Чтение онлайн

Зайдя на кухню, Симоне увидела, что Кеннет нарезал сдобную булочку прямо в пакете, в котором она лежала. На столе стояла кофеварка с темным осадком в колбе.

Жженый запах кофе смешивался с паническим чувством того, что счастливый период ее жизни, видимо, подошел к концу. Что ее жизнь делится на два акта. Первый — счастливый — только что закончился. О том, что впереди, она была не в силах даже подумать.

Симоне взяла сумочку, достала телефон. Как она и ожидала, несколько раз звонила Ильва из галереи. Шульман тоже был в списке звонивших. Симоне набрала его номер и нажала кнопку соединения, но еще до первого гудка передумала. Отложила телефон и вернулась в комнату Беньямина, к компьютеру.

За окном — декабрьская темнота. Кажется, поднялся ветер. Висячие уличные фонари раскачиваются, сквозь их свет падает влажный снег.

В корзине «Удаленные» Симоне нашла письмо от Аиды: «Мне жаль тебя, ты живешь в доме лжи».Письмо было с большим присоединенным файлом. Наводя курсор, Симоне почувствовала, как запульсировало в кончиках пальцев. Когда она выбирала программу, чтобы открыть файл, в дверь тихо постучали. Почти поскреблись. Симоне задержала дыхание, услышала новый стук и встала со стула. На ватных ногах пошла через длинный коридор, ведущий к прихожей и входной двери.

Кеннет сидел в машине возле дома Аиды в Сундбюберге и размышлял о странной угрозе, пришедшей Беньямину: «Никке говорит, что Вайлорд сердится, что он раскрыл пасть на тебя». «Не разрешай Никке спускаться к морю».Кеннет вспоминал, насколько часто ему случалось видеть и слышать страх. Он и сам знал, что это такое, ибо избежать страха не дано никому.

Дом, в котором жила Аида, был довольно низким, всего три этажа. Он выглядел неожиданно идиллически, старомодно и надежно. Кеннет посмотрел на фотографию, которую ему дала Симоне. Девочка с пирсингом, черные тени вокруг глаз. Он с удивлением подумал: почему ему так трудно представить себе Аиду в этом доме, за кухонным столом, в комнате, где картинки с лошадями сменил Мерилин Мэнсон?

Кеннет уже собирался вылезти из машины, чтобы подкрасться к балкону, который, как он решил, принадлежал семье Аиды, но остановился, заметив на тротуаре за домом мощную фигуру.

Внезапно дверь подъезда открылась, и вышла Аида. Похоже, она спешила. Оглянулась через плечо, достала из сумки сигареты, губами вытащила одну из пачки и закурила, не замедляя шага. Кеннет последовал за ней, к станции метро. Он рассчитывал заговорить с ней, когда узнает, куда она направляется. Мимо с грохотом проехал автобус, где-то залаяла собака. Кеннет вдруг заметил, что высокая фигура, топтавшаяся за домом, быстро направилась к Аиде. Должно быть, Аида услышала шаги — девочка обернулась. Фигура побежала к ней. Аида как будто обрадовалась, улыбнулась во весь рот: напудренные до бледности щеки и накрашенные черным глаза сделались совершенно детскими. Фигура запрыгала перед ней, это был мальчик. Аида погладила его по щеке, он в ответ обнял ее. Они поцеловали друг друга в нос, потом Аида, прощаясь, помахала рукой. Кеннет подошел ближе, решив, что высокая фигура — это ее брат. Мальчик постоял, провожая Аиду взглядом, коротко помахал рукой и повернулся. Кеннет увидел его лицо, мягкое и открытое. Один глаз сильно косил. Кеннет остановился под фонарным столбом и стал ждать. Мальчик приближался, широко и тяжело шагая.

— Здравствуй, Никке, — сказал Кеннет.

Никке остановился и испуганно посмотрел на него. В уголках рта скопились пузырьки слюны.

— Мне нельзя, — медленно и выжидательно сказал он.

— Меня зовут Кеннет, я полицейский. Точнее, я староват и на пенсии, но это ничего не меняет, я все равно полицейский.

Мальчик с любопытством улыбнулся.

— А у вас есть пистолет?

Кеннет покачал головой.

— Нет, — соврал он. — И полицейской машины тоже.

Мальчик посерьезнел.

— У вас их забрали, когда вы постарели?

Кеннет кивнул:

— Точно.

— Вы приехали ловить воров? — спросил Никке.

— Каких воров?

Никке потянул «молнию».

— Иногда они отбирают у меня вещи, — сказал он и ковырнул носком ботинка землю.

— Кто это делает?

Никке нетерпеливо взглянул на него:

— Воры.

— Да, воры, это понятно.

— Мою шапку, мои часы, мой красивый камушек с блестящими краями.

— Ты кого-то боишься?

Мальчик помотал головой.

— Значит, здесь все хорошие? — помедлив, спросил Кеннет.

Мальчик засопел и стал высматривать Аиду.

— Моя сестра ищет самое страшное чудовище.

Кеннет кивнул на киоск возле метро:

— Хочешь газировки?

Мальчик пошел за ним и стал рассказывать:

— Я работаю по субботам в библиотеке. Я беру у людей одежду, вешаю в раздевалке, а им даю бумажку с номером, тысячу разных номеров.

— Какой ты молодец, — сказал Кеннет и попросил две бутылки кока-колы.

Никке с довольным видом посмотрел на него и попросил взять еще одну соломинку. Потом выпил, рыгнул, выпил и опять рыгнул.

— Так что ты говорил про сестру? — непринужденно спросил Кеннет.

Никке наморщил лоб.

— Парень. Парень Аиды. Беньямин. Никке его сегодня не видел. А раньше он был такой злой, такой злой. Аида плакала.

— Беньямин был злой?

Никке удивленно посмотрел на Кеннета.

— Беньямин не злой, он хороший. Аида обрадовалась, она смеялась.

Кеннет посмотрел на мальчика-переростка.

— Тогда кто злился, Никке? Кто злился?

Никке вдруг встревожился. Он посмотрел на бутылку и принялся что-то искать.

— Мне нельзя брать ничего у…

— В этот раз — можно, честное слово, — сказал Кеннет. — Так кто злился?

Никке почесал шею и вытер слюну с углов рта.

— Вайлорд — у него вот такой большой рот.

Никке развел руки, изображая большой рот.

— Вайлорд?

— Он плохой.

— Никке, куда пошла Аида?

У мальчика затряслись щеки:

— Она не может найти Беньямина, это нехорошо.

— Но куда она сейчас ушла?

Никке замотал головой; казалось, он вот-вот заплачет:

— Ой-ой-ой, нельзя разговаривать с незнакомыми дядями…

— Послушай, Никке, я не просто дядя, — сказал Кеннет, достал бумажник и показал свою фотографию в полицейской форме.