Чтение онлайн

Никакого формального начала у интервью не было. Ни представлений, ни пустой болтовни, которая так ошарашила Эллу на «Нетворк Юэроп». На камерах помаргивали красные огоньки, но они держались на почтительном расстоянии. С ней рядом сидел Питер, раскинув по спинке дивана руки, скрестив ноги, откинув назад голову… Она чувствовала себя достаточно безопасно, чтобы вести беседу.

— Я не могу сказать, как это обычно начинается, — объяснила она. — Обычно я вроде как сплю в это время.

— Это случается с тобой во сне? А ты не боишься, что можешь вылететь в окно, и проснуться где-нибудь в облаках?

— Нет! — она рассмеялась. Все относились к ее левитации как к какому-нибудь проявлению святости, к тому, о чем подобает говорить с почтением. Ну, Элла-то знала, что они потешаются у нее за спиной. Всегда потешались. Но еще никто не шутил с ней так прямо.

— А тебе нравится парить?

— Ну, не то чтобы это было плохо или как-то так… Это просто как будто целый мир — по-настоящему тяжелый, а я — нет. Меня не тянет вниз. Иногда я думаю: «Хочу попасть вон туда!» — и просто вроде как плыву… Тогда вокруг меня как будто ветерок или морское течение. Большую часть времени я просто не знаю, что происходит. Питер может меня загипнотизировать, или я засыпаю, и мне начинает сниться сон. Думаю, если б я не просыпалась иногда, я бы вообще никогда об этом не узнала.

— Это твои сны тебя будят?

— Только один. Иногда мне кажется, что я его видела как раз перед тем, как проснуться. Это всегда похоже, будто я вспоминаю что-то, что на самом деле происходило. Наверно, я тогда была совсем маленькая… Я раньше никогда об этом не задумывалась. И никому не рассказывала, даже Питеру.

Он уже сидел, наклонившись вперед. Спросил:

— Почему?

— Просто забывала. Это непохоже на какую-нибудь историю или что… Просто огни. Я вижу три круглых огонька. Они вращаются, а потом начинают вращаться вокруг друг друга, и очень быстро. А потом они сливаются в один огонек, очень яркий — и я просыпаюсь. Но они ненастоящие.

— Что ты имеешь в виду?

— От них в комнате очень светло. Типа как, знаете, когда пожар, и все становится такое волнистое от горячего воздуха. Выглядит все точно так. Но этот свет — только в моей комнате. Даже если дверь открыта, он не светит наружу. Так что его никто не видит… Но однажды он был настоящий. Думаю, там и вправду были эти огни, я их видела, когда мне было, наверно, года два. Или три… В смысле, я была очень маленькая.

Питер водрузил ладонь на ее руку, и сказал ей:

— Это — мощь! Это — разум. Та сущность, что действительно дает тебе твою силу. Ты можешь ее видеть!

Элла явно смутилась. Ее рука под теплой тяжестью его ладони не двинулась, зато носки туфель заерзали по полу.

— Питер про это все знает. Я — нет, — пробормотала она. — Типа, он может мне объяснить, почему это случается со мной, а не с ним. Он может объяснить, и все становится просто и понятно. Я так не умею. Я понимаю, что он говорит, — правда, понимаю! Но потом у меня не получается удержать в голове все эти идеи.

— Всю жизнь, — провозгласил Гунтарсон, — люди говорили Элле, что она ничего не понимает. Поэтому когда ей по-настоящему хочется что-то уразуметь, или с чем-то справиться, она пугается, что у нее не получится. Это вопрос уверенности. На самом деле она — одна из самых умных людей, каких я когда-либо встречал. Честное слово! Правда, Элла, — он сжал ее руку и выпустил ее. Она стала пунцовой. — Вот здесь, — он погладил ее по голове, — скрывается фантастически собранный и сосредоточенный разум!

— А как ты думаешь, почему эти силы пришли к тебе, а не к Питеру? — спросила Хэтти. Она сделала почти незаметное движение сияющей кольцами рукой, чтобы отстранить Гунтарсона, и дать Элле больше пространства.

— Я думаю… Питер говорит, это как будто я — машина, а он — мотор. Выглядит так, будто я двигаюсь сама по себе, но на самом деле, я бы без него с места не стронулась.

— Элла — это послание, — снова влез Гунтарсон, — живое послание. И миру самому решать, услышит ли он его. Мы пока не знаем в точности, что это за послание, поэтому нам надо хорошенько прислушиваться, чтобы понять. Я полагаю, что мы обязаны как можно скорее разобраться в нем. Ее феномен уже вызывает последствия по всему миру, и любому совершенно очевидно, что ее послание имеет глобальное значение.

Гунтарсон теперь говорил очень быстро, буквально выплевывая слова в камеру.

— Все это подтверждено библейским кодом [44] — совершенно потрясающе! Подвергнув оригинальный древнееврейский текст первых пяти книг Библии компьютерной расшифровке, среди букв можно обнаружить математические паттерны. Возникают пророчества, касающиеся всего, начиная с Александра Великого и до Третьего рейха, включая даже войну в Заливе. Даже, — его голос трагически упал, — угрозу Армагеддона.

Хэтти попыталась было его утихомирить, но Элла смотрела на Гунтарсона как зачарованная, и насильственно прервать его сейчас — значило бы создать враждебную атмосферу. Если даже он и не заткнется, редакторский нож заставит его умолкнуть попозже.

— Расшифрованная книга Исхода, — продолжал он, — содержит слово «Диана». Это невероятно, но доказательство неопровержимо, и оно связано со словами «автомобильная авария» и «гибель». Трагедия принцессы Уэльской была предсказана на заре истории! Даже год был назван — 5757, что по иудейскому календарю соответствует 1997 от рождества Христова. Итак, — несся дальше Гунтарсон, — слово «Элла» является ключевым. Книга Бытия, которая, как принято считать, была буква за буквой продиктована Моисею самим Господом, обнаруживает фразы «над миром сим» и «наше возрождение», «молитва» и «надежда», «ангельская» и «международная». Другими словами, вся миссия Эллы была предначертана тысячи лет назад в самой священной книге этого мира. И приближение нового тысячелетия, разумеется, играет здесь особую роль. На самом деле, библейский код ясно говорит о наступлении Судного Дня в очень близком будущем, и я твердо убежден, что Элла могла быть избрана или послана как раз для его предотвращения. Для предотвращения конца света. Я искренне верю в то, что Элла может спасти наш мир. На самом деле… а знаете ли вы, что ее имя означает на иврите? Богиня! Элла — богиня. Разделите это слово на две части, Эл-ла: «эл» обозначает «бог», а «ла» обозначает «ей». То есть, ее имя означает «Бог ей». «Бог дан этой девочке». По-арабски почти идентичное слово «Лилла» — означает «для Бога» или «Богу». А теперь скажите, вы думаете, ее родители об этом знали, выбирая ей такое имя? Что-то я в этом сомневаюсь! О, конечно, вы имеете полное право так на меня смотреть! Что вы об этом знаете?! Стремилась ли вся ваша жизнь, как моя, к этому мгновению? — теперь в его голосе слышалось пренебрежение. — Я знаю, что никто не придаст моим словам ни малейшего значения. Я решился об этом не думать. Лучше просто говорить правду. Но вы не в состоянии скрыть скептицизм и цинизм, отражающиеся на вашем лице, и поэтому для Эллы настало время стать кое-чем более значительным, чем забавный морской котик, исполняющий трюки на потеху СМИ!

— Элла! — позвала Хэтти. — Скажи мне сама, своими собственными словами, — что ты об этом думаешь?

— Ага… Я думаю, Питер прав. Я не хочу, чтобы про меня все время писали в газетах, будто я какая-то чокнутая. Мне это не нравится.

— А как насчет твоих мистических сил, экстрасенсорики и прочего? Откуда они?

— Это как Питер говорит… — Элла все больше и больше мрачнела. Камеры подобрались поближе. Ей нравилась Хэтти, но не нравился этот разговор. Он бессмысленно вертелся вокруг нее. — Я ничего этого не могу объяснить, как следует. Но теперь я знаю, что это по-настоящему важно. Раньше не знала. Но теперь у меня такое сильное чувство, типа, где-то у меня внутри…

— Сейчас, совершенно внезапно, ты оказалась в самом центре, на виду у всех. Стала знаменитой. Как ты с этим справляешься?

— Нормально…

— Тебе это нравится?

Элла покачала головой.

— Я хочу сказать про Фрэнка, — прошептала она Гунтарсону.

— На твою семью свалились такие переживания. Тебя расстраивает вся эта газетная шумиха вокруг твоих папы и мамы? — Хэтти старалась вкладывать в свои слова как можно больше сочувствия, но уже и сама понимала, что загнала себя в ловушку: она заваливала вопросами девочку, которая не знала, как на них ответить. Элла просто ответила, что не читает газет. И перестала смотреть Хэтти в лицо.