Чтение онлайн

— Аркаша, это кто такие? — удивился грузный господин.

— Взять их, — приказал Аркадий Вениаминович.

Крупные охранники быстро среагировали на угрозу и достали оружие.

— У «колобков» нет покрова, разберись с ними, — сказал Тимофей и, вынув кинжал из пристёгнутых к ноге ножен, оскалился: — А Аркаша мой.

Дальше Светозар не успевал следить за происходящим, так как ему пришлось приложить максимум усилий, чтобы не угодить под удары дубинок. Пока внук ректора не применил совет пропускать энергию по мышцам, ему изрядно досталось. Однако вспомнив рекомендации Уварова, он выправил ситуацию и смог отправить в нокаут сначала одного, а затем и второго противника. К сожалению, третий умел драться и нанёс Светозару болезненный удар дубинкой в живот. Если бы беловолосый парень не сделал врагу подсечку, существовала вероятность уйти на встречу с предками.

Именно в этот момент графу удалось проскользнуть за дверь и громко завопить, призывая телохранителей к себе. Светозар выругался, хотя никогда ранее не позволял себе подобных слабостей. Затем вскочил на ноги и со всей силы ударил шустрого бойца стопой по лицу. Послышался хруст, но внук ректора не придал этому особого значения и побежал за Чернышёвым. Оказавшись за пределами пыточной с подавителем, грузный мужчина мгновенно активировал покров и собрался нанести удар каким-то заклинанием из водной стихии. Однако расстояние между ними всего три метра, поэтому Светозар успел добежать до Чернышёва и, поднырнув под правую руку, обхватил шею графа в замок. Медленное нажатие и ревнивый рогоносец, потеряв концентрацию и защиту, начал задыхаться.

К сожалению, в подвал спустились телохранители и навели на внука ректора крупнокалиберные пистолеты. Вообще-то стрелять в дворянина с покровом бесполезное занятие, так как пули не пробивали тонкую энергетическую плёнку. Но если вести шквальный огонь, существовала вероятность поразить цель.

Светозар прикрылся графом и впервые за время столкновения достал нож, чтобы приставить клинок к горлу Чернышёва. Тоненькая струйка крови потекла по шее, а удерживаемый в захвате грузный мужчина начал дёргаться и завопил:

— Не стрелять! На мне нет покрова!

— Скажи им, что мы уходим, — шепнул Светозар. — И Костя идёт с нами.

Из пыточной камеры вышел Уваров, поддерживая за плечи Константина и увидев, что дорогу преградили охранники, радостно воскликнул:

— Ух ты! Мясо! Люблю поджаренное до хрустящей корочки, — на ладони Тимофея загорелось белое пламя. — Ребятки, вы в курсе, что покров не держит удары «старцев»? Даю вам пять секунд, чтобы убраться с дороги.

— Делайте, что он говорит, — приказал граф и телохранители отошли от выхода. После этого Чернышёв потребовал: — Обещайте, что вы не убьёте меня!

— Вами займётся тайная канцелярия, — с усмешкой ответил Уваров. — За ваши художества с вас спросят по всей строгости закона. Но пока мы дружной толпой идём к вашим машинам. Эй, дайте ключи.

Один из водителей кинул связку на пол и Светозар хотел выругаться, но Константин, поддерживаемый Тимофеем, оглянулся на дверь и сказал:

— Ксюша, радость моя, подними ключики. Мы уедем вместе.

— Костя, я боюсь, — прошептала брюнетка.

— Не плачь родная, всё наладится. Подними ключики.

— Он убьёт нас.

— Не сегодня. Наставник крепко держит его за глотку, — произнёс Аксаков.

Беременная женщина подобрала связку ключей и вышла из подвала. Светозар, толкая перед собой графа, последовал за ней и оказался во дворе. Уваров выходил крайним и закрыл дверь, подперев её лопатой, которую подобрал возле выхода. Затем он погасил огненную сферу и, поддерживая Константина, дошёл до открытого внедорожника. Светозар плохо водил автомобили, поэтому думал, что за руль сядет Костя или Тимофей, но судьба внесла коррективы.

Пока никто не смотрел на Оксану, она вынула из складок платья двуствольный пистолет и выстрелила в спину Уварову. Пуля крупного калибра пробила Тимофея насквозь и угодила в правый бок Константина. От толчка оба упали, а Светозар развернулся вместе с графом.

Аксаков застонал и воскликнул:

— Ты что творишь? Мы же тебя спасаем!

— Этот мерзавец убил моего отца! — ответила брюнетка и, выстрелив в Чернышёва, добавила: — А тот собирался утопить моего ребёнка в выгребной яме. А виноват ты! Если бы ты держал язык за зубами…

— Но я никому не рассказывал о нас с тобой, — возмутился Константин.

— А как же он тогда узнал?

— Не знаю. Ты зачем застрелила мужа? Его бы судили за похищение.

— Зачем мне это нужно? — фыркнула брюнетка и, подойдя к запертой двери, выдернула подпорку и закричала: — Все ко мне. Графа убили!

Светозар придерживал тяжёлое тело мертвеца и понимал, что у них неприятности. Как только из подвала прибегут охранники, они устроят стрельбу, а без покрова сложно уклоняться от пуль. Аксаков закинул стонущего Уварова на заднее сидение и сам поморщился от боли. В принципе его рана не опасная, так как прошла по касательной, но людям, истекающим кровью, не рекомендуется садиться за руль. Пришлось внуку ректора осваивать вождение.

Внедорожник рывками поехал в сторону ворот и, протаранив преграду, выскочил на дорогу. А тем временем телохранители выбежали из подвала и открыли прицельную стрельбу по кузову и колёсам. Как ни странно, но изначально они попадали в машину и разбили заднее стекло, а потом обстрел прекратился, так как между автомобилем и поместьем появилась энергетическая стена, созданная на основе стихии земли. К транспорту бежал мужчина в мобильном доспехе и махал руками. Светозар опознал Георгия Тимашева и сбавил скорость. Резкое нажатие на педаль тормоза, и двигатель заглох. Внук ректора глухо выругался и крикнул:

— Тимофей ранен. Нужно везти его в больницу!

К внедорожнику подошёл Добрыня и, повернувшись к Борису, который вытянув руку вперёд, поддерживал «каменную» стену, спросил:

— Аптечка первой помощи с тобой?

— Сейчас будет, — ответил водитель-телохранитель, и отменил чары, так как Смирнов и остальные воины в мобильных доспехах навели оружие на испуганных охранников. Борис принёс коробочку и, осмотрев рану Уварова, флегматично констатировал: — Пуля прошла навылет между рёбрами. Жизненно-важные органы не задеты. У него болевой шок, но это скоро пройдёт. Парень невероятно везучий.