Эксперимент
Шрифт:
– Бороду отрастил и растолстел, хотя ряса скрывает.
– Да, ты сам-то! Поди все сто весишь?
– Ничего подобного. Я, между прочим, каждый день бегаю, это я сейчас поел.
– Ну, да. Два килограмма и съел.
Заметив, что они мешают проходить с подносами, мужчины сели каждый на своё место.
– Ты ешь, ешь. Я буду говорить, – мужчина по имени Федя отодвинул в сторонку пустые тарелки. – Я, тебя, между прочим буквально на днях вспоминал. Где ты, как ты? И вот на тебе, пожалуйста. Так значит, сейчас едем ко мне, я в гостинице "Радужная" остановился. По дороге купим всё что надо.
– Нет, нет, – батюшка замотал головой в знак отрицания.
– Чего ты?
– Я сегодня уезжаю. Через час с небольшим, мой поезд. Я был тут на симпозиуме.
– Ясно! Я тоже, как же я тебя не заметил? Ты где сейчас?
– В Подмосковье перебрался, в село Серпухово. Там мой приход… Я ведь священник.
– Да ты что! То-то думаю, почему ты в рясе, но ты ведь прирождённый врач! Лучшим был на курсе. Мы же с тобой за время учёбы более ста крысиных мозгов препарировали, такие планы на будущее строили. Ты что же, разлюбил нейрофизиологию?
– Помнишь, наверное, что я не с вами окончил?
– Ну, помню. У тебя, по-моему, мама заболела, и ты взял академ.
– Верно. У меня в то время отец умер. Я тогда, …когда его похоронил, вдруг прозрел. У меня ведь отец священником был, вот гены и дали о себе знать. Решил пойти по его стопам, но университет я окончил и с наукой связь поддерживаю. Вот на симпозиум пригласили. Даже парочку семинаров провёл с тамошними студентами. Так что всё в порядке, да и профессии я своей не изменил. Священник по сути, всё равно что врач, только инструменты у нас разные. Ты как?
– Сразу всё и не расскажешь. Докторскую защитил. Я искал тебя. Писал на твой старый адрес. Почему не отвечал?
– Уехал я. Мне место предложили. У меня приход и мужской монастырь при церкви.
– Да ты что? И сколько человек?
– Где? В приходе?
– Да нет же, в монастыре?
– Пожалуй, двенадцать будет.
– Здорово! А монахи, кто? Церковные люди что ли?
– Нет, что ты. Почти все с криминальным прошлым.
– Ну, ты даёшь! Ладно, к чёрту монахов, главное, что мы теперь рядом. Я в Москве, ты в Подмосковье. Думаю, не потеряемся. Да, кстати, у меня в Подмосковье – дача. В ста пятидесяти километрах от Москвы. В сторону города Благое, это в вашей стороне?
– Да! Мы от города в тридцати километрах.
– Тогда вообще можно сказать соседи.
– Федя, извини, но мне пора. Я вот тебе адрес и телефон написал, приезжай. Очень прошу. Может, прямо сейчас вместе со мной рванёшь?
– Спасибо Лёнь. Я приеду. Надо собраться. Но ты жди. А вот тебе мой адрес. Ты как женат?
– Нет… как-то не собрался.
– Извини. А я женат, жена – Ира, помнишь такую? Дочери – шестнадцать, одиннадцать классов в этом году оканчивает.
– Рад за вас. Приеду Федя, как в Москве буду, заскочу, – священник убрал адрес в карман брюк. – Я тебя жду у себя в деревне, вместе с семьёй и приезжай.
Федя проводил друга и дождался, когда поезд тронется с места. Затем он не спеша отправился в гостиницу. Он даже не помнил, как добрался до нужного места, его мысли целиком были заняты проектом, который так удачно благодаря другу начал приобретать реальные очертания.
Батюшка Леонид был в пути чуть больше суток. По прибытии домой он первым делом отправился в церковь. Его помощник – пожилой священник отец Виктор радостно встретил его.
– Батюшка ты наш, как съездили?
– Намучился отец Виктор. Отвык я от этих светских мероприятий. Вы тут как без меня?
– Нормально. Нестеренко стал есть, попросился в церковь. Ни одного приступа за ваше отсутствие.
– А как Егоров?
– Тоже усмерел, работает. Причастия ждёт.
– Ну и славненько. Пойду я домой. Устал, но к вечерней буду.
Москва встретила Фёдора Николаевича по-весеннему тёплым дождём и потоком грязных машин в несколько рядов. "Ну нет уж, моё настроение вам не испортить", – подумал он, усаживаясь в такси и заранее готовясь к пробкам.
–Институт мозга, – бросил он таксисту и, откинувшись на спинку сиденья, закрыл глаза, пытаясь вздремнуть…
–Эдуард Семёнович, можно? – через каких-то пару часов, Фёдор Николаевич уже входил в кабинет директора института.
–А, Фёдор Николаевич! Приехал! Рад, – директор широко улыбаясь встал из-за стола и пошёл навстречу.
Они сердечно обменялись рукопожатиями.
– Как съездил, рассказывай, – директор, приглашая гостя сесть, прошёл на своё место.
– Отлично, Эдуард Семёнович. До того чем занимаемся мы, ещё никто не додумался, во всяком случае не докладывали.
– Замечательно.
– Извините, что перебиваю вас, – Фёдор Николаевич даже понизил голос, давая понять директору, что известие, которое он собирается сообщить весьма ценно. – Я встретился на симпозиуме со своим другом.
– Рад за вас.
– У него приход и при нём мужской монастырь, в котором на сегодняшний день постоянно проживают двенадцать человек. Представляете!
– Я тебя понял. В каком месте говоришь монастырь?
– Совсем рядом – в Подмосковье, в селе Серпухово. Около пятисот километров от Москвы. Глухомань! Главное, монахи с криминальным прошлым.
– Ну что, похоже, сам Бог нам дал добро. Для чистоты эксперимента нам "такие" и нужны. В будущем ты же не у аспирантов МГУ преступные мысли искать будешь. Действуй Фёдор Николаевич и держи меня в курсе всего.
– Само собой Эдуард Семёнович, можете не волноваться. Мозги монахов сканировать будем?
– Обязательно! Выбери с мозговой патологией, нам необходимо попасть в точку. Не переживай, победителей не судят.
– Согласен. Второго случая может и не быть. Я сначала съезжу на разведку, а потом мы с вами обсудим дальнейшие действия.