Эта девушка
Шрифт:
– Уилл, я хочу, чтобы ты лег со мной на диван, – говорит она, и я тут же убираю руку, но только затем, чтобы снять с нее рубашку.
Точнее, сорвать с нее рубашку!
А потом ложусь рядом с ней. Как только я накрываю Лейк своим телом и чувствую, как она прижимается к моей груди, мы снова начинаем целоваться и рука моя возвращается в указанное ею место. Она улыбается, закидывает ногу мне на бедро, а я целую ее в шею.
– Я чувствую, как у тебя сердце бьется, вот тут! – Я целую ее в ямку между ключицами. – Так приятно!
– А еще оно бьется вот здесь! – отзывается она и на этот раз кладет мою руку под бюстгальтер.
– Господи, Лейк! – со стоном утыкаюсь я лицом в диван. – Что ты со мной творишь?!
Я хочу трогать ее. Везде! Не знаю, что меня останавливает… Какого черта я так разволновался?!
– Уилл?
Я поворачиваюсь к ней, помня, что моя ладонь все еще лежит на ее груди. Господи, да моя ладонь еще никогда не испытывала такого счастья!
– Нужно немного помедленнее? Лейк, ты только скажи!
– Нет, – качает головой она, гладя меня по спине. – Побыстрее!
Эти слова окончательно рассеивают все мои сомнения. Я нащупываю застежку ее бюстгальтера и спускаю бретели с плеч. Прижимаясь губами к ее нежной коже, я жду, пока она тихо не застонет, и начинаю ласкать ее грудь, но потом на мгновение замираю. В замке поворачивается ключ!
– Ш-ш-ш! – шепчу я.
Входная дверь распахивается, в гостиной зажигается свет. Выглянув из-за спинки дивана, я вижу, что по коридору идет Джулия. Уткнувшись в шею Лейк, я в ужасе шепчу:
– Черт! Это твоя мама!
– Нет-нет-нет, только не это! – шепотом восклицает Лейк, в панике пытаясь застегнуть бюстгальтер.
– Тихо! – Я зажимаю ей рот. – Может, она нас не заметит!
У нас обоих сердца чуть из груди не выскакивают. Я точно это знаю, потому что руку с груди Лейк так и не убрал. Она понимает, в какое неловкое положение мы попали.
– Уилл, убери руку! Жуть какая!
– Что она тут делает? – спрашиваю я, убирая руку.
– Понятия не имею, – качает головой Лейк.
И тут-то все и случается!
Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится у человека перед глазами.
Так это правда!
Джулия входит в комнату и вскрикивает.
Я отскакиваю от Лейк.
Лейк буквально слетает с дивана. И вот оно! Когда Джулия видит, что Лейк стоит у меня в гостиной и застегивает бюстгальтер, вся моя жизнь проносится у меня перед глазами за считаные доли секунды!
– А это мы! – глупо говорю я.
Что я несу?! И это мои последние слова?! Джулия зажимает рукой рот и смотрит на нас широко открытыми глазами.
– Это мы, – повторяю я, на случай если она еще не поняла.
– Я просто… Колдер попросил меня принести его подушку, – объясняет Джулия, сжимая в руках подушку моего брата.
Переводя взгляд с Лейк на меня и обратно, она наконец-то все понимает, и испуг на ее лице сменяется гневом! Я наклоняюсь, быстро поднимаю с пола и протягиваю Лейк рубашку.
– Мам, – умоляющим голосом начинает Лейк, но не знает, что говорить дальше.
– Иди домой! – велит ей Джулия.
– Джулия, дело в том… – пытаюсь встрять я.
Джулия не дает мне договорить.
– Уилл! – разъяренно кричит она. – С тобой мы попозже поговорим!
Услышав эти слова, Лейк приходит в ярость и напрочь забывает о смущении:
– Мам, мы, вообще-то, взрослые люди! Не смей так с ним разговаривать! И ты не можешь запрещать нам заниматься этим! Это смешно!
– Детка, не надо! – тихо говорю я Лейк, беря ее за локоть.
– Ну уж нет, Уилл! – огрызается она. – Я взрослый человек, и она не будет мне указывать, что делать!
– Лейк, ты еще школьница! – Я кладу руку ей на плечо, стараясь успокоить. – Ты живешь в ее доме. Мне не следовало приводить тебя сюда. Прости… Мама права. – Я целую ее в лоб и помогаю надеть рубашку.
– Господи! – орет на меня Джулия. – Уилл, ты что, сбрендил?! Не смей помогать ей одеваться у меня на глазах!!!
Черт, да о чем я только думаю?!
Отпустив край рубашки, я поднимаю руки вверх и отхожу от Лейк.
– Прости, – прежде чем уйти, шепчет она и умоляюще смотрит на меня.
Не успевает дверь за ними закрыться, как до меня доносятся крики Джулии:
– Лейк, да ты же с ним всего две недели встречаешься! Ты что творишь?!
Голоса стихают, я опускаюсь на диван и чувствую себя невероятным идиотом. Невероятно виноватым идиотом. Невероятно жалким виноватым идиотом. И тем не менее… невероятно счастливым!
Едва я успел поднять с пола свою рубашку, как дверь снова распахивается. На пороге появляется Джулия. Держа Лейк за локоть, она твердым шагом ведет ее обратно в гостиную и сажает на диван напротив меня.
– Дело не терпит отлагательства! – заявляет Джулия. – Я вам не доверяю. Стоит мне лечь спать, вы начнете сначала!
Мы с Лейк растерянно смотрим друг на друга.
– Вы уже занимались этим? – спрашивает Джулия у Лейк, и та в ответ со стоном закрывает лицо руками. – Занимались или нет?
– Нет! – сердито отвечает Лейк. – Нет, мы еще не занимались сексом! Довольна?
Я слушаю их разговор, надеясь, что меня в него не втянут.
– Еще? Значит, собираетесь?
– Мам, а что ты хочешь услышать в ответ? – всплеснув руками, вскакивает с дивана Лейк. – Мне, вообще-то, восемнадцать! Думаешь, я скажу тебе, что собираюсь хранить обет безбрачия?! Так это вранье!
Джулия откидывается на спинку дивана и несколько секунд смотрит в потолок. Потом поворачивается ко мне, и я опускаю взгляд. Я так смущен, что не могу смотреть ей в глаза.