Чтение онлайн

— Что же это за место? — прошептал вампир.

Он прошел в комнату, полную пара, который вонял, как груда тухлых яиц, и шипел, как яма с гадюками. За несколько дней вампир на много миль отошел от Лускана, пробираясь внутри полого «корня» упавшей Главной башни. Туннели построили искусные дворфы, хотя Дор’Кри ясно понимал, что дворфы сюда не заглядывали уже очень давно.

Он прикрывал пламя свечи от окружающей влаги и медленно осматривал помещение. Вампир направился к источнику шипящего звука и понял, что это отверстие в полу — трещина в камне, через которую вырывался более горячий и еще более вонючий пар, нежели тот, что наполнял комнату.

Дор’Кри не обнаружил никакого выхода из помещения, и его глаза расширились от удивления, когда он заметил, что корень Главной башни не теряется в трещине, а, извиваясь по стене, уходит прямо сквозь пол. Вампир улыбнулся, решив, что его путешествие подходит к концу. Он задул свечу и стал таким же бесплотным, как и пар вокруг. Затем скользнул через трещину в полу, спускающуюся вдоль корня.

Несколько дней спустя немного обескураженный и весьма заинтригованный Дор’Кри снова возник в комнате Валиндры Теневой Мантии.

В покоях королевы подземелий Лускана горело множество свечей, лич казалась более оживленной, нежели в прошлый раз, более яркой. Она тепло приветствовала Дор’Кри и даже выразила сожаление, что не видела его десять дней.

— Я бродил в корнях Главной башни, — пояснил он. — Ты помнишь Главную башню?..

— Конечно.

— Знаешь ли ты место, огромный зал, где корень уходит вглубь земли?

— Она не сможет тебе ответить, — раздался другой голос.

Далия вышла из-за одного из декоративных гобеленов, висевших здесь повсюду. Она чуть заметно улыбнулась и кивком указала на каменный череп, в котором был заключен дух Арклема Грита.

— Вот он может.

— Ты?..

— Расскажи мне об этом огромном зале.

— Это поистине удивительное место, по размеру сравнимое с некоторыми городами Под…

— Гаунтлгрим, — прервала его Далия, и Дор’Кри уставился на нее, ничего не понимая. — Древняя родина дворфов клана Делзун, — пояснила эльфийка. — Потерянная настолько давно, что уже стала мифом.

— Но он реален, — сказал Дор’Кри.

— Ты исследовал его?

— Я не стал заходить слишком далеко.

Далия смотрела на него, выгнув одну бровь.

— Призраки, — пояснил вампир. — Призраки дворфов и другие, более опасные твари. Я подумал, что будет благоразумнее вернуться и рассказать тебе о том, что я узнал. Как, ты сказала, он называется? Гаунтлгрим? Как ты узнала?

— Грит рассказал мне. Главная башня была связана с этим самым древним из дворфских городов. Она была построена дворфами, эльфами и людьми в стародавние времена, и, хотя построена она была для всех, лишь немногие дворфы жили непосредственно в Главной башне.

— А ее могущество принесло пользу этому городу, этому Гаунтлгриму?

Далия пожала плечами.

— Полагаю, Арклем Грит знает больше, чем рассказал. Вскоре я попробую снова с ним поговорить. Чувствуется качественная работа. И кладка, и магия, которые сотворили Главную башню Тайного Знания, действительно как-то связаны с… — Далия замолчала, когда заметила настороженный взгляд Дор’Кри.

— Ты носишь два бриллианта в правом ухе, — заметил вампир. — Восемь в левом и два в правом.

— Неужели ты ревнуешь? — поинтересовалась Далия.

— Барланн Ворон должным образом простимулирован, я полагаю?

Далия только улыбнулась.

— Ревную? — со смехом повторил Дор’Кри. — Успокоился — это слово больше подходит. Лучше быть очередным в твоем правом ухе, чем знать о твоей уверенности в том, что левое будет лучше смотреться с девятью бриллиантами.

Далия долго и внимательно глядела на него, и вампир подумал, что, возможно, не самой лучшей идеей было рассказать ей о том, что ему известно значение украшений.

— Теперь мы знаем, где искать, — сказала эльфийка после долгой и неуютной паузы. — Я продолжу свою работу с Арклемом Гритом, используя все, что он сможет предложить мне, а ты должен попытаться собрать как можно больше информации о Гаунтлгриме и о том, что делать со стражей вроде тех призраков.

— Это опасная дорога, — ответил вампир. — Если бы я не мог покидать физическое тело, мне пришлось бы биться как за право войти, так и за право выйти. И с грозными противниками.

— Тогда мы найдем еще более грозных союзников, — пообещала Далия.

Моргенштерны были диагонально закреплены за спиной, их стальные шары ударялись друг о друга при каждом шаге, но прохожим Атрогейт казался скорее дипломатом, нежели воином. Его густые черные волосы были ухожены, а длинная борода заплетена в три косички, украшенные ремешками с ониксами. Еще один камень — магический — был вставлен в обруч на голове дворфа. Широкий пояс черного цвета давал своему владельцу огромную силу. Черные сапоги истоптали тысячи дорог, но в целом одежда дворфа соответствовала последней моде: штаны из серого бархата, рубашка темно-аметистового цвета и черный кожаный жилет, не позволявший закрепленному за спиной могучему оружию повредить хозяину.

Увидеть Атрогейта в Лускане было обычным делом, а его связь с темными эльфами являлась самым плохо скрываемым секретом Города Парусов. Дворф ходил по городу открыто и без сопровождения. Во всяком случае видимого. Казалось, он сам напрашивался на нападение. Не было ничего, что дворф любил бы больше, чем хорошую драку, но в последнее время драки стали редкостью: его партнер смотрел на это увлечение неодобрительно.

Атрогейт подошел к зданию напротив своего любимого кабака — «Укуса акулы», — подходящее место для того, кто хоть раз побывал в обществе «веселых мясников». На углу переулка дворф прислонился спиной к стене и, достав большую трубку, начал набивать ее табаком.

Дворф наслаждался дурманом, выпуская дымные кольца, медленно уплывающие вдаль, когда стройная эльфийка вышла из «Укуса акулы» и остановилась возле группки пьяниц, которые тут же начали отпускать похотливые комментарии в ее адрес.

— Ты ее видишь? — спросил Атрогейт, не вынимая изо рта трубку.

— Трудно не заметить, — ответил голос из тени позади воителя.

Принимая во внимание разрез на юбке, высокие черные сапоги на стройных ногах и низкий вырез блузки, эти слова прозвучали искренне.