Чтение онлайн

– То, что вы назвали глушью, – мой дом, – жестко произнесла она.

Поняв, что обидел бахорианку, Башир несколько смутился.

– Знаете, я не хотел… не имел в виду… – извиняющимся тоном произнес он.

– После «общения» с кардасианами на Бахоре много раненых, доктор, – резко оборвала его Кира. – Вы можете оказать огромную помощь, если привезете сюда лекарства. Вы вскоре убедитесь, что бахориане – дружелюбный и очень благодарный народ.

После этих слов Кира резко повернулась к нему спиной и вышла, оставив его стоять с полуоткрытым ртом.

Подойдя к дверям, Юлиан Башир молча смотрел вслед удаляющейся бахорианке. Ее резкие слова поубавили его романтизм. Он вообще не понимал, почему часто вызывает к себе негативную реакцию людей?

Башир всегда знал, чего хотел. Когда же ему приходилось общаться с людьми, у которых не хватало ума построить простейшие планы на будущее, он терял терпение.

Всю свою жизнь он превосходил сверстников талантом. В результате он оказывался в группах самым молодым, что создавало между ним и коллегами естественный барьер. Его отвергали, и это обрекало его на одиночество. Юлиан не научился подносить свой талант таким образом, чтобы окружающие ценили его. Он верил в честность и нередко внешне выглядел самонадеянным. Во время учебы в академии он говорил, что одиночество не имеет значения. Во всяком случае, Башира оно не пугало. Главное – это нужность, полезность людям. Он утверждал, что после окончания академии найдет такое место, где его талант оценят по достоинству.

Башир думал, что таким местом станет «Дип Спэйс-9», где, несомненно, нуждались в его знаниях и таланте. Но резкая реакция бахорианки заметно огорчила молодого ученого. Разве он виноват в том, что люди не могут воспринимать его гений? Он так хотел, чтобы его любили… Но теперь стало совершенно ясно, что майору-бахорианке он не понравился.

Башир поднял глаза и увидел приближавшегося Одо. Юлиан улыбнулся ему, как старому знакомому, поскольку их уже успели на ходу представить друг другу. Одо ответил на доброжелательное приветствие бурчанием, и Баширу стало любопытно, что за прошлое у этого странного существа. Кира об охраннике ничего не рассказала. Не вызывало сомнения, что Одо не бахорианец. Он относился к неизвестному для Башира виду. Прекрасная возможность для ученого, занимающегося размножением видов, расширить свой профессиональный кругозор.

Бурчание и сухое приветствие Одо в ответ на улыбку Башира Юлиан также оценил профессионально: представители данного вида, вероятно, не умеют улыбаться. Крайне любопытно.

Нельзя позволить этому существу ускользнуть. И Башир, по-прежнему улыбаясь, загородил Одо дорогу.

– Они все похожи на этого майора? – спросил Башир.

– Кто это они? – переспросил Одо, рассеянно моргая.

– Бахорианские женщины, – ответил Башир, скрестив руки на груди и прислонившись к стене.

Одо с минуту молча рассматривал Юлиана.

– Не знаю, доктор, – ответил он затем. – Мне не пришлось узнать всех бахорианских женщин. Если же вы имеете в виду, все ли бахорианки так женственны, как майор Кира, то я отвечу положительно.

В словах охранника заметно чувствовался сарказм.

– Я не хотел… – смущенно начал объяснять Башир. – Я не хотел обобщать. Я просто… Она показалась враждебно настроенной по отношению ко мне.

Юлиан досадовал на себя за то, что в такой короткий срок успел обидеть двоих.

– Майор Кира враждебно настроена лишь тогда, когда ей дают повод, – поучительно произнес Одо.

– Но я не давал ей повод, – вспыхнул Юлиан. – Я не сказал ничего такого, что могло бы вызвать раздражение.

– У майора есть веские причины враждебно относиться к офицерам Звездного Флота, – более мягким тоном продолжил Одо. – Она выросла в военных лагерях. Сомневаюсь, что кто-нибудь в вашей холеной академии был способен понять, что это такое.

Башир хотел было возразить, Одо жестом остановил его.

– Кира видела гибель своей семьи, – произнес охранник. – Кардасиане убили ее родных прямо у нее на глазах. Кардасиане погубили ее родную планету. Кира не любит людей и не доверяет им.

– Но я не давал ей повод для злости, – возразил Башир. – Все, что я сказал, – это назвал Бахор пограничным районом, а она обиделась.

Юлиан вспомнил, что в академии училась одна бахорианка. Однако она отличалась спокойствием и дружелюбностью. Теперь же, после знакомства с майором и охранником, Юлиан стал, думать, что сарказм – норма культуры этой нации.

Тем временем Одо повернул к Юлиану свое треугольное лицо.

– Думаю, ей не понравилось такое сравнение, – хмыкнув, сказал он. – Мне тоже. Нам обоим достаточно подобного отношения в прежние времена со стороны кардасиан.

– Послушайте, я прошу прощения, – извинился Башир, чувствуя, как зарделось его лицо. – Я не хотел обидеть вас. У меня просто дурная привычка говорить необдуманно… Я хотел сказать, что рад назначению на Бахор, что я хотел бы внести свой маленький вклад в дело восстановления этой планеты. Вот и все.

– Когда я встречусь с майором, то обязательно объясню все это, – сухо пообещал охранник без особой уверенности в голосе.

Одо сделал шаг, собираясь уходить, но Юлиан задержал его.

– Констебль, надеюсь, это не покажется вам… если я задам вам несколько вопросов относительно вас, – витиевато начал Бапшр. – Это чисто с профессиональной точки зрения…

Охранник молча смотрел на доктора, и тот понял, что его просьба, по крайней мере, не отвергается.

– Вы сказали, что выросли на Бахоре, – начал Юлиан. – Но… вы не бахорианец…

– Как проницательно с вашей стороны, доктор, – заметил Одо, внутренне напрягаясь, но внешне оставаясь совершенно спокойным.

Башир отличался талантом не понимать иронии, поэтому фразу охранника он понял как согласие ответить на вопросы. Это вдохновило молодого ученого.

– Вы не станете возражать, если я спрошу о?.. – ученый попытался на ходу сформулировать вопрос.

– Я формоменяющийся, доктор, – с громким вздохом перебил его охранник. – Как видите, мне не очень удается форма бахорианца. Мне довольно трудно ее сохранять, но я вынужден это делать, потому что большинство гуманоидов не воспринимает мою истинную форму.

– Какую именно? – загораясь профессиональным интересом, спросил ученый.

– Форму аморфной желеобразной массы, – неохотно пояснил Одо. – В свою изначальную форму я вынужден возвращаться каждые двадцать четыре часа.

– Удивительно! – искренне изумился Юлиан. – Я специализируюсь на скрещивании всевозможных видов, но с подобным случаем ни разу не встречался.