Чтение онлайн

Он открыл рот и заорал нечленораздельным рёвом от полнейшей ярости, призывая своих фурий, взывая к земле вокруг него, своей земле, за которую всю жизнь сражался, чтобы защитить, как и его отец, и его дед, и его прадед.

Верховный Лорд Алеры выплескивал свой гнев на небо и землю.

И земля и небо ответили.

Чистое сумеречное небо забурлило и почернело от грозовых туч, и тёмные струи тумана потянулись за ним, закручиваясь по спирали, когда он спикировал. Гром усилил боевой клич Верховного Лорда в десятки тысяч раз.

Рокус чувствовал, как его гнев, выплескиваясь в меч, разливается по лезвию алым пламенем, горящим на холодном воздухе с шипением и свистом, освещая небо вокруг себя так, словно солнце снова внезапно появилось над горизонтом.

Свет упал на отчаявшихся легионеров, и они подняли свои головы. Внезапный рев надежды и сильного возбуждения поднялся над Легионом, и построения, начавшие было сбиваться, снова жестко закрепились на местах, щиты сомкнулись твердо и крепко.

Прошло еще несколько секунд, прежде чем первые Ледовики начали поднимать глаза, и только тогда, когда Рокус приготовился вступить в бой, Верховный Лорд обрушил фурий своего неба на врагов.

Молния грянула с неба настолько малыми и многочисленными нитями, что больше всего они напоминали огненный дождь.

Бело-голубые стрелы разметали Ледовиков на земле под стеной, убивая и сжигая, превращая их в орущую, беспорядочную толпу, и вдруг наступление на стену задохнулось.

Рокус бросил кончик своего меча вниз, указывая точно в центр построения Ледовиков на вершине стены, и призвал огонь из своего пылающего лезвия, посылая раскаленный столб пламени, который обращал плоть в пепел и обугливал кости на пятнадцати футах вокруг.

В последнюю секунду он призвал фурий ветра, чтобы замедлиться, и тяжело приземлился на неподатливый камень стены, которая теперь была очищена от коварного льда.

Призвав силы земли, Рокус разрубил две летящие дубины взмахом своего горящего меча, тем самым сметая огненной волной более сотни врагов между собой и южной стороной стены, после чего начал прорубать путь на север.

Ледовики не были дураками. Они знали, что даже самого сильного заклинателя фурий можно свалить с ног, бросив в него достаточно копий, стрел и дубин, и Рокус тоже знал об этом.

Но прежде чем шокированные Ледовики могли скоординировать свою атаку, Верховный Лорд Антиллус оказался среди них со своим смертоносным мечом, не давая ни малейшего шанса пробить его защиту штормом снарядов — и ни одного Ледовика не осталось, ни одного десятка дикарей, подтверждая мастерство Антиллуса Рокуса со сталью в руке.

Ледовики сражались с дикой свирепостью, каждый из них обладал гораздо большей силой, чем человек, но не большей, чем разъяренный Верховный Лорд, черпающий свою силу из земли.

Дважды Ледовикам удавалось схватить Рокуса в свои огромные, жилистые лапы. Он ломал их шеи одной рукой и бросал тела сквозь ряды противника, одновременно сбивая с ног десятки из них.

— Третий Антилланский! — рычал Рокус все это время. — Ко мне! Антиллус, ко мне! Антиллус, за Алеру!

— Антиллус за Алеру! — громом раздался ответ легионеров, и его солдаты начали менять направление и выбивать противника от стен.

Опытные легионеры, сражавшиеся в стороне от лорда, с боевым кличем пробивались сквозь противника, который был близок к тому, чтобы сокрушить их мгновение назад.

Сопротивление врага внезапно растаяло, исчезло так, как песок смывается приливом, и Рокус почувствовал, как ослаб напор врага.

Рыцари Металла Третьего Алеранского, обрушившись с флангов, отрезали им путь к отступлению, после чего оставалось лишь добить животных, остававшихся на стене.

— Щиты! — рявкнул Рокус, взобравшись на амбразуру, где мог смотреть сверху на снежный скат Ледовиков.

Два легионера тут же оказались рядом с ним, защищая всех троих своими широкими щитами. Копья, стрелы и летящие дубины отскакивали от Алеранской стали.

Рокус сосредоточил свое внимание на снежном скате. Огонь мог расплавить его прямо сейчас, но это стоило бы огромных усилий. Легче встряхнуть его снизу.

Он резко кивнул себе, положил голые руки на камень Защитной стены, и обратил свое внимание вниз сквозь камни.

Усилием воли он приказал местной фурии двигаться, и земля за пределами Защитной стены вдруг заколыхалась и вздыбилась.

Огромное ледяное сооружение треснуло и, застонав, рухнуло, погребая под собой тысячи вопящих дикарей.

Рокус поднялся, оттолкнул щиты в сторону, когда огромное облако ледяных кристаллов поднялось в воздух. Он схватил пылающий меч в руку и пристально смотрел, ожидая противника.

На какой-то момент на стене все застыли, ожидая возможности видеть сквозь снежное облако.

Затем появился клич, исполненный триумфа, распространяясь все шире, и мгновенье спустя воздух очистился и явил Рокусу врага, полностью разбитого и отступающего.

Потом, только потом, Рокус позволил огню покинуть свой меч.

Его люди толпились у края стены, выражая криками вызов и превосходство над убегающим противником. Они скандировали его имя.

Рокус улыбнулся и приветствовал их кулаком у сердца. Это следовало сделать. Возможность приветствовать его приводила его людей в восторг, и было бы последней низостью с его стороны не позволить им сполна насладиться моментом.

Они не должны были увидеть фальши в этой улыбке.

Слишком многие остались здесь, безмолвными фигурами в антилланской броне для того, чтобы она была искренней.