Чтение онлайн

–  В церковь ушли, - ответил старший из них.

–  Давно?

–  Не очень.

Пока они разговаривали, от барского дома подъехали губернатор с управляющим. Губернатор сообщил, что к церкви согнано всё село и разговаривать с народом надо ехать туда.

Репнин передал мешочек с сахаром ребятишкам и молча полез в возок.

У церковной ограды толпились до сотни крестьян.

Служба давно кончилась, со всех участников бунта была взята клятва впредь не бунтовать, слушаться своего хозяина, властей, и многие крестьяне уже разошлись по домам. Но у оставшихся, видимо, всё ещё оставались какие-то вопросы, на которые не получили удовлетворительного ответа.

–  Здорово, мужики!
– приветствовал толпу губернатор.
– Со мной приехал присланный самим императором генерал-фельдмаршал князь Репнин. Вот он перед вами. Он готов выслушать ваши жалобы, ежели справедливы. Говорите.

Толпа молчала. Репнин чувствовал устремлённые на него взгляды - взгляды людей, желающих удостовериться, можно ли быть с ним откровенным или нельзя.

Репнин, подойдя к толпе, заговорил первым:

–  Что вас заставило решиться на бунт?

–  Терпения больше не стало, вот и взбунтовались, - раздался голос из глубины толпы.

–  Совсем нас за людей считать перестали.

–  Раньше хоть по воскресеньям могли на себя работать, а теперь и воскресные дни отняли - всё на барина да на барина. Где же тут правда?

–  Правды нету!
– хором подхватила большая часть толпы.

–  Поспокойней, поспокойней, - призвал толпу Репнин.
– Когда же вы на себя работаете?

–  Управляющий дозволяет работать на себя только по ночам.

–  А вы барину своему об этом говорили?

–  Барин наш генерал, ему до нас дела нету. Хоть разочек посмотреть, какой он есть!..

–  Я понял вас. Что до вашего дела, то оно будет расследовано и доложено императору. Наш император примет справедливое решение. Можете мне поверить.

При возвращении в Орел большую часть пути Репнин ехал молча, углубившись в свои мысли. Уже подъезжая к городу, он вдруг спросил губернатора:

–  Помните ли вы десять заповедей Моисея?

–  Десять заповедей?.. А где о них написано?

–  В Священном Писании, которое мы называем Законом Божьим.

–  Не помню, - признался губернатор.

–  В одной из этих заповедей указано, что седьмой день недели Богом определён днём нерабочим. А в тех поместьях, где мы с вами были, владельцы крестьян заставляют их работать на хозяина даже по воскресеньям. Вот где таится одна из главных причин бунта. Думаю, вам следует серьёзно в этом разобраться и призвать помещиков быть добрее к своим крестьянам, пересмотреть количество установленных ими дней для работы в пользу своих господ.

–  Поговорить с помещиками, конечно, можно. Но будет ли от этого толк? Тут нужен закон.

–  Да, закон нужен, - соглашаясь, промолвил Репнин и снова замолчал, теперь уже до самого конца пути.

О результатах своей поездки Репнин доложил императору уже на другой день после возвращения в Петербург. Павел Петрович был удовлетворён тем, что бунтовщиков удалось усмирить в течение двух-трёх часов. Не вызвало у него гнева и то, что в ходе усмирения было убито 20 и ранено 70 человек.

–  Надо было бы ещё человек пять-шесть повесить, - комментируя действия карателей, сказал он.
– На виду всего народа. Чтобы знали, что ждёт тех, кто осмеливается бунтовать против своих хозяев и законных властей.

–  Ваше величество, - мягко заговорил Репнин, - карательные меры, конечно же, необходимы. Без строгостей порядка не будет. Но смею заметить, ваше величество, одними устрашениями воцарить вечное спокойствие в губерниях невозможно. Есть причины, которые, ежели их не устранить, будут побуждать крестьян бунтовать снова и снова.

–  Какие это причины?
– насторожился Павел.

Репнин рассказал о своём разговоре с жителями села Брасова, о том, что их заставляют работать на помещика семь дней в неделю, и им совершенно не остаётся времени для работы на себя.

–  То, что делается сейчас, - говорил Репнин, - противоречит Божьему Закону, где в десятисловии Моисея седьмой день недели признается нерабочим.

–  Десятисловие Моисея я помню, - сказал государь.
– Но что вы от меня хотите? Хотите, чтобы сим делом занялась церковь?

–  Ваше величество, народ ждёт восстановления справедливости от своего нового монарха. Вам достаточно будет объявить всей империи манифест о не- принуждении крестьян работать в воскресные дни, и народ успокоится, поверит в торжество справедливости.

Павел подумал и согласился:

–  Пожалуй, манифест нужен. Народ должен знать: я желаю справедливости, желаю, чтобы богато жили не только помещики, но и крестьяне. Как установлено Божьим Законом, так пусть и будет.

Когда от императора Репнин вернулся к себе домой, Наталья Александровна, глянув на него, просияла:

–  Ты получил пост в правительстве?

–  С чего ты взяла?

–  Но у тебя такое лицо, словно ты одержал великую победу!

–  Победу я действительно одержал, но не на том поле, о котором ты думаешь, - заключил её в объятия супруг. Он рассказал, как убедил императора обнародовать манифест об ограничении дней, которые крепостные крестьяне обязаны отрабатывать в пользу своё го помещика.

–  Я рада, - сказала Наталья Александровна, - что он тебя послушался, значит, твоё мнение для императора многое значит.

Коронация нового императора состоялась 5 апреля 1797 года. Торжества проходили по сложившейся традиции: с церковными колоколами, богослужениями, парадами, даровыми угощениями для черни, приёмами для знатных господ, весёлыми забавами... Желая, чтобы это событие запомнилось всем надолго, Павел решил обнародовать в сей день два важных документа: закон о порядке престолонаследия и манифест о непринуждении крестьян работать в воскресные дни. Наибольший интерес вызвал, конечно, манифест, поскольку он затрагивал интересы всех слоёв населения империи. Вот что в нём говорилось: