Глубоководье
Шрифт:
Бог указал на сумку, перекинутую через плечо Миднайт. «А почему иначе мы позволили тебе оставить эту? Она бесполезна».
«Бесполезна!» У Миднайт сжалось сердце.
«Мы не можем добраться до второй. И никто не может», — пояснил Баал, зло махнув рукой. «Хелм не пустит нас назад без обеих скрижалей, вот поэтому ты и должна убить его».
«А где вторая скрижаль? Она уничтожена?»
Баал усмехнулся. «В каком-то роде, да. Она спрятана в Замке Костей что находится в Царстве Мертвых Миркула». С этими словами он указал на землю. «И там она и останется до тех пор, пока мы не освободимся из Королевств».
«Если ты знаешь где она, то почему…» Миднайт осеклась на полуслове, поняв насколько глупо звучал ее вопрос. Боги были изгнаны с Планов. Так как Царство Мертвых, дом Миркула располагалось в Гадесе, то несомненно путь для них туда был закрыт.
Баал дал Миднайт некоторое время на осмысление сложившейся ситуации. Наконец, он нарушил молчание, — «Теперь ты понимаешь? Мы на одной стороне — мы хотим вернуться на Планы, а ты мечтаешь изгнать нас с Фаэруна. Но прежде чем это произойдет тебе придется убить Хелма».
Миднайт не торопилась с ответом. Для нее было очевидно, что если она сможет уничтожить Хелма, то и вернуть вторую скрижаль из Замка Костей ей не составит труда. Но чародейке не хотелось посвящать Баала в свои мысли, хотя она и не скрывала от него, что также хочет вернуть скрижали. Даже после тридцатичасовой тряски в седле, она была не настолько разбита, чтобы доверять словам Бога Убийств.
И все же, если она собиралась осуществить этот план, ей в первую очередь была нужна информация. «Если я должна уничтожить Хелма ради спасения Королевств, я это сделаю», — солгала Миднайт. Если она хотела вытянуть из Баала необходимую ей информацию, нужно было убедить его, что она на его стороне. «Но прежде чем я соглашусь, ты должен ответить на некоторые мои вопросы. Я хочу знать, что вы перепробовали все доступные варианты».
«О, поверь, это так», — ответил Баал, усаживаясь на седло.
Миднайт не верила, что слова низверженного божества были искренни, но иного выбора, кроме как довериться ему, ей не оставалось. «От Планов отрезаны только боги. Почему вы не послали никого из смертных в Царство Мертвых, чтобы он вернул вам вторую скрижаль?»
У Баала всего на миг отпала челюсть, но этого хватило чтобы выдать его удивление. «Это не так просто, как ты говоришь», — произнес он.
От Миднайт не скрылось удивление отразившееся на лице Баала, но она не была наверняка уверена, что оно значило. Она не могла поверить, что Бог Убийства и Бог Мертвых не догадались о таком простом решении проблемы.
«Отвечай на мой вопрос», — потребовала Миднайт. «Почему вы не послали никого из смертных за скрижалью? Наверняка есть способ достичь Царства Мертвых даже для людей».
«Есть», — подтвердил Баал.
Бог Убийц скривился в злорадной усмешке. «Они могут умереть», — произнес он.
Миднайт нахмурилась. Не на такой ответ она рассчитывала. «Ты можешь вынудить меня помогать вам угрожая жизням Келемвора и Адона, но не сможешь мне доверять, пока не ответишь на этот вопрос. Почему вы не послали никого из смертных за второй Скрижалью Судьбы?»
Баал изучал ее продолжительное время, в его глазах пылала злоба. Наконец он опустил глаза и произнес, — «Мы пытались. Миркул послал несколько дюжин своих самых преданных жрецов в Замок Дрэгонспир и…»
«Замок Дрэгонспир?» — прервала его Миднайт. Из того, что она знала, Замок Дрэгонспир был всего лишь кучкой заброшенных руин по дороге к Уотердипу.
«Замок Дрэгонспир», — кивнул Баал. «Под ним скрыт…» Он замолчал, словно подыскивая нужное слово, — «… мост между этим миром и Царством Мертвых».
«Тогда почему вторая скрижаль еще до сих пор не в ваших руках?» — спросила Миднайт. Упомянув Замок Дрэгонспир, Баал уже сказал ей все что она хотела знать, а именно где искать вход в Царство Мертвых. Будет гораздо разумнее больше поднимать эту тему, иначе он быстро осознает свою ошибку.
Баал пожал плечами и отвел взгляд. «Смертные пересекают черту между мирами, но никогда не возвращаются. Царство Мертвых слишком опасное место для живых».
«В каком смысле?» — спросила Миднайт, поерзав на земле. «Ведь жрецы Повелителя Миркула…»
«Хватит об этом», — оборвал ее Баал, внезапно вскакивая со своего места. «Ты нам поможешь, Миднайт… Или твои друзья поплатятся за твою глупость упрямство».
Миднайт посмотрела на Баала, сделав вид, что испугана и возмущена его поведением, но промолчала. По внезапной вспышке гнева злого божества, она поняла, что задала слишком много вопросов.
Баал указал на клочок земли, рядом с седлом. «Спи, пока можешь», — рявкнул он. «Мы выступим как только отдохнут лошади». С этим словами он отвернулся и позволил себе злорадно ухмыльнуться. Пока все шло так, как Миркул и предсказывал.
Келемвор напряженно вглядывался в кромку леса, раскинувшегося по южной стороне дороги. Среди рыжеватых сучьев металось несколько десятков теней, отчаянно щебечущих на подкрадывающуюся темную фигуру, застывшую в подлеске. С дерева спрыгнула одинокая белка и выкатилась на середину пропыленной дороги. Уши у зверька, словно две маленьких кисточки, стояли торчком, рыжий хвост распушился, а глаза были темнее ночи. Там, где желтые лучи утреннего солнца ласкали зверька, они словно поглощались его темным мехом, отчего грызун скорее походил на крошечного демона, нежели на белку.
Келемвор продолжал скакать прямо на животное, но то явно не собиралось уступать, обводя воина и его лошадь голодным взглядом.
«Странные создания», — заметил Адон.
«Пожалуй… с ними явно что-то не так», — согласился Келемвор.
В зарослях предательски треснула ветка. Стайка белок, скопившихся на окрестных деревьях заверещала от злобы и попрыгала на землю. Через несколько мгновений из травы, изрыгая проклятия, вскочил человек, весь облепленный грызунами. Келемвор и Адон не могли толком разглядеть его, чтобы понять кто это был — то ли охотник, то ли еще кто-то со столь темными намерениями, что ему понадобилось слоняться по лесу в одиночестве.