Чтение онлайн

К утру, действие «Стрекотуна» и «Весельчака» резко закончилось и нас просто-напросто вырубило как по щелчку. Лишь в последнее мгновение, стремительно приближаясь лицом к земле, я успел материализовать по спальному мешку перед собой и Германом. А затем последовала темнота. Пора спать… усталые игрушки.

***

Мы пролежали без движения ровно сутки. А окончательно пробудившись, первая мысль была следующей: «слава богу, Август этого не увидел». Уверен, «учитель» бы очень долго ругался, сетуя на нашу беспечность, полнейшее пренебрежение техникой безопасности и тотальное отсутствие мозгов.

А именно безмозглыми тупицами мы и были, потому как, приподнявшись на локтях, я осмотрелся, и обнаружил неподалеку целую гору мертвых скорпионов и змей. Вздрогнув от столь жуткой картины, почувствовал, как рядом что-то недовольно заворочалось: у меня под боком, свернувшись калачиком, спал перепачканный в грязи Хангвил. Видимо это именно он взвалил на себя бремя охранника и целые сутки не давал нас в обиду.

— Да он герой… — Герман тоже проснулся и крайне уважительно посмотрел на кошачьего медведя, а затем нежно погладил рыжую макушку — Маленький, плюшевый герой. Знаешь, когда мы окажемся в Затолисе, то я куплю ему целый мешок самых вкусных и жирных сверчков.

— Уа? — чуткое ухо повернулось к нам как радар.

— Я тоже. И центнер ростков бамбука в придачу.

— Ур-р-р — фамилиар блаженно заурчал.

— Гер — я переключил внимание на напарника — Пожалуй, нам необходимо провести работу над ошибками.

— Это точно.

— И теперь, прежде чем принимать необдуманные решения, предлагаю руководствоваться одним простым постулатом: мы с тобой — приличные люди.

— Не понял. И как это поможет?

— А очень просто. Приличные люди, прежде чем совершить то или иное действие, трижды думают о последствиях. Они не делают поспешных выводов и, тем более, не выпивают непонятные зелья.

— Вообще-то это была твоя идея.

— Каюсь, моя. Но ты поддержал!

— Ну не знаю — качок дернул щекой — Это ты у нас с пятью десятками интеллекта, тебе и решать. А я-то что? Моё дело играть мускулами и сражаться, а твоё — планировать тактику и стратегию.

— Да конечно! Хорошо устроился, как погляжу? Нет уж, у нас командная работа и коллективная ответственность. Я тебе не Жуков.

— Кто?

— Маршал Советского Союза. Остановил и отбросил ваших от Москвы в 1941–1942 гг.

— Ааа… — Герман сделал вид, будто что-то вспоминает, но поймав мой оценивающий взгляд, неохотно сдался — Честно говоря, я плохо знаю историю 20-го века.

— Ничего страшного. Главное — мы вам наваляли. В общем, будет уроком. Без пуньи мы бы уже давно проснулись мертвыми, бог знает где. Поэтому будем считать, что это последний раз, когда нам несказанно повезло.

— Угу.

— Ладно, встаём.

Я поднялся, громко хрустнув суставами, затем хорошенько потянулся и направился к куче поверженных фамилиаром врагов.

Приблизившись, болезненно поморщился: желтые скорпионы и черные змеи, воняющие гнилым болотом. Фу! Одни страшнее других. Даже трогать их было противно, однако без этого лут не собрать. Разумеется, добыча принадлежит Хангвилу, но думаю, зверь будет не против. Продам всё добро, а на вырученные деньги накуплю ему ништяков. А затем и от себя сверху добавлю.

— Влад! Дай ка мне стул, дрова и сковородку. Позавтракать надо.

— Держи.

Мгновение и все три предмета материализовались в метре от танка. А чуть позже к ним присоединился кулёк с яйцами, беконом и молотым кофе.

— Спасибо.

Герман разжег костер и принялся за стряпню.

А я, в свою очередь, приступил к самому неприятному: касался наиболее безопасных участков тел упокоенных гадов и подбирал заклинанием лут. Скорпионы оставляли после себя совсем крошечные пузырьки с титьютоксином — мощнейшим ядом, способным убить человека буквально за пару секунд, а также цитрин — драгоценный камушек лимонного цвета. Последние выпадали не часто. Примерно с каждого третьего трупа.

Со змеями была та же история: 1–2 пузырька с нейротоксином, кусочек кожи и черный морион, напоминающий непрозрачный хрусталь.

Ни денег, ни артефактов, ни тем более редких заклинаний не попадалось. Впрочем, и не удивительно. Для того чтобы предмет появился у животного, им самим сперва необходимо его отыскать. А вокруг только дикая природа да древние руины, в которых, я уверен, давным-давно не осталось ничего ценного. Хотя, Августу вон повезло. Однако это скорее исключение из правил.

Через пятнадцать минут завтрак уже был готов.

— Красиво, правда? — Герман вальяжно развалился на стуле и с аппетитом хрустел золотистым беконом, разглядывая огромную статую вдалеке.

— Да, завораживающее зрелище. Вот только, сдается мне, «учитель» ошибся и она гораздо выше трехсот метров.

— Я тоже об этом подумал — кивнул танк — Навскидку в ней целый километр. Не меньше. Высоченная как Бурдж-Халифа. А крылья то какие? И как она не падает при порывах ветра?

— Не знаю, может магия?

— Сто процентов.

— И звук такой странный… слышишь?

— А это, скорее всего, потоки воздуха пролетают меж бронзовых перьев, вот и свистят. Детализация, конечно, фантастическая.

— Нет, я про другой. Слева. Со стороны озера.

Мы резко повернули головы. В сотне метров от нас поле плавно опускалось вниз и переходило в заросли густой растительности, за которой виднелся искрящийся в лучах солнца водоём.

— Это… смех? — удивленно предположил напарник.

— Да, причем женский!

— Ура! Бабы! — качок отбросил тарелку и резко вскочил.

— Стой, подожди меня! — я бережно переложил спящего Хангвила в рюкзак и двинулся следом.

Мысль о девушках заставила сердце биться быстрее. Наконец-то! Милые, красивые, сексуальные и приятно пахнущие мадемуазели! Как же я по вам соскучился! А то всю дорогу одни лишь брутальные и потные мужики! С небритыми харями и грязью под ногтями. Надоело!