Чтение онлайн

– К дварам лететь не нужно, – отозвалась Винрадка. – Один из них уже тут. Насколько я его поняла, он хочет получить гарантии, что человечество снизит подати после того огромного количества латекса, который у них забрал Пестель на свои бомбы.

Рост откинулся на подушку почти с отчаянием. Посмотрел на Винрадку, попробовал стащить штаны. Это у него не очень-то получилось, но жена схватила за штанины и вытряхнула его одним точным движением, потом прикрыла одеялом и распахнула двери спальни на всю ширину.

Двар оказался все тем же Арнаком. В закрытом помещении он сразу стал казаться слишком большим. К тому же от него пахло сыростью, незнакомыми раздавленными листьями и… зверем. Арнак постоял перед кроватью, на которой Рост лежал, словно раздавленная мокрица, и громким, почти нестерпимым голосом взревел… Хотя, по-видимому, пытался едва раскрывать пасть, из жалости к больному человечишке:

– Л-ру.

– Л-ру, Арнак, – согласился Рост и для верности кивнул. Он отчетливо понимал, что теперь, когда его увидели в таком виде, ни на какое уважение к его скромной персоне в стане ящеров рассчитывать не приходится.

– Тебе, разговаривающий с морем, мы… – Единый этого разведчика был совсем неплох, хотя мог быть и потише. – Мы поможем. Но и ты должен дать нам слово, что подати от деревьев будут снижены.

– Мы предложим вам дружескую торговлю, а не подати, – твердым голосом, насколько это было в его власти, обещал Ростик. – Только обещайте, что не будете драть с нас три шкуры… Я хотел сказать, что вы тоже, со своей стороны, не запросите за латекс чрезмерную цену.

– Это нам подходит, – проревел ящер. Постоял. – Тогда, как меня известила одна из твоих женщин, мы согласны дать вам ключ к пониманию небесных полотнищ.

– Это… хорошо. Это просто здорово! Кто будет переводчиком между нами и теми существами, которых мы называем воздушными китами?

Как ни был слаб Ростик, а тут же пришлось пояснять невежественному лесовику, кто такие киты, какими они бывают и даже какие они красивые, когда пасутся в планктонных морях Земли. Осознав важность этой информации, двар чуть присел от восторга и согласился, что да, называть летающих червей «к-т-ды», очень достойно, благородно и благозвучно. Он даже слегка нить разговора потерял – так ему это слово понравилось.

Наконец ящер ответил что-то не слишком явственное и направился к двери.

– Стой, Арнак! – вынужден был заорать Ростик. – А кто же будет… посредником?

– Решим что-нибудь, – отмахнулся дварский разведчик и затопал дальше, шепча про себя так, что посуда на полках в кухне позвякивала: – К-т-ды, кт-ды…

Тут же Сатклихо попросил Кирлан с Ждо принести какие-то влажные тряпочки, которые должны были впитать неприятный запах разведчика ящеров, потом осмотрел Роста как обыкновенный, человеческий врач, коснулся пульса на руке, на висках, на шее. Кивнул.

– Скоро ты не поправишься, – оповестил он, – но со временем…

– Ему через неделю в бой лететь, – отозвался от двери Ким.

– Он не может, – спокойно сказал старец аймихо. – Он истощился так, что не способен воевать.

– Ему придется, – вздохнула Ева. – Солдаты, которых посылают в бой, а не ведут сражаться, войну не выигрывают.

Сатклихо не очень-то понял ее, поэтому посмотрел на Ростика. И тот согласно кивнул пару раз. Он даже попробовал улыбнуться, чтобы добавить своему жесту значимости.

– Она права.

– Но ты не можешь сражаться, – заговорила Винрадка, убежденная в правоте отца.

– Придется… – Ростик подумал и уже твердо добавил: – Придется вам постараться, чтобы я пришел в норму. Это единственное решение.

В лагере было на удивление… негромко. Рост слонялся без дела, смотрел, удивлялся, слушал. Люди переговаривались вполголоса, но почему-то главным образом жаловались – мол, командиры озверели, запретили разводить костры и не дают избавиться от сырости под доспехами. Ветер с моря действительно нагонял столько влаги, что она не только делала поддоспешные куртки влажными, но и оседала на каленом металле нагрудников и шлемов мелкими капельками. Как Росту удавалось рассмотреть ее в чернильной темноте, он и сам не понимал.

Около него по песку довольно тяжко переваливался Шипирик и совершенно бесшумными тенями скользили Бастен с Ихи-вара. Их Рост мог видеть по вихрям неплотного тумана, возникающим при движении. Почему он замечал и это, тоже было непонятно.

Армия стояла без единого огня в крайней точке мыса пернатых, на галечной полосе, такой узкой, что тут едва поместились несколько сотен людей и погонщики из бегимлеси, которые должны были переправиться на корабль. Вот летающие страусы никакой маскировки не признавали, ворочались непонятной, темной грудой, иногда ссорились между собой и кричали. Но Рост рассчитывал, что их крики не вызовут у пурпурных моряков подозрений, даже если те и следили за берегом.

Рост посмотрел на Шипирика, который сонно встряхивался, даже шагать по гальке иногда пытался с закрытыми глазами. Чтобы его взбодрить, Рост спросил:

– Твои бойцы понимают, что идут почти на верную смерть?

– Вы же не можете управлять нашими жисатк?

Последнее слово и обозначало страусов на языке пернатых.

– Много их удалось сюда пригнать? – И сразу понял бессмысленность вопроса, численность атакующей команды оговаривалась, проверялась и уточнялась не один раз. Но такие настали времена – трудно было удерживать в голове даже простые цифры. – Вернее, они все прибыли?

– Как мы и обещали, пять сотен. Может, чуть больше.

Каждый из этих самых жисатков должен был нести одного пернатого бойца с оружием, сделанным людьми, и одного латного бойца-человека. Вернуться на берег птицы смогут уже самостоятельно. Ума для этого, по словам Шипирика, у них хватит. Да и шуму на корабле, если все пойдет, как задумано, будет немало, а значит, птицы сориентируются без дополнительных внушений.

– Птицы хорошие? – спросил Бастен.

– Не очень, – сонно отозвался Шипирик, – молодые слишком… Не всем хватит сил, чтобы проделать этот путь туда и назад. Но после сражения у отравленного вала, – он повернул голову, пытаясь рассмотреть Ростиково лицо, – мы не успели вырастить боевых птиц с хорошей подготовкой.