Эндана
Шрифт:
Не особо задумываясь о последствиях, девочка прицелилась и метко заехала гигантской рептилии в голову. Острый конец «снаряда» рассек нежное веко животного, и глаз залил поток крови. Заутар, зашипев, отпрянул и прижался к камням. Не обнаружив достойного противника, он приподнял голову и приоткрыл пасть, ловя запахи. Потом, косолапо переставляя кривые лапы и вихляя всем телом, решительно направился в сторону принцессы.
Леа попятилась на несколько шагов и достала ножи. Теперь у ее высочества был только один выход: ослепить хищника! Иначе из пещеры не выбраться!
Свистнула на лету холодная сталь, дернулся ящер, пытаясь увернуться, но не успел – глаз исчез в кровавом пузыре.
К шипению гадины прибавились яростные удары гибкого хвоста. Мотнув головой, заутар лишь на мгновение остановился и снова ринулся в бой в надежде растерзать дерзкую букашку, причинявшую ему боль. Уцелевший глаз горел дикой злобой.
Принцесса метнула второй нож. Подарок Оне вошел в заутара, словно в масло, целиком исчезнув в глазнице, достав до самого мозга. Ящерица сделала несколько шагов и упала. Чешуйчатые лапы еще некоторое время скребли камень, потом тело сотрясла предсмертная судорога, и тварь затихла.
Девочка прижалась к стене, пытаясь унять противную дрожь в коленях, – хищник сдох на расстоянии вытянутой руки. Запоздалый страх сжал сердечко Леа, заставив его биться в сумасшедшем ритме. И именно в это время в пещере потемнело – наконец вернулась хозяйка. Ее разгневанный рев неожиданно обидел и разозлил ее высочество, и вместо того, чтобы окончательно испугаться, она закричала в полный голос:
– Чего рычишь?! Лучше бы спасибо сказала!
Прекрасная акустика в пещере. Детский голос усилился в десятки раз и достиг-таки ушей драконихи, заставив захлопнуть пасть. Хозяйка пещеры приземлилась перед трупом заутара, обнюхала его и, даже не взглянув на застывшую у стены гостью, торопливо рванула к кладке – проверять драгоценное яйцо. Убедившись в полной его сохранности, снова повернула массивную голову к принцессе:
«Спасибо, детеныш».
Чужой мощный голос, вторгшийся в разум девочки, стал для нее неожиданностью. Леа вздрогнула – она еще не встречала животное, способное так четко излагать мысли, но быстро справилась с удивлением и с облегчением сказала, не забыв прихвастнуть:
– Пожалуйста, мне было не трудно.
Дракониха сощурилась в усмешке.
«Как тебя зовут, детеныш?»
– Леа, – ответила принцесса и тут же исправилась: – Леантина Веллайн Ромна, но можно просто Леа. А тебя?
Дракониха, разинув пасть, выпустила из ноздрей струю дыма.
«Сипхората».
Девочка беззвучно пошевелила губами, запоминая, и вежливо сказала:
– Очень приятно.
А затем подошла к останкам ящерицы, чтобы вернуть свое оружие.
С первым ножом проблем не возникло, его рукоять торчала на виду, а вот второй… Если бы он не был подарком богини, Леа ни за что не полезла бы за ним!
Ее высочеству пришлось снять камзол, закатать повыше рукав рубашки и запустить руку в покалеченную глазницу. К счастью, очень глубоко лезть не пришлось.
– Фу-у, – сморщилась от отвращения принцесса, глядя на измазанную почти по локоть руку, – а вода тут есть?
«Справа от моего хвоста у самой стены источник», – направила девочку Сипхората.
Леа прошествовала в указанном направлении, брезгливо держа руку на весу и стараясь ничего не задеть.
Струившаяся из трещины в стене вода ощутимо пованивала тухлыми яйцами. То-то Леа понять не могла, что за странный запах в пещере!
Девочка старательно смыла кровь и прилипшие кусочки плоти, вычистила оружие и, насухо протерев его полой рубахи, убрала в ножны. Все это время дракониха молча наблюдала за гостьей, изящно изогнув длинную шею и щуря желтые глаза. Ее зеркальная чешуя мерцала всеми оттенками зеленого: от нежно-салатного до почти черного, делая Сипхорату похожей на огромную драгоценность.
– Какая ты красивая, – восторженно прошептала Леа.
Дракониха фыркнула, снова выпустив дым.
«Чего хочешь за спасение моего ребенка, человечек?»
Девочка уже привыкла к странному способу общения и не вздрогнула, услышав чужой голос в голове.
– Ничего, – покраснела Леа. Принцессе совсем не хотелось врать новой знакомой, но и выглядеть слишком навязчивой она не решалась.
«Совсем?»
Леа могла поклясться, что дракон улыбнулся!
Принцесса немного поколебалась, но все-таки решилась:
– Можно мне иногда приходить поговорить с тобой?
«О чем?» – Теперь дракон вплотную приблизил к ребенку шипастую голову и, казалось, пытался заглянуть в самую душу человека.
– О чем пожелаешь, – просто сказала принцесса и призналась: – У меня нет знакомых драконов, мне все интересно.
«Мне будет не до тебя в ближайший год, – попыталась уклониться от бесед Сипхората. – Да и потом тоже. Дети, что человеческие, что драконьи, – это хлопотно».
– Ну хотя бы иногда! – умоляюще сдвинула брови ее высочество. – И я с удовольствием помогу тебе с воспитанием!
От такого предложения дракониха поперхнулась, отвернулась в сторону и закашлялась, выплевывая горячие сгустки пламени. Чувствуя себя неловко от затянувшегося молчания, Леа невольно потянулась к невидимой золотой копии собеседницы, скрытой воротом рубашки, пытаясь найти в ней поддержку.
Едва пальцы девочки коснулись украшения, как дракониха снова повернулась к ребенку и задумчиво протянула:
«Вот оно что… Ну, хорошо, подруга».
– Подруга? – обомлела принцесса.
«Ты не только спасла мое дитя, но и носишь на груди божественный знак нашего рода, – объяснила дракониха и, немного подумав, добавила: – Зови меня Сипхо. Приходи когда захочешь».
Совершенно счастливая принцесса едва удержалась, чтобы не кинуться с объятьями к новой подруге, но вовремя сдержалась:
– Я не буду сильно надоедать, правда-правда! К концу лета меня ждут обратно в школу, а она в другой стране.
«Я тебя найду, если потребуется, – пообещала Сипхората, – только позови».
– Ты так хорошо слышишь? – изумилась девочка.
«Мысленно позови», – развеселилась дракониха.
Леа, представив себя, во весь голос орущую на Смотровой башне, рассмеялась.