Этап
Шрифт:
— Не уйдёте, — Мария несколько раз взмахнула руками, конусы настигали отдельные облачка, обрывки тучи — и те сразу же сгорали. — Даша! Займись им!
Дарья и тётя Надя уже спешили к останкам "медведя". Над ним ещё роились комары — но моментально сгорали под взглядом игрушки. Дарья остановилась в десяти шагах, и остальные заметили, что чудище тает, как мороженое под струёй кипятка. Прошло не более полминуты — и нет его.
— Чёрт, — Мария подняла обе руки над головой, чтобы никого не задеть вихрем, замерла. — Вот это был ужас! Дядя Гоша, что у нас?
— Пришлось снести здание вокзала, — ответил голос Георгия Платоновича. — Говорят, успели сжечь всех комаров, их оттуда повалило жуткое количество. Что у вас?
— Отбились, вроде, — Мария огляделась. — Сейчас только…
Вихри пламени и черноты исчезли над её головой. Глаза Винни-Пуха перестали светиться, а бластер в руках Николаева стал игрушечным.
— Чёрт, не может быть! — Мария смотрела на свои диски, потрясённая. — Никогда такого не было! Никогда это не кончалось до сброса! Дядя Гоша, что у вас? У нас выключились все предметы!
— У нас тоже, — подтвердил дядя Гоша. — Мы обеззараживаем руины вокзала. Если у вас всё чисто, давайте к нам.
— Ага, как же, — Мария указала на останки чудищ — фрагменты, куски, разбросанные там и сям. — Чёрт, придётся огнемётами поработать. До сброса ещё полно времени, нужно убрать всё это.
— Хороший был парк, — заметила Дарья, осторожно пряча Винни-Пуха в рюкзак. — Такие были деревья! — Она права, подумал Николаев. Вокруг теперь был пустырь, земля вся в саже и копоти — смотреть страшно.
— Здоровье дороже, — отозвалась Мария. — Чёрт, руки дрожат! Серёжа, займёшься? — сама она уселась прямо на траву, обхватила себя руками. Тётя Надя, не моргнув глазом, достала из своего рюкзака аптечку и через полминуты протянула Марии таблетку и стаканчик с водой, а потом добыла из того же рюкзака ещё и плед, а также пару складных стульчиков.
— Всё будет хорошо! — Дарья взяла Николаева за руку. — Можно, я помогу? Они обе очень устали, пусть посидят!
— Противно не будет? — Николаев проверил, что её огнемёт заряжен и на предохранителе.
— Я и не такое видела. Идём, а то снова птицы какие-нибудь прилетят!
— Люди исчезли, — сообщил дядя Гоша, как только вся команда собралась на площади перед отелем. Уже готовые к сбросу. — До сброса семь часов тринадцать минут, люди начали исчезать, как выключились предметы. Поздравляю, нам впервые удалось отбиться без жертв.
— Без жертв? — поразилась Мария. — Как вы сумели?! На вокзале всегда столько народа!
— Пришлось стать телефонным террористом, — улыбнулся Степан. — Знаю, что некрасиво, зато эффективно. Как только вокзал оцепили, всё и началось. Спасибо Петровичу, нашёл правильную музыку, удалось отправить домой всю милицию и спецназ. Как только ушли, тут такое началось…
— И милиция не вмешалась? — не поверил Николаев.
— Они все в здании возникали, — пояснил Жора. — Не вмешалась. Они просто ничего не заметили, мы тут не очень шумели. А вот когда комары повалили… еле уйти успели. Но без жертв. А у вас?
— У нас укусили одну женщину, — Мария вытерла лоб. — Даша её вылечила. И всё, вроде. Слушайте, глазам не могу поверить! Пустой город, все исчезли! А погулять немного можно?
— Конечно, — улыбнулся дядя Гоша. — Только, пожалуйста, вернитесь сюда, на площадь, к моменту сброса.
24.
Они шли по городу — городу без людей — и смотрели по сторонам.
— Я думала, будут пожары и всё такое, — удивилась Мария. — Ну, если люди просто исчезнут, точно будут несчастные случаи. У кого-то утюг был включен, у кого-то чайник на плите. А ничего не происходит! Всё выключено, ничего не работает. Как будто кто-то всё выключил вовремя!
— Или они сами выключили, — предположила Дарья. — Ой, кафе! Смотрите, его уже открыли!
— Там всё равно никого нет, — вздохнула Мария, но направилась, следом за Николаевым, в сторону кафе. В походной одежде было не слишком уютно, но переодеваться не хотелось — никому. Вроде как дурная примета, говорила Мария. Если уж оделся для сброса, не переодевайся больше. Смейся, смейся, я вот тоже смеялась…
— Идёмте! — Дарья выбежала из кафе. — Там всё уже готово, просто выключено. И свет есть, ну, то есть электричество! Ничего не понимаю!
— Самообслуживание, — согласилась Мария. — Вот чёрт, я есть хочу жутко. Очень вовремя это кафе. Даша, что там у них в меню?
— Курица-гриль, — Даша подошла ближе. — Бутерброды, салаты. Чая настоящего нет, а кофе только растворимый.
— Ладно, привал, — Мария посмотрела в глаза Николаева. — Привал? Кошку выпустим, да?
Привал получился что надо. И не скажешь, что тут начинался конец света, подумал Николаев. Если бы не сожгли тех комаров, а потом не истребили то, что пришло во время прорыва… он вспомнил картину того, первого конца света, и содрогнулся.
— Я тоже не верю, — Мария расстегнула куртку — самое большее, на что решилась. Рюкзаки сложили на свободный стул, а прямо на столе сидела довольная Кошка и угощалась всем, что ей нравилось. — Так всё спокойно, мирно. И не колотит, что характерно! Я потом, пока сброс не происходил, сидела и тряслась. Нет, не боялась, просто тряслась, сил не было. А сейчас так хорошо себя чувствую, прелесть!
— Ага, — согласилась Дарья, тоже довольная и успокоившаяся. — Я тоже. И Кошка не нервничает. Мы что-то сумели сделать, да? Что-то особое?
— Никогда ещё не было без жертв, — заметила Мария. — Ну, у нас не было, у нашей команды. И никогда ещё предметы не выключались до сброса. Этого вообще ни у кого не было, вот Федю увидим, уточним.
Они никуда не спешили уйти — Солнце поднималось, становилось теплее. Хотелось просто сидеть, наслаждаясь его теплом, и ничего не делать. И не думать ни о чём. Вот они и сидели, улыбаясь, и ничего не делали.