Чтение онлайн

– Я ещё не дал своего согласия...

– Сколько времени вам нужно на размышление?

– Два дня. И все же...

– Вы - наемный солдат, а не наемный убийца?

– Именно так. Скорее всего, я откажусь.

– Может быть, увеличить гонорар?

– Вы рискуете разориться...

– Пока нет - Гуго оставил мне немного денег, а на тотализаторе я не играю. Думайте, Боксон...

...Сидя за столиком маленького бистро, цепляя вилкой тончайше нарезанный жареный картофель и прилагающийся к нему бифштекс, Боксон размышлял и не мог отделаться от мысли о ненатуральности произошедшего. "Бред какой-то! Месть за смерть брата, оружейная монополия, частный детектив Грамон, шестьдесят тысяч долларов аванса... Но на сумасшедшую она не похожа, душевнобольные прежде всего перестают следить за своей внешностью, а её прическу делал классный мастер; платье, похоже, шили в салоне "от кутюр". А было бы интересно повоевать в пресловутых каменных джунглях Нью-Йорка... Ага, а потом просить политического убежища на Кубе там тепло и сахар..."

На десерт Боксон заказал мороженое. И продолжал обдумывать ситуацию, наблюдая заодно, как от столика к столику ходит уличный художник, предлагая желающим нарисовать их портрет за пару минут. "Когда-то также ходил нищий наркоман Модильяни - и теперь его рисунки продают за бешеные деньги... А ведь Энди Прайса убить будет легче всего... А Гарри Ло наверняка из Гонконга, там у них у всех английские имена и китайские фамилии. Значит, из "Триады". А Джулиано Джамбетта - из "Коза Ностры". Бедняга Гуго! Он был обречен с самого начала..."

Он пытался прогнать из головы мысли о предложении Жаклин Шнайдер, но потом смирился с их существованием и продолжал размышлять, управляя "шевроле-корветом" на парижских улицах.

"Итак, Гуго Шнайдер - подпольный торговец оружием. Преступники убили другого преступника - и мне предлагают за него отомстить. Так сказать, Немезида по имени Чарли Боксон... Давай без вранья - мне предлагают стать обыкновенным киллером. И меня это давно уже не возмущает, достаточно вспомнить... Стоп, это нельзя даже вспоминать! Да и такие деньги на дороге не валяются... Легионер становится киллером... Закономерная эволюция... Нет, мадам Шнайдер, мне это по зубам, но почему-то не по нраву..."

...Припаркованный у тротуара маленький белый "ситроен" вдруг лопнул огненным шаром, и проезжавший в тот момент мимо него голубой "шевроле-корвет" Боксона швырнуло на встречную полосу. Ехавший сзади серый "фиат" взрывной волной развернуло поперек дороги, а двигавшийся навстречу черный "мерседес" всей мощью ударил "корвет" в правый бок. Разбрызганный горящий бензин взорвавшегося "ситроена" плеснулся на сбившиеся в кучу машины, и умевший правильно реагировать на внезапные взрывы Боксон успел только отстегнуть ремень безопасности и вывалиться на дорогу, как его обдало жаром заполыхавшего "корвета". Огонь перебросился на серый "фиат", и там закричали, но Боксон рванулся в черному "мерседесу", у которого горел мотор, а неподвижные фигуры за лобовым стеклом даже не шевелились - видимо, у людей был шок. Боксон сумел выдернуть из "мерседеса" женщину и водителя, и в автомобиле взорвался бензобак.

Люди из "фиата" выбрались сами, но многоголосый крик звенел в кафе, куда взрывная волна сотней кинжальных осколков швырнула большие стеклянные витрины.

Потом Боксон пытался хоть как-то помочь раненым, одной женщине перетянул разрезанную ногу галстуком вместо жгута, потом примчались машины "скорой помощи, и Боксон помогал санитарам, стараясь не смотреть на груду обгорелого железа, которое когда-то было голубым "шевроле-корветом", и вечером, подписав в полицейском участке свои свидетельские показания, не удержался и добавил:

– На месте террористов я бы через двадцать минут рядом взорвал бы вторую бомбу, а ещё через полчаса - третью. Паника затянулась бы на сутки.

– Будем надеяться, что Ильич Карлос не столь умен, господин Боксон, хмуро ответил инспектор.

Выходя из участка, полковник привычно потянулся рукой за ключами от автомобиля, вспомнил и засмеялся. Дежурный полицейский недоуменным взглядом проводил странного смеющегося человека с пятнами крови на грязном дорогом костюме.

Боксон позвонил Алиньяку из ближайшего таксофона.

– Жан-Лу, я сегодня опять выжил. У тебя, помниться, был холодильник? А в нем есть лед? Тогда я беру виски и еду к тебе.

Такси довезло его на Монмартр, в студию Алиньяка. Богемной публики на этот раз было очень много, Боксон держался в углу, не привлекая к себе внимания; какой-то бездельник, уже много лет ожидающий вдохновения, чтобы приступить к созданию не то картины, не то романа (он сам ещё не решил, в чем он будет одарен), предложил марихуану по невысокой цене (классический сорт из турецкого Курдистана), но был послан к Вельзевулу, и Боксона оставили в покое.

Он тихо рассказал Алиньяку о взрыве, и Алиньяк предложил закусывать виски дыней. Боксону стало весело от такой реакции друга на трагический рассказ, а художник добавил:

– Чарли, ты удачлив, как кошка. Веселись и радуйся сегодняшнему дню ведь даже у кошки могут закончиться семь её жизней. Обрати внимание вон на ту блондинку в черном; её муж в прошлом году умер от передозировки, и она обожает, когда её называют "черная вдова". В медальоне у неё кокаин.

– Спасибо, Жан-Лу, говорят, что кокаин пополам с виски делает человека чересчур болтливым, но о чем с этими людьми можно говорить, если они до сих пор думают, что Браунинг - это английский поэт, а Бенелли - это итальянский композитор?

– Болтливая блондинка в постели лучше молчащего ничего!

– Ты опять прав, но мне сегодня нужна особенная ясность мысли.

– И ты хочешь её достичь с помощью виски?

После полуночи гости стали распадаться на пары и группы; к утру в студии остался один Боксон. Он позволил себе пьянеть, и перед тем, как заснуть, установил будильник своего хронометра на полдень. В назначенное время швейцарский механизм сработал безупречно и разбуженный его жужжанием, Боксон подошел к телефону. Взглянув на визитную карточку, он набрал номер:

– Мадам Шнайдер? Это Боксон. Увеличьте гонорар вдвое, и я беру ваш контракт.

– Вам не кажется, что вы запрашиваете слишком много?

– Мадам Шнайдер, сейчас я продаю дьяволу свою душу, а это весьма ценная вещь...

– Душа, которая продается, стоит немного...

– Неужели вы собираетесь прочесть мне проповедь?

– Конечно, нет. Я согласна, Боксон, приезжайте за чеком.

...По дороге он зашел в небольшое частное сыскное бюро - когда-то с Клодом Сантари, владельцем этой конторы, они учились в Сорбонне. Потом Клод успешно работал в полиции, но в перестрелке с бандой знаменитого налетчика Джимми Кобба был тяжело ранен и, после увольнения в отставку, занялся более спокойным делом, не изменив, однако, выбранному пути. Боксон передал ему сведения о Жаклин Шнайдер, свои наблюдения и некоторые выводы. Потом сформулировал задание: