Фотограф
Шрифт:
Я бездумно посмотрел на ее живот и рывком встал на ноги:
– Так, мне нужно проветриться. Дверь за собой просто захлопни, хорошо?
И, не дожидаясь ответа, я быстрым шагом вышел из квартиры. Что-то необъяснимое гнало меня вперёд, и вместо лифта я бегом спустился по лестнице. Прямо с двадцать первого этажа.
На улице я первым делом закурил – с недавних пор пачка сигарет и зажигалка поселились в моих карманах. Сделав первую затяжку, я пошёл вперёд. Сначала обычным шагом, а потом всё быстрее, словно свадьба сама гналась за мной. Жениться на птичке?! Что за безумство. Похож ли я на безумного? Временами мне казалось, что да, если уж меня даже преследовала музыка…
Я не сразу понял, что это разрывался мой телефон. На экране отобразилось лицо командоса.
– Что? – грубо начал разговор я, но мне было не до расшаркиваний.
– Слышал новости про твою студию, – коротко сообщил брат. – Помощь нужна?
– Если только у тебя есть знакомый судья, готовый принять неправильное решение, – нервно хмыкнул я.
– Даже так? Кто источник проблем?
– Да тот урод, муж девушки в сером, – я кашлянул и пояснил. – Муж Милы.
Костяныч молчал, переваривая информацию.
– Командос, тут вообще ничем не помочь. Все карты у этого урода.
– Что думаешь делать?
– Жениться! – хохотнул я.
– Что? – с тревогой в голосе спросил брат.
– Ну, тут одна птичка типа залетела, – пояснил я, веселясь. – Так что скоро мы с тобой оба станем отцами.
Костяныч снова помолчал, а потом вдруг не в тему сообщил:
– Мила сильно заболела.
– Что? – настал мой через встревоженно спрашивать. – Чем?
– Вроде бы грипп или простуда. Ничего серьезного, но лихорадит ее сильно.
– Она все ещё у?.. – я запнулся.
– У Никитоса, да.
– Ну, значит и волноваться за неё не стоит, – ответил я скорее себе, чем брату.
– Ладно, держи в курсе, – сказал командос. – Если что – сразу звони.
Он отключился, а я сунул трубку в карман и снова закурил.
Девушка в сером заболела – как и моя жизнь. Но у неё был рыцарь-Никитос, а у меня – беременная птичка, желающая срочно выйти замуж, и видящая меня в роли фотографа-таксиста. Что за маразм?!
Егор
Я вернулся домой под вечер. Усталый после бесконечной прогулки, вымотанный, но… решивший, что отчасти птичка была права. Мне стоило начать всё сначала, так что я скомандовал Снежке набирать максимум частных фотосессий. Я, черт возьму, верну себе своё имя! Верну свою студию! Верну всё, что заработал! Какой-то урод не отнимет у меня того, что я умею делать лучше всего.
Полный решимости и готовности к завтрашнему дню, я открыл дверь в квартиру и… сначала я не поверил своему носу – пахло чём-то съедобным и вкусным. Потом мой взгляд выхватил несколько деталей – женская сумочка, пара женских туфель, зонт-трость, женские духи и чертова салфетка на тумбочке. Вязаная.
Из кухни выплыла птичка. Такой я ее еще не видел: в домашнем халате – коротком, но все же домашнем! – и плюшевых тапочках. В руках у неё было кухонное полотенце – явно не мое – и прихватка.
– Что за?.. – начал было я, но она меня перебила.
– Привет! Я решила тебя подбодрить! Съездила домой, привезла кое-что и приготовила тебе картошку по-французски. Проходи, всё как раз готово!
Честно говоря, так меня ещё никто из девушек не встречал. Шампанское, музыка, шёлк, полуобнаженное тело, игривый смех и кокетливые взгляды – всё это было неоднократно. А вот халат и картошка – это что-то новое. И что мне с этим было делать?
– Я кстати нашла в твоём ящике запасные ключи от квартиры, надеюсь ты не против? И ещё твою карточку, ею и оплатила еду, – мило прощебетала птичка и поцеловала меня в щеку.
Не дожидаясь ответа, она скрылась на кухне и принялась там греметь посудой.
– Вообще-то против, – пробурчал я себе под нос.
Но ладно, посмотрим, что у неё на кухне.
А там на столе уже дымилась картошка с мясом. Мой живот требовательно заурчал – сегодня я совсем не ел. Еда оказалась чертовски вкусной, я даже слопал добавку и как-то в целом подобрел. Если птичка всегда так будет готовить, то может и ладно…
Я помотал головой.
– Мне надо поработать, – соврал я и ушёл в комнату.
Делать ничего не хотелось, и я бездумно шерстил сайты в интернете, пока не наткнулся на ту рекламу с девушкой в сером. Она смотрела на меня так призывно, так маняще, что мне хотелось броситься к ней прямо сейчас! И ничего, что она болела, я знал одно отличное средство от всех болезней разом.
Я вздохнул. Мышка-притворщица была под опекой мелкого, а у меня была беременная птичка, которая вплыла в комнату и легла на диван с журналом. Пусть халат ее и был домашним, но всё же коротким! И я, бросив взгляд на девушку в сером, пошёл к лежащей на диване птичке. Она лежала на животе, согнув ноги в коленях. Ее ступни покачивались в воздухе, и я, легко раздвинув ее колени, устроился между ними. Мои пальцы сами собой скользнули под халат и смяли нежную попку.
– Эй! – птичка возмущённо посмотрела на меня через плечо. – Мне теперь нельзя!
– Что нельзя? – мягко уточнил я, соскальзывая под трусики и продолжая дразнить ее пальцами.
– Сексом заниматься нельзя, ты что! – она резко вскочила на ноги. – Ребёнку это может навредить!
С этими словами она и ушла из комнаты, а я остался сидеть на диване с чуть влажными пальцами и со стояком в штанах.
– Сука, – прошипел я.
Это вот такое будущее меня теперь ждало?! Картошка дома есть, а секса – нет?!
Я встал на ноги и, поправив штаны, снова взглянул на экран компьютера. Девушка в сером всё так же смотрела на меня, и я не кстати вспомнил, как залез к ней в трусы пальцами. В кустах. И она была совсем не против. Только ведь она меня обломала, верно?
Одним нажатием кнопки я выключил компьютер и хотел уже уйти в клуб, как вдруг понял, что беременная птичка-то ведь останется у меня. А студии у меня теперь не было, и другую птичку вести было некуда.
Я почувствовал себя в западне. Взгляд заметался по комнате. Мне хотелось сбежать.