Фаргал. Трон императора
Шрифт:
Воин бросил взгляд на Фаргала: царь жадно, приоткрыв рот, наблюдал за поединком.
«Ты — следующий!» — самонадеянно подумал Карашшер и устремился вперед.
Ложный выпад, режущий восходящий удар (Люг отскочил) и прямой рубящий — сверху. Карашшер вложил в него всю свою силу и нанес его так, что сокту ничего не оставалось, как парировать отводящим движением собственного меча. В последний миг Карашшер чуть изменил направление — Люг довернул клинок, чтобы избежать раны в руку, — и кривой меч со страшной силой обрушился на клинок Люга… И переломил его у самой рукояти.
Вождь соктов потерял равновесие, отшатнулся и упал на спину.
Фаргал рванулся вперед… и с воплем отпрянул, ударившись о магическую преграду.
Карашшер перехватил меч и вскинул его, готовясь вонзить в живот Люга. Сокт откатился в сторону… и рука его задела кинжал Кен-Гизара.
Карашшер навис над упавшим, острие кривого меча взлетело вверх. И опустилось точно в середину груди Люга.
Но лишь разорвало кожаную куртку сокта. Меч выпал из рук слуги мага (золотое оголовье эфеса больно ударило по пальцам Люга), а вслед за мечом повалилось на ковер грузное тело Карашшера. В правой глазнице воина, сверкая инкрустированной самоцветами рукоятью, торчал кинжал Кен-Гизара.
— Ашшур! — облегченно воскликнул Фаргал.
— Все, мой царь! — задыхаясь, проговорил Люг. И с трудом поднялся на ноги.
— Не все… — прошептал Кен-Гизар.
Но только стоящий рядом Кэр услышал шепот посланника.
— Не все! — раздался за спиной самерийца знакомый свистящий голос.
— Это еще кто? — рявкнул Фаргал, быстро обернувшись.
Высокая фигура в длинном плаще возникла прямо из воздуха.
— Не шевелис-сь! — прошипел чародей.
Острый желтый луч ударил в сердце Фаргала.
Еще один луч метнулся в сторону Люга, и сокт, наклонявшийся, чтобы поднять меч, повалился на окровавленный ковер.
— Великий Яго! — слабым голосом проговорил Кен-Гизар.
Маг даже не взглянул на посланника. Сейчас жрец Яго был не опасней младенца.
Еще один луч коснулся магической преграды. Желтая лента вспыхнула и погасла.
Маг уверенным шагом пересек комнату, поднял меч, к которому в последнем усилии тянулся Люг.
— Иди сюда! — велел он Кэру.
И самериец не смог не подчиниться.
— Возьми! — произнес жрец Аша, вручая Кэру оружие. — Мой повелитель дарит тебе право собственной рукой взять для него жизнь! Убей его!
Длинная рука указала на застывшего Фаргала.
Самериец покачал головой.
— Нет, — просто сказал он.
Слегка изогнутая рукоять меча Люга удобно лежала в ладони молодого воина. Он чувствовал силу этого оружия.
Кэр поднял глаза на мага. Тот стоял на расстоянии вытянутой руки от молодого воина. Камень на Диадеме сиял.
«Убей его! Убей его! Убей! — шептали в сознании жреца Аша голоса Фаргала и соктов. — Убей!
Достаточно лишь обернуть их желания к ним самим и вложить в сознание Кэра. Но жрецу почему-то не хотелось этого делать. Пусть мальчик решится по собственной воле.
Но Кэр, поколебавшись, протянул меч магу:
— Убей меня, если хочешь! — сказал он. — Я не подниму руку на того, кому клялся в верности!
— Ты — сын клана Мечей! — подавив раздражение, напомнил маг. — А клан Мечей издревле служил моему Господину! Что твоя присяга перед кровной верностью?
— Не я приносил клятву верности, — покачал головой Кэр. — Мой отец не осудил бы меня за такой выбор! Ты можешь меня убить…
Смех мага наполнил комнату. То был звук, от которого хотелось выть.
— Твой отец! Твой отец? Ты так думаешь?
Смех резко оборвался, на Кэра повеяло холодом.
— Нет, — произнес маг. — Я не убью тебя! Никогда! Ты был волен сделать выбор, но не в твоей воле спорить со мной! УБЕЙ ЕГО!
Рука чародея повелительно указала на Фаргала.
И Кэр, с окаменевшим, неживым лицом и остановившимся взглядом, двинулся к царю, поднимая меч.
Ирдик глядела на происходящее, до крови прикусив губу.
Сын вождя приближался к Фаргалу. Его движения были медленными, неловкими. Но отточенное лезвие по-прежнему несло смерть. Фаргал, скованный чарами, не мог и пальцем шевельнуть.
Светловолосая голова мага поворачивалась, провожая движение самерийца. Его затылок почему-то напомнил Ирдик затылок Кэра. Тех времен, когда волосы сына вождя еще были светлыми.
«А он красив!» — промелькнула в голове девушки кощунственная мысль.
«СБЕЙ С НЕГО КОРОНУ!»
Властный женский голос родился прямо в мозгу Ирдик. Голос настолько похожий на голос ее матери, Вардали, что девушка, не задумываясь, не успев задуматься, сделала три шага вперед и, встав на носки, ударила рукой по волшебному венцу.
И Великая Диадема Аша, сбитая рукой пятнадцатилетней карнитки, упала на ковер и откатилась на несколько шагов.
Какой-то миг жрец Аша чувствовал себя как человек, неожиданно лишившийся зрения, слуха и обеих рук. Невероятно, но до сего момента он напрочь забыл о присутствии Ирдик за своей спиной.
Рука Кэра, занесшая над головой Фаргала меч, застыла.
Немного времени надо магу, чтобы прийти в себя.
Жрец Аша выбросил руку, и Диадема Власти, повинуясь движению его пальцев, взмыла над ковром и устремилась к своему хозяину.
Но не долетела.
Меч Фаргала с сухим шелестом рассек воздух и перерубил ее пополам.
Кен-Гизар похолодел от ужаса. Даже когда чародей сделал его недвижимым, он так не испугался. Посланник успел узнать Великую Диадему Аша. Венец бога, способный, будучи уничтоженным, унести за собой весь Мир Ашшура!
Оцепенел и маг — от высочайшего кощунства!
Но Фаргал не подозревал о том, что совершил. Меч его взлетел еще раз и, опустившись чуть выше скреплявшей плащ серебряной пряжки, перерубил мага пополам.