Этап
Шрифт:
— Договорились, — Николаеву вновь стало стыдно. И Мария, похоже, это заметила.
— Умница, — поцеловала его. Достала из кармана халата яблоко, показала Николаеву и спрятала под подушку. Рассмеялись оба.
— У меня много причуд, — она отстегнула заколку для волос и отпустила те на волю. Когда увидел её в первый раз, подумал Николаев, удивился — почему стрижётся почти наголо, ведь такая роскошная причёска поначалу. Теперь, кажется, понимаю. — Ты меня слышишь? Я тебе говорю! У меня много причуд. Придётся терпеть. И вот тебе первая причуда: если я чего-то хочу, то говорю простыми словами. Не стесняюсь, в общем.
В половине второго ночи он проснулся — и понял, что Мария сидит за столом, за компьютером. Какие тихие клавиши! И не слышно.
— Дневник веду, — Мария присела на диван. — Всё записываю. Раз карточки переносятся, лучше записывать. А то я уже забывать начала кое-что. Так, без рук! Я девушка капризная! Что это вдруг, так прямолинейно?
— …Папа у меня при советской власти большим человеком был в обкоме, — Мария прижалась к его плечу, сидя на его коленях. — Когда всё началось, они с друзьями быстро всё поняли, и приподнялись так, что другим не увидеть. Я одна у них, у папы с мамой. Не знаю, какие у них планы на меня были, только денег давали много, но присматривали, чтобы не дурила. Тебе, наверное, столько не снилось никогда денег, сколько мне давали. Но я всё-таки не совсем дура была — папа всё рассказывал, как он из грязи в князи. Он же из деревни родом, в город сам уехал, в восемь лет, за год до войны. И сам всего добился. Ну и пошёл в гору по партийной части. Ну, а я чем хуже?
Я всё думала, почему они ещё детей не завели. Может, получились бы парни, им бы мозги и компостировали. А он меня то своему бизнесу пытался учить, то ругал, что мозги куриные, и вообще не тем местом думаю. Мама тоже — выросла в бедности, так и осталась такой, то благотворительностью занималась, то покупала всякую хрень, дома повернуться негде, сплошь хрусталь и ковры. Домой придёшь — все вроде дома, а друг друга не замечаем. Такая вот дружная семья. Они меня в отдельную квартиру отселили, чтобы я им своей личной жизнью настроение не портила.
А здесь меня сразу — мордой в грязь. Как меня Даша спасла, я долго в себя прийти не могла. Всё как во сне. А потом поняла, что всем остальным мои понты по барабану. Ну кто я здесь? И что им до моего папы? Это он там мог до кого угодно дотянуться, и купить, что хотел. Без дураков! Потом, это ж не я так приподнялась, а папа. А сама, потом только поняла, так толком ничему не научилась. Злилась жутко, ведь лучше всех ко мне относились те, кого папа только быдлом и называл. Так вот и пришлось переучиваться…
Она умолкла и долго сидела, прижимаясь к его плечу, и Николаев не сразу заметил, что она плачет. Беззвучно, но плачет. Так и сидели, и не заметили, как улеглись, как уснули — проснулись, когда Дарья осторожно постучалась, и спросила, что готовить на завтрак.
21.
— Я передала Феде, что удалось карточки перенести! — Дарья вбежала в спальную. — Смотрите, это он фототелеграфом прислал!
— "Дарья, огромное спасибо, ждите гостей из США и Европы для обмена опытом, возвращаюсь при первой возможности", — прочитала Мария и обняла улыбающуюся Дарью. — Ну, как я и говорила. Теперь дело у нас пойдёт! А остальное что?
— Это набить и сохранить, — указала Дарья на остальные листы. — Вот и займись, раз учиться хочешь. Дядя Серёжа? Сегодня у тебя дела, да?
— В двенадцать у меня встреча с Жорой и парнями, — Николаев осторожно прижал её к себе. — Потом планов нет. Что-то нужно?
— По городу погулять! Ну, в магазины нужно зайти! Можно, я с тобой?
Мария кивнула ему — так, чтобы Дарья не заметила.
— Конечно, — Николаев посмотрел на часы. — Через десять минут надо уже выходить.
— Я сейчас! — и Дарья умчалась к себе в комнату.
Мария обняла Николаева и прикрыла глаза.
— Извини, не буду больше указывать, — она прыснула. — Постараюсь, по крайней мере. У меня есть, чем заняться. Купите Кошке чего-нибудь вкусного. Ну и нам всем тоже, пусть Даша поможет. Удачного дня!
— В общем, так, — Жора поставил на стол бутылки минеральной и выглянул в коридор. — Даша! Тебе сделать чего-нибудь? Чая, кофе? Может, поесть хочешь?
— Нет, Жора, не нужно, — Дарья подбежала и приподнялась на цыпочки, чтобы дотянуться до его щеки, потрепать. — У тебя хорошая библиотека, я почитаю пока.
— Хоть кто-то ценит мою библиотеку, — Жора довольно улыбался. — Ну так вот, господа товарищи. У нас теперь есть отличный шофёр и автомеханик, — он указал на Николаев и тот, привстав, кивнул. — У нас есть спец по электронике, — Валерий, улыбнувшись, повторил жест Николаева, — и человек, который с кем угодно о чём угодно договорится. — Степан кивнул, не поднимаясь. — Федя уже сообщил, какой ожидается конец света. Что я предлагаю: теперь первые два-три дня не расслабляться, как мы привыкли, а оперативно за всем ездить, и всё закупать. Валера, что у нас нового?
— Кроме компьютеров и спутниковых телефонов, — Валерий положил на стол список, — в продаже теперь есть камеры, персональные средства связи. Мы теперь сможем устанавливать камеры наблюдения в точки прибытия, и вести мониторинг. За неделю станет ясно, насколько это сложно. Я бы ещё закупил рации. Как только начинается конец света, мобильная связь пропадает. Надо проверить, как будут работать рации. Если будут, дядя Гоша сможет оперативно сообщать, где что творится.
— У меня сейчас три надёжных осведомителя на здешнем чёрном рынке, есть надёжный человек в налоговой, — Степан тоже положил на стол лист. — Мне нужен список, что нам потребуется из снаряжения, в течение дня я скажу, что из этого можно найти.
— А деньги — моя забота, — покивал Жора. — Ну что же, тогда приступаем. Сергей, как сегодня со временем?
— До четырёх я занят, — пояснил Николаев. — После четырёх звоните в любое время. На завтра и далее планов нет — звоните.
— Так, парни, — Жора встал первым. — Я так понял, все согласны с моим предложением. Сбрасывайте Сергею все места, где нужно побывать, он составит план поездок, я правильно понял?
— Правильно, — Николаев кивнул. — Лучше за день, если будет возможность.