Фотограф

Стейси Барнс стояла на крыльце незнакомого дома. Девушка была в белой блузке, короткой голубой юбке, едва прикрывающей трусики, и белоснежных носках. Светлые волосы были стянуты резинками в пару аккуратных хвостиков. На красивом веснушчатом лице не было ни грамма косметики. Девушка широко улыбалась, желая понравиться своему новому клиенту.

– Ты, должно быть, Стейси, нянька, – улыбнулся Сэм Калдикот, приглашая девушку в свой роскошный дом. – Минута в минуту, мне нравятся пунктуальные люди. Уверен, мы с тобой поладим.

Мужчина пошёл первым, показывая Стейси дорогу, и вскоре она оказалась в ярко освещённой гостиной. Правда, обведя комнату взглядом, девушка заметила, что обставлена она довольно странно. Небольшой диван, стул и… огромная кровать. Одна из стен комнаты и часть потолка была стеклянной, словно кто-то собирался здесь рассматривать небо в телескоп. Подзорных труб в гостиной не было, зато стояло несколько камер на штативах.

– Странное место, – пробормотала Стейси, поглядывая на раскинувшийся за окнами парк. – И давно вы с женой здесь живёте?

– Я здесь живу совершенно один, – признался Сэм. – Мы развелись больше года назад.

– Совершенно один? Значит, у вас нет детей? Но зачем тогда вам нянька? – спросила Стейси. Она удивлённо посмотрела на мужчину, забавно наморщив носик.

Несколько мгновений Сэм молчал. Его взгляд, скользнув по красивому личику, спустился к большим, высоким сиськам, соблазнительно обрисовывающимся на тонкой блузке. Затем взгляд упёрся в смехотворно короткую юбку, и, наконец, прогулялся по загорелым ногам. "Красивые ляжки, – подумал Сэм, – слегка мускулистые и идеально очерченные. Прекрасный образец молодой красотки".

– Присядь, мне хочется сделать тебе выгодное предложение, – весело сказал он, пытаясь успокоить заволновавшуюся девушку. – Если ты не согласишься, я не обижусь. Заплачу тебе столько, сколько обычно получает нянька за вечер, и можешь идти домой. Хорошо?

С подозрением разглядывая мужчину, Стейси всё же присела, готовая выслушать его предложение. Одновременно она попыталась вспомнить всё, что ей известно о Сэме Калдикоте, но совершенно ничего не приходило ей в голову. Прошлым утром он позвонил ей, и попросил, чтобы она пришла к четырём часам. "Очередной муженёк нанимает няньку, чтобы сходить с женой в ресторан", – подумала она. Ничего необычного, всё, как всегда.

– Мне кажется, ты самая красивая молодая девушка, которую я когда-либо встречал, – заявил Сэм. – Я уже несколько недель наблюдаю за тобой. Мне хочется тебя пофотографировать. Всё просто. Я заплачу тебе в пять раз больше, чем ты обычно зарабатываешь.

Сперва девушка зарделась от комплиментов, но затем, опомнившись, с ещё большим подозрением взглянула на мужчину. Одновременно Стейси принялась подсчитывать, сколько же Сэм ей заплатит, если она согласится. Ей давненько хотелось купить одно дорогое, роскошное платье, и, если она согласится, нужная сумма будет у неё в кармане. Пытаясь скрыть волнение, она посмотрела мужчине прямо в глаза.

– А что за фотографии? – спросила она. – Что нужно делать?

– Я всё объясню. Вставай перед той стеной.

Не успела Стейси и слова сказать, как мужчина схватил её за руку, и, стянув со стула, привёл к белоснежной стене. Прекрасно освещённой ярким солнечным светом, вливающимся из больших окон и стеклянного потолка. Показав, где она должна встать, Сэм направился к фотоаппарату, закреплённому на треноге. Через секунду Стейси услышала щелчки затвора.

– Подождите, я не готова! – воскликнула она.

Но мужчина продолжал щёлкать камерой.

– Всё прекрасно. Идеально! – подбадривал Сэм. – Не нужно позировать. Будь собой.

Молодая девушка делала всё, что могла, но у неё никак не получалось забыть о незнакомом мужчине и перестать напрягаться после каждого щелчка фотоаппарата. Хотя Сэм улыбался, и постоянно подбадривал её. Наконец, через несколько минут, Стейси начала успокаиваться. И тут мужчина попросил её расстегнуть несколько верхних пуговиц на блузке. – Расстегнуть блузку? – спросила она, нехорошие подозрения вернулись.

– Всего несколько пуговиц. Разве ты никогда не надевала платьев с глубоким декольте? – улыбнулся Сэм.

Тоненький голосок в голове Стейси сказал, чтобы она этого не делала, но девушка не услышала его, поскольку думала лишь о новеньком красивом платье. Ей понадобилось гораздо больше времени, чем обычно, на расстёгивание трёх пуговиц. Смущённо покраснев, Стейси посмотрела на мужчину.

– Пожалуйста, расстегни ещё три пуговки. Позволь полюбоваться вершинами этих роскошных грудей, – умоляюще простонал Сэм. – Не смущайся. Ты слишком красива, чтобы стыдиться своего тела.

– Но вы же увидите мой лифчик!

– Не волнуйся. Расстёгивай пуговицы.

Вспомнив о желанном платье, Стейси медленно расстегнула две пуговицы, и, немного поколебавшись – третью. Между полами, расстёгнутой до пупка блузки, засверкали чашки белоснежного кружевного лифчика. Большие сиськи, казалось, пытались выбраться наружу из мягких чашек. Щелчки фотоаппарата начали раздаваться ещё чаще.

– Божественные груди, – приговаривал Сэм, снова и снова нажимая кнопку спуска затвора. – Великолепные груди. Ты очаровательна. Восхитительна.

Неожиданно девушка осознала, что сама поворачивается так и эдак, стараясь, чтобы стеклянный глаз объектива смог заглянуть под слегка оттопырившуюся блузку. Прежде она никогда не позировала профессиональному фотографу, но тот не жаловался. Наоборот Сэм продолжал её подбадривать, говоря, какая она чудесная и замечательная. Стейси совершенно успокоилась, бомбардируемая комплиментами. Внешностью Сэм напомнил ей одного любимого учителя. И чем дольше она смотрела на фотографа, тем больше он нравился ей.