Горец
Шрифт:
– Вы живете недалеко отсюда?
– На Трудовой!
– Вот как? И я на Трудовой, в 10-м доме.
– А я чуть ближе, в 8-м!
– Тогда позвольте мне проводить вас.
– Да, конечно, буду признательна. Но… что это? По-моему, кто-то бежит сюда.
Дементьев узнал характерный звук, издаваемый армейскими ботинками.
– Это милиция, патруль, что бродит по парку. Не думаю, что вам следует оставаться здесь. Уходите на соседнюю аллею и по ней на выход из парка. И запомните, вас при драке не было.
– А как же вы?
– Уходите! Я как-нибудь отобьюсь.
– Может, вместе убежим?
Дементьев улыбнулся:
– Я не привык убегать. А вот вы поспешите!
– Извините, и спасибо!
– Не за что, счастливо!
Женщина прошла через кусты на соседнюю аллею и быстро пошла к выходу. Андрей видел ее. До того момента, как из-за поворота выбежали милиционеры. Сержант и рядовой. Сержант держал в руках короткоствольный автомат. Дементьев повернулся лицом к патрулю. Милиционеры, быстро оценив обстановку, перешли к странным, но решительным действиям.
Сержант крикнул Андрею:
– На землю! Быстро! Ноги в шпагат, руки перед собой.
Дементьев попытался ответить, но сержант поднял автомат:
– Лежать, сказал! Иначе прострелю ноги!
Покачав головой, Андрей опустился на асфальт. Его обыскал рядовой. Достал удостоверение личности офицера. Крикнул начальнику патруля:
– Это офицер! Капитан!
– Да? Проверим. Сейчас любую ксиву за бабки сделать можно. Осмотри остальных!
Рядовой перешел к осмотру бандитов. Двоих пришедших в себя заставил также упасть на асфальт. У потерявшего сознание от удара затылком об асфальт проверил пульс, осмотрел голову. Прошел к главарю банды и тут же вновь крикнул сержанту:
– Гена! Тут Рафшанов. Тимур!
– Да ты что? Вот, бля, чего нам не хватало. Живой?
– Живой! В отрубе, но дышит.
– Ты смотри за новоявленным Рэмбо, а я с нашими свяжусь!
– Понял!
Сержант по рации вызвал какого-то «ноль седьмого». И вскоре прямо по аллее к месту происшествия подъехал милицейский «УАЗ». Дементьев не видел приехавших милиционеров, услышал лишь доклад. Затем шаги и очень знакомый голос. Дементьев не смог сразу определить, кому именно он мог бы принадлежать. Этот голос спросил:
– Рафа обыскали?
– Нет! Проверили, жив или нет. Узнав сынка Наиля, я тут же вызвал тебя!
– Смотрю, он пришел в себя. А ну-ка лично его осмотри. И ножичек, что валяется рядом, подбери, снимем пальчики!
– Понял!
– Давай! Поднимайте Рэмбо!
Кто-то спросил:
– «Скорую» вызывать не будем? Похоже, у Рафа рука сломана, да еще один чушок башкой асфальт отрихтовал. Наверняка сотрясение мозга.
– Погоди! Это мы всегда успеем! Мужика ко мне.
Один из милиционеров пнул ботинком Дементьева в бок:
– Подъем, крутой! И без глупостей!
Андрей встал спиной к старшему подъехавшего мобильного наряда, отряхнулся, повернулся… и услышал изумленное:
– Командир? Ты?
Дементьев узнал обладателя знакомого голоса. Перед ним стоял старший лейтенант милиции, а в недалеком прошлом командир отделения подчиненной Андрею разведывательно-штурмовой группы, Сергей Чернышев. Он уволился сам. Не стал продлевать контракт по семейным обстоятельствам.
– Я, Серега, как видишь! Неожиданно встретились, да?
Чернышев подошел, обнял Андрея:
– Командир! Живой! Если бы ты знал, как я рад видеть тебя!
– Я тоже, Сережа!
Старший лейтенант разжал объятия:
– Да! Кто бы мог подумать. Ты в отпуске?
– Нет! Отряд расформирован, почти всех уволили в запас. Вот я и приехал домой. А удостоверение еще не сдал.
– Ну, значит, еще поговорим.
Милиционеры, переглядываясь, молча стояли рядом с лежавшими на асфальте бандитами.
Чернышев спросил:
– Что здесь произошло, командир?
– Да эти ублюдки к женщине пристали. Намеревались изнасиловать, по крайней мере, вслух высказывали подобное желание. А я из кафе домой шел. Сам понимаешь, мимо пройти не мог. Вот и вмешался!
– Удивительно!
– Что тебе, Черныш, удивительно? Что мимо не прошел?
– Да нет, то, что эти четверо почти не пострадали. Видимо, не сильно они разозлили тебя.
– Да, ерунда! Отработал по-легкому!
– Вот и я говорю! Задень они тебя по-серьезному, то здесь не «Скорая», а «труповозка» нужна была бы.
– Черныш…
Чернышом называли сержанта Чернышева в отряде. Иногда прозвище использовалось в качестве позывного.
– …слушай, а кто такой Раф? Сержант патрульный проявил недовольство, узнав, кто лежит на асфальте.
– Раф? Да сам он никто, червь навозный. Но борзый. Его пахан в городе не последний человек, крупный бизнесмен в строительстве, а сейчас еще и депутат областной Думы, Наиль Маратович Рафшанов. Он раньше в обкоме КПСС то ли вторым, то ли третьим секретарем обретался.
– Знакомая фамилия!
– Вот этого Рафа, Тимура Рафшанова, среди прочих бандитов, ты успешно и отоварил.
– Везет мне на разных сынков! И что за пруха?
– Ты о чем?
– Да так, о своем! Будут неприятности?
– Погоди!
Обыскавший младшего Рафшанова милиционер подал старшему лейтенанту знак, и Чернышев подошел к нему. Тут же крикнул подчиненным:
– Миша! Дима! Бегом за понятыми! Где и как хотите, но чтобы они были здесь через пять минут. Хоть силой хватайте. Только не малолеток.