Чтение онлайн

Так что вперед, вспоминаем!

Номер раз….

Всегда есть первые. Везунчики, они живут в воспоминаниях, и с ними сравниваешь второго, третьего и так далее по списку.

Это они, вымоленные у судьбы и сочиненные в обнимку с книжкой под одеялом, становятся невольными судьями всем остальным.

Видели бы «первые» нимб над своей головой, хохотали бы до слез над девушками, идущими ради них на жертвы. А жертвы у всех, ну или почти у всех одинаковые: сначала девушки отключали мобильный (только бы мама не позвонила), потом задергивали шторы (из соседнего дома видно) и обязательно приглушали свет (мне бы еще пару килограмм сбросить).

Итак, есть первые, и есть остальные.

Её номер первый – Игорь. Он учился курсом старше, это снижало вероятность знакомства во время лекций. Но поездка в студенческий отряд свела их вместе. «Парень с гитарой», с идеальным слухом и умением подобрать музыку от Машины до Скорпионс, его бархатистый шансон красиво переходил в блатную хрипотцу и уносил девичьи сердца, словно искорки от костра, в далекую даль. От желающих добиться расположения Игоря отбоя не было. Пристраиваться в хвост длиннющей очереди не хотелось, помог случай. Воспитанный интеллигентный мальчик помог Оле спрыгнуть с забора. Стоило девушке соскользнуть по стройному телу гитариста, как между ними шарахнул разряд несколько тысяч вольт, и Оля на целый корпус опередила своих соперниц.

Но лишиться невинности на промятом диване – об этом ли она мечтала?

Ничего не поняв, сдерживая истеричный смех (и это все, о чем так много говорят?) она сбежала. А потом от неё сбежал и Игорь к девочке из Омска.

После первого неудачного опыта, Оля сделала вывод – не все золото, что блестит, и не все «парни с гитарой» – секс символы. И взяла таймаут на пару лет.

Позже были «принцы» из списка контактов, делимые в последствии на отряды «геймеров» и «собирателей», следом отряд «экстрималов», отряд «подкаблучников» и самый многочисленный – «неудачников».

Собиратели и любители стрелялок относились к сексу как истинные коллекционеры, основательно и дотошно. Словно следовали четкой инструкции.

Авантюристы брали страстью и непредсказуемостью. Подкаблучники нарывались на оскорбления и мечтали об оплеухе.

Неудачники оказались самыми мерзкими. У них постель становилась рингом борьбы без правил, возможностью реванша, все чаще циничного.

Потом появился Никита.

Последнее время кроме друга детства Олиными друзьями оставались покой и одиночество. Замечательная троица, совершенно безопасная.

Но сейчас мир перевернулся, стал опасным, непредсказуемым.

Мир стал Живым.

Оля не имела понятия, чем закончится тот вечер.

Настроение после маминой щуки было отвратительное. Мелкий дождь, более похожий на влажную взвесь, от которой не спасал зонт, накрыл город. Дышать в таком влажном воздухе получалось с трудом, люди походили на испуганных, выброшенных на сушу рыб. Дышали прерывисто и часто.

Родители жили недалеко от метро Динамо, дожидаться маршрутки не хотелось, да и не было настроения, Оля пошла пешком, точнее поплыла сквозь насыщенный дождем воздух.

Промокший город растекался акварелью. Черно-белая ретушь домов сползала в лужи, в лужах свинцовое небо смешалось с островками кармина, охры и жженой умбры, с остатками опавшей листвы. Погруженная в грустные мысли Оля шла, не поднимая глаз, пряча лицо от прохожих.

– Привет, – услышала она голос Антона и растерялась, боясь взять в руки букет зефирных хризантем. Розовые шапки выглядели вызывающе вкусно на фоне размытого осеннего города.

– Куда пойдем? – прозвучал его первый вопрос.

– К тебе, – выдохнула она и прижала цветы к груди, словно защищаясь. Стоило Антону задуматься, стоило отвести взгляд, стоило уголкам его рта дрогнуть и приподняться хоть на миллиметр, стоило ему…

– Хорошо, – ответил Антон и открыл дверь машины.

Оля облегченно вздохнула.

С Антоном все было не так, все было словно впервые. Накопленные умения мгновенно исчезли, забылись. Оля чувствовала себя «новобранцем на войне», «сапером на минном поле», шаг влево или вправо – взрыв и сердце разлетится на клочки. Продумывала каждое слова, жест, позу. Словно мотылек порхала над языками пламени и совершала опасное кружение с изяществом балетной примы. Вскрывала покров медленно, наслаждаясь каждым мгновением, словно впервые прощалась со своим давным-давно прощенным целомудрием.

Никогда бы не подумала, что нарушение «маминых» правил и страх потерять Антона так возбуждает.

Они встречались уже неделю. Видеться каждый день не получалось из-за сменной работы врача, но утренний разговор по телефону, пара смешных эсемесок или смайликов настраивали обоих на романтический лад. После ужина в недорогих кафе, они ехали в однокомнатную квартиру Антона на улице Вучетича. На свою территорию Оля его не звала.

Признаться во лжи время еще не пришло. Она ждала подходящего момента.

Удивительное дело, Марина больше не давала советов по улучшению личной жизни, она ушла с головой в роман с тем самым «красивым» парнем из кафе.

«Театр одного актера» вновь гастролировал.

Гардероб на этот раз был подобран изысканный, подружка совершила набег в торговый центр за новыми платьицами, элегантными сумочками и лодочками в цвет, еще больше нарастила ногти, еще больше осветлила волосы, выбрала помаду цвета руж. Хлопаньем ресниц и кокетством Марина все более напоминала Мэрилин Монро. Француженка с бабеттой исчезла.

Оля наблюдала за развитием нового романа со стороны, не вдаваясь в подробности, прекрасно понимая – после месяца или двух интерес молодого человека к Марине пойдет на спад. Познаний подруги в искусстве соблазнения хватало ровно настолько, насколько испробованы замысловатые ловушки, пока из «кинодивы» не вылезла хапуга и не сказала: – Дай!

А пока это время не наступило, Марина пребывала на седьмом небе от счастья и в последнюю очередь интересовалась жизнью Ольги.

За невежливый уход от родителей Оля извинилась на следующий день, но сказать, что нашла, наконец « хоть кого-то» так и не решилась. Она забежала с любимым маминым «Киевским» тортом в руках, «подсластила» пилюлю.