский смысл. Но так и не отважился её написать - уж слишком все казалось невероятным и несерьезным.

А полгода назад я встретил Григория Орлова у торгового центра академгородка. Под руку его держала девушка необыкновенной красоты.

Увидев меня, Орлов широко разулыбался, подошел, поздоровался, крепко пожав мне руку, представил девушку:

– А это - моя Таня. Помните, я вам о ней рассказывал?

– Очень приятно, - отвесил я девушке поклон, восхищенно её раглядывая. Спросил шутливо: - Это вы служили у Пантокрина суперагентом?

Таня бросила укоризненный взгляд на мужа, густо покраснела и смущенно ответила:

– Это было до встречи с Гришей. Глупая была.

Ее ответ поверг меня в смятение. В его искренности не приходилось сомневаться. Такая девушка не способна лгать и разыгрывать. Да и её поведение прямо говорило об этом. Но тогда значит, что Григорий?!... Нет-нет, этого просто не может быть!

Видя мое состояние, Орлов довольно рассмеялся. Сказал:

– Хотите познакомиться с Колей? Он здесь продавцом работает. А Толя сейчас в большие люди выбился - фирмой заведует. Вот такие вот дела!

Я, сославшись на занятость, откровенно сбежал.

Ночью я мучился бессоницей, думая над случившемся. Неужели же то, что рассказал мне Орлов, произошло с ним на самом деле? А что если в его истории и содержатся ответы на те главные вопросы, над которыми тысячелетия мучились лучшие умы человечества? Как сказал когда-то Шекспир устами своего героя: "Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам". Не знаю, не знаю. Все может быть.