Город беглецов
Шрифт:
– Джон Рэмедж, очнитесь...
– У него кошмар...
– Вколите стимулятор...
– Сейчас...
Ощущение фальшивости окружающего мира затопило сознание майора и неожиданно все вокруг просто исчезло. Остался лишь яркий белый фон, подозрительно смахивающий на экран кинотеатра, на котором только что демонстрировали исчезнувшую реальность. На белом фоне появился темный силуэт и удивительно знакомый голос произнес:
– Ну что, очнулся? Ну и силен же ты, Джон!
Лицо говорившего приблизилось, и потрясенный Рэмедж узнал в человеке генерала Алекса Макбрайта. Тот широко улыбнулся и с облегчением продолжил:
– Не ожидал меня увидеть снова, Джон?
– Алекс...? Где я? Что со мной произошло?
– Ты на Земле, дружище.
– Но я уже был на Земле! Нас атаковали... Я был ранен, а потом..., - сознание Рэмеджа уперлось в глухую стену беспамятства.
– Что было дальше? Жена и дети... Я вернулся к ним! Не знаю как, но...
– Ты говоришь загадками, Джон, - теперь подошла очередь генерала изумленно посмотреть на своего друга.
– Мы сняли тебя с Конкистадора. Ты был один там, в статисе.
– Забрали с Конкистадора?
– Рэмедж совершенно запутался.
– Значит ядерная война - это приснившийся мне кошмар?
– Нет, Джон. Война действительно была. Давно. Мы находимся глубоко под землей. Это, - генерал неопределенным жестом обвел пространство вокруг себя, - Нора, в которой мы укрылись перед тем, как радиоактивные ветры отравили воздух, почву и воду на поверхности.
Рэмедж на несколько минут замолчал, силясь окончательно избавиться от кошмара, принять окружающую реальность и увязать воедино лавину обрушившихся на него фактов. Генерал терпеливо ждал, пока Рэмедж вновь не заговорил:
– Значит, Большой Скачок, дежурства и все остальное реально... Но как вы пережили войну? Неужели технологии Большого Скачка удалось осуществить на Земле?
– Только отчасти, Джон. Помнишь наш разговор? Мы вели исследования параллельно, используя информацию, полученную в том числе и от тебя...
– И кто же выжил, генерал? Кого вы спасли? Все те, кто вверг планету в хаос, будут продолжать жить, а наши...
– Ты не дослушал меня до конца, Джон. Атака была молниеносной. Мы были отрезаны от остального мира. Нет, Джон, Нора не прибежище для элиты, - генерал критически осмотрел майора и повернул голову. Рэмедж проследил за его взглядом и заметил в стороне худощавого человека средних лет в белом халате врача, который следил за показаниями медицинских приборов. Тот кивнул в ответ на вопросительный взгляд генерала, и Макбрайт вновь обратился к Рэмеджу:
– Доктор Пэйдж дает добро, Джон. Попробуем совершить маленькую прогулку.
Движение цилиндра лифтовой кабины почти не ощущалось. Огоньки на контрольной панели складывались в цифры, отмечая этажи, уходящие вглубь толщи планеты. Макбрайт молчал. Рэмедж, держась за дугу идущего по периметру кабины поручня, постоянно чувствовал стягивающие кожу плеча эластичные повязки. Память с невероятной четкостью напомнила ему те ужасные минуты, когда пилы челюстей ящера терзали его плечо, и он невольно подвигал рукой, лишний раз убеждаясь, что она по-прежнему на месте. Генерал обратил на это внимание и понимающе улыбнулся:
– Врачам пришлось очень постараться, чтобы вытащить тебя с того света, Джон. Ключица была раздроблена, и в мастерских Норы изготовили титановый протез. Почти не чувствуется, верно?
Рэмедж впервые слышал об этом и тут же задался вопросом - что еще людям генерала пришлось заменить в его теле? Но лифт уже достиг своей конечной точки, и его створки с едва слышным шипением разошлись, открывая выход на решетчатую площадку, подвешенную на стальных тросах под сводами гигантской пещеры. Макбрайт вышел из лифта и обернулся, ожидая майора. В первое мгновение, оказавшись на площадке, Рэмедж подумал, что они отнюдь не спускались вглубь планеты, а, наоборот, поднялись на поверхность и оказались на открытом пространстве - настолько огромным был объем пещеры. Воздух внутри был прохладным, а снизу, деликатно шевеля одежду и волосы, дул слабый ветерок.
– Это естественная пещера, Джон. На нее наткнулись, когда бурили шахты для монтажа реактора, - генерал подошел к краю площадки и перегнулся через перила.
– Посмотри вниз...
Рэмедж последовал совету, и уже второй раз за короткое время увиденное ошеломило его. Внизу все пространство пола пещеры занимали маленькие, похожие с такой высоты на булавочные головки, десятки и даже сотни саркофагов. Генерал наслаждался произведенным эффектом:
– Да, Джон, там внизу почти все население нашего городка. Служащие, технический персонал, ученые, их жены, дети и родственники. Всего семьсот двадцать четыре человека...
Макбрайт как-то странно посмотрел на Рэмеджа, и тот почувствовал, что сказанные генералом слова значат нечто большее, чем просто сведения о численности спящих внизу людей. В голове эхом звучала фраза - их жены и дети, жены и дети..., и, наконец, пришло запоздалое понимание. В душе он уже похоронил их, простился, затаил в сердце вину, и вдруг появилась надежда, а генерал, догадываясь, какие чувства сейчас владеют майором, уже шагал к клети подъемника.
Ни говоря друг другу ни слова, они спустились на дно пещеры. Макбрайт уверенно вел Рэмеджа между саркофагами, и майор невольно вглядывался сквозь их прозрачные колпаки в лица спящих внутри людей. Знал ли он их? Наверняка, он встречал большинство из них на улочках их закрытого городка, а может быть, даже водил с кем-то из них дружбу, но лавина последних событий безвозвратно погребла воспоминания о тех временах, и Рэмедж ничего не видел за этими безмятежными лицами.
Наконец генерал остановился и тихонько кивнул в сторону ближайших саркофагов:
– Они здесь, Джон.
Рэмедж приблизился к первому саркофагу и в порыве чувств инстинктивно протянул руку, пытаясь прикоснуться к спящему внутри человеку. Его ладонь наткнулась на холодное препятствие плексигласа, и движения пальцев невольно повторили мягкие изгибы линий родного лица, а капля теплой влаги, сорвавшись с ресницы, бессильно разбилась маленькими искрами о прозрачную поверхность. Алекс Макбрайт положил ладонь на плечо друга и мягко произнес:
– Они все здесь. Наши семьи, друзья. Целый спящий город. Когда стали поступать сведения о бомбардировках поверхности, мы поняли, что заперты в Норе надолго. Мы приняли решение воспользоваться гибернацией. Реактор, спрятанный в глубинах Норы, обеспечивает работу всех саркофагов и систем поддержания микроклимата. Компьютер базы был запрограммирован разбудить людей в расчетный срок, когда, по мнению ученых, на поверхности станет безопасно, а уровень радиация опустится до приемлемого уровня. Это произошло две недели назад..., - генерал замолчал, не решаясь продолжить.