Эдем
Шрифт:
— Барт, как ты себя чувствуешь сегодня? — спросила она, игнорируя Викки.
— Не плохо. А как ты, Мэри?
— Такая погода вредна для меня, — пожаловалась миссис Фремонт, — но я б не уснула, если б пропустила ваш банкет.
Затем она обернулась к Викки, небрежно отвечая на представления Барта.
— Вы познакомились с Майклом в Нью-Йорке, верно?
«Говорит так, словно это непристойно», — подумала Викки, а вслух сказала:
— Да.
— Вы англичанка, не так ли?
— Да, мэм, англичанка.
— Как Ваша девичья фамилия? — выпытывала Мэри Фремонт. — Я бывала в Лондоне по делам. Мы познакомились с несколькими приятными людьми.
— Уикершем, — ответила Викки с беспокойством, заметив, что к ним пробирается Сара. — Но я была в Лондоне только раз. Мы жили за городом.
— Уикершем? — Мэри Фремонт выпрямилась с сияющими глазами. — Я знала в Лондоне неких Уикершемов. У них за городом был дом, в Сассексе. Леди Барбара Уикершем, — вспомнила она. — Её муж — как же его звали? — она нетерпеливо нахмурила брови и торжествующе просияла она, наконец-то выудив из памяти имя. — Альфред, лорд Альфред Уикершем. Они имеют какое-либо отношение к Вашей семье? — взгляд вынудил Викки утвердительно кивнуть.
Девушка запнулась, лишившись присутствия духа, когда к ним с мрачной улыбкой присоединилась Сара.
— Мы очень дальние родственник, — сказала Викки с мягким достоинством.
Мэри Фремонт, поражённая откровением Викки, быстро удалилась. Сара стояла бледная от гнева.
— Викки, как Вы посмели — горячо зашептала она, — сказать Мэри Фремонт, что имеете какое-то отношение к лорду Уикершему!
— Это действительно так, — тихо и вызывающе сказала Викки. — Мы, Уикершемы, все родственники.
Так говорил её папа.
— Это ложь и Вы это знаете! — глаза Сары полыхали огнём.
— Сара, — сказал Барт, охлаждая её пыл, — не повышай голос.
— Папа был Уикершемом, — сказала Викки. Что-то перехватило горло, она видела в Саре врага. — Он не был в тёплых отношениях с семьёй, — девушка глубоко вздохнула. — Из-за мамы. Но он водил меня в оперу, и я там видела бабушку. Она сидела в специальной ложе. Она — леди, — настаивала Викки.
— Не желаю слушать эти сказки, Викки. Будем надеяться, что Мэри Фремонт не станет этим заниматься, — зловеще проговорила Сара. — Она раз в два года бывает в Лондоне и она раскроет Вас.
Только что прибыл Джек Лемартайн с Клодин и Сара тепло улыбнулась. Викки помнила слова Клодин. Сара Иден не принимает жену управляющего, за исключением Пасхи и Рождества. Ну и когда жену Майкла представляют светскому обществу Луизианы. Только сейчас Викки заметила, что среди гостей нет друга Майкла, Бена Вассермана, и ей почему-то стало грустно.
Наконец все торжественно направились в обеденный зал. В комнате стояла угнетающая жара, и даже бриз с реки не помогал. Внезапно дом осветила вспышка молнии.
— Прекрасная молния, — не упустил случая вставить реплику Барт. Похоже ему нравится роль хозяина.
Она облегчила себе задачу выбора места за столом, сев между Майклом и Джошуа Харрисом, поближе к Бетси.
Рабы внесли огромное количество еды и вина. Блюда с ростбифом, ветчиной, индейкой, дикой уткой, помпано. Из-под искусных рук Эльвиры вышли окра, джамбалайя, буйябес, мясо, жаренное на рашпере. Красная фасоль и рис. А также доб-глясе.
Сара сидела с приклеенной улыбочкой. Викки с горечью понимала, что та всё ещё взбешена, и едва в состоянии дотронуться до роскошной еды. Викки попыталась поймать взгляд Бетси. Харрисы пришли поздно, и ей до сих пор не представилось возможности поговорить с Бетси.
Подали десерт — огромное количество вкусного французского печенья, вокруг роскошного пирога с пеканами, приготовленного Юноной, шарлотку по-русски и драчену. А также американский и новоорлеанский кофе. Викки выбрала новоорлеанский и пришла в восторг от крепкого, разбавленного цикорием, чёрного напитка.
«Неужели я не права, рассказав всё Мэри Фремонт?» — билась тревожная мысль.
Гости стали выходить из-за стола в гостиную, где музыкантами играли ещё одну зажигательную польку.
Майкл участвовал в дискуссии, устроенной матерью; Барт поймал Джошуа и попросил откатить его в угол комнаты, где они стали обсуждать какую-то статью в свежем номере «Пикьюна». Не считая небольшой кучки гостей на дальнем конце стола, за столом остались только Викки и Бетси.
С заговорщицкой улыбкой Бетси придвинулась поближе.
— Мы побудем здесь ещё немного. Правда Сайрес хорошо играет? Он так гордится, что его приглашают на все банкеты. Тётя Сара платит ему пять долларов. Папа, разумеется, разрешает ему оставлять деньги себе. Викки, я так счастлива, что Майкл женился на тебе. Мы так боялись, что он никогда не женится после… — внезапно Бетси остановилась, испугавшись, что сболтнула лишнее.
Викки быстро подалась вперёд:
— После чего, Бетси? Пожалуйста, расскажи мне.
— Я не имею права говорить об этом, — запинаясь, пробормотала девушка.
— Бетси, прошу тебя. Мы же подруги. У меня нет друзей кроме тебя, ты моя единственная-приединственная подруга, — искренне сказала Викки. — Почему вы боялись, что Майкл никогда не жениться? Бетси… — она запнулась, глядя прямо в глаза Бетси. — Я люблю Майкла и хочу помочь ему. Мне необходимо знать, с чем придётся бороться.
— Он должен был жениться. — Взгляд Бетси мрачен и одновременно извиняющийся. — На Лилиан Картер. Но Лилиан подхватила жёлтую лихорадку. Она умерла летом, прямо перед свадьбой. Майкл был… Он обезумел от горя. Замкнулся в себе, и никто не мог достучаться до его сердца. Так продолжалось четыре года. Когда начал вновь встречаться с людьми, то стал застенчив, более скрытен, угрюм. Но тебе будет хорошо с ним, Викки. Я знаю, что тебе будет хорошо, — она взволнованно глядела на Викки.