Год Мамонта
Шрифт:
— Вы выкрадите Фалкона и привезете его мне.
Помолчали.
— Ого, — сказал Хок.
— Да, — сказал Зигвард.
Снова помолчали.
— Возможно ли это? — спросил Хок риторически.
— Не утомляйте меня торговлей, — ответил Зигвард. — Я же сказал, заплачу столько, сколько вы сочтете нужным.
И еще помолчали.
— Живым? — спросил Хок.
— Если бы он мне нужен был мертвым, я послал бы простого убийцу. Понятно, что живым.
— Как скоро?
— Даю вам три дня.
— Четыре, — серьезно сказал Хок. — За три дня я не успею, пожалуй.
— Я согласен.
— Девяносто тысяч, — сказал Хок.
— Очень хорошо.
— Плюс пятьдесят тысяч на расходы.
— Что за расходы?
— Мне нужно будет кое-кого подкупить.
— Прекрасно.
— И титул.
— Титул?
— Княжеский.
— А конунгом Славии вас не сделать ли?
— Нет. Я плохо говорю по-славски. Мне нужно княжество именно в Ниверии. Это — единственное, чего мне не мог бы дать Фалкон.
— Но мог дать Бук.
— Только с подачи Фалкона, а это вовсе не одно и тоже.
— Хорошо, я подумаю.
— Тогда я тоже подумаю. О чем-нибудь.
— Я согласен.
— А если мне не удасться? — спросил Хок.
— Даже не знаю, что вам на этот случай посоветовать, — сказал Зигвард. — Можете пойти в подмастерья к кузнецу какому-нибудь.
Используя походный сундук как стол, Зигвард написал письмо казначею. Хок взял лист, поклонился, и вышел из шатра.
Горели звезды и было относительно тепло. А ведь в Астафии зима.
Казначей выдал Хоку пятьдесят тысяч в трех мешках авансом и дал подписать расписку. Хок набил золотом карманы, остальные деньги спрятал в сундук в своей карете, оседлал коня, и быстро поскакал сперва на восток, потом на юг, в дюны.
Пожилой рыбак, доставивший на следующее утро «донесение неотложной важности» в стан фалконовых войск, не обнаружил там Фалкона. В городе Главы Рядилища тоже не оказалось.
Пожилой рыбак наводил справки, но никто не мог точно сказать, где Фалкон. И Фокс тоже исчез. Рита была в городе, но ни встретиться с нею, ни тем более поговорить, рыбак не решился, боясь за свое инкогнито.
Хок вернулся в стан мятежников утром следующего дня, усталый и злой, и разозлился еще больше, обнаружив в своем шатре Бранта. Нико тоже наличествовал, но на него Хок не обратил внимания.
— Ну ты наглец, сынок, — сказал Хок. — Ах ты полозень илистый. Ах ты быдло шерстистое. Я понял — ты меня извести вознамерился.
— Я вас тут ждал, — сообщил Брант, не вставая с плетенки.
— Ты меня везде ждешь. Куда я ни сунусь — везде Брант. Ну-с, в прошлый раз ты выкрутился, сказав, что Рита — твоя матушка. А теперь что ты мне скажешь? Что Зигвард — твой батюшка, да? Вы же с Фалконом только что были друзья не-разлей-вода. Но знаю я, знаю — тебе меня извести — дороже дружбы. И ты перебежал в другой лагерь для этого. Из-за меня. Я польщен. Поэтому убью я тебя сейчас быстро и как бы случайно. Как бы никто и не заметит ничего. Чтобы уж больше к этому вопросу не возвращаться.
— Не болтайте глупости, Хок, — сказал Брант строго. — У меня есть к вам предложение. Учитывая ваш статус, как недавнего перебежчика, вы бы не прочь были бы отличиться перед новым начальством, не так ли?
— Кто это тебе сказал, что я перебежчик? — возразил Хок. — Все эти годы я честно служил Зигварду. А фалконовы поручения выполнял только для отвода глаз. Иди сюда, я тебя задушу. Не к лицу мне за тобою по шатру бегать, годы не те.
— Есть возможность, — сказал Брант, — захватить Фалкона в плен.
Хок насторожился, но не подал виду.
— Такая возможность всегда есть, — сказал он, — в кондюсивной обстановке, каковой является гражданская война.
— Реальная возможность, — сказал Брант. — Перестаньте, пожалуйста, финессировать. Разница между вами и мною состоит в том, что я знаю, где находится Фалкон, а вы, как это ни прискорбно, не знаете, хотя, конечно, все должно быть наоборот.
— А зачем мне знать, где он находится? — спросил Хок. — Уж не считаете ли вы, что, подло выкрав его, как какую-нибудь дочь богатого купца, и привезя его Зигварду, я заслужу одобрение? Зигвард весьма щепетилен в таких вопросах. Вдруг он скажет, что я таким образом отнял у него славную победу, обесценил его стратегию, поставил его в один ряд с торговцами пивом?
— Славной победы ему не видать, — сказал Брант. — Стратегии у него никакой нет, он всегда рассчитывает на интуицию. А торговцы пивом делились с ним процентно, когда он жил в Славии.
Хок с обновленным интересом посмотрел на Бранта.
— Вам это точно известно?
— Нет, — ответил Брант. — Про пиво я, с вашей подачи, только что сам придумал. А все остальное, судя по вашей реакции, правда.
— Хитер, — сказал Хок задумчиво, напомнив Бранту Хевронлинга. — Ну, хорошо. Где же, по-вашему, находится Фалкон?
— Не скажу.
— Не понимаю.
— Я вас туда отведу. Мне самому нужно там быть, по другим делам. А вы дадите мне слово, что поможете мне пробраться туда.
— Зачем?
— Ваше праздное любопытство я удовлетворять не намерен, — отрезал Брант. — Согласны вы или нет? Мы поедем втроем — вы, я, и Нико. Вот этот вот — Нико.
— А пробраться, говорите вы, будет сложно?
— Возможно. Иначе зачем бы мне понадобились именно вы.
— То есть, — сказал Хок, — там охрана?
— Да.
— Сколько человек?
— Не знаю, — честно сказал Брант.
— Это — пещера, дом, замок?
— Тоже пока не знаю.
— А когда узнаете?
— Когда мы туда поедем.
Что-то не нравилось Хоку в этом предложении, но ничем лучшим, за исключением нанятия в подмастерья, он в данный момент не располагал.
— Хок не вернулся еще? — послышался за пределами шатра голос Зигварда.
— Эх, — сказал Нико.
— Нико, — сказал Брант. — Кого-то я просил помолчать. Не припомнишь ли, кого именно?