Чтение онлайн

А потом вдруг, точно принц на белом коне, возник Игорь. Она отлично помнила тот вечер, когда впервые увидела его. Это было у нее дома, праздновали Масленицу, и Бася напекла целую гору блинов. Игоря привел бывший муж Елизаветы Телепневой, Саша-оператор, как называла его Лиза, чтобы не путать с другим Сашей – из четырех ее бывших мужей двое были Александрами, но один работал на телевидении, а второй держал несколько магазинов.

– Игорь увидел тебя на премьере в «Табакерке» и просто голову потерял! – шепнул Вике на ухо Саша-оператор после того, как представил их друг другу. Виктория довольно зарделась.

Игорь сразу поразил ее молодостью, красотой, манерой держаться, но больше всего тем, что от него пахло табаком «Золотое руно» – точно так же, как от отца. Он также курил трубку, и это ему очень шло.

– Ничего не могу с собой поделать – люблю старый добрый советский табак! – сказал он ей в бывшем отцовском кабинете, становившемся на время приема гостей курительной комнатой. И в интонации, с которой были произнесены эти совершенно невинные слова, и в сопровождавшем их мягком обволакивающем взгляде карих глаз была какая-то особая интимность, будто Игорь доверял ей свою тайну или открывался в нежных чувствах. За столом он держался великолепно, ел немного, но очень красиво и блистал остроумием. А в перерывах между подачей блюд поклонился Басе, поцеловал «руку, приготовившую эти божественные блины» и вдруг куда-то исчез. Его не было довольно долго, и Вика, улучив момент, тихонько поднялась из-за стола и отправилась на поиски так понравившегося ей гостя. Неужели он ушел, не попрощавшись? Нет, это было бы слишком обидно…

Пропажа обнаружилась в маленькой гостиной. Уютно устроившись в кресле, Игорь смотрел по видео «Собаку на сене». При ее появлении он тотчас поднялся:

– Ради бога, извините, что я у вас тут хозяйничаю… Но увидел вот тут на полочке кассету с моим любимым фильмом и просто не мог удержаться. Вы простите мою дерзость?

Сердце Вики затрепетало. Это был и ее любимый фильм, Лопе де Вега она обожала с детства. Виктория была смущена. Уверенная в себе обеспеченная женщина, которой ей почти совсем уже удалось стать за последние годы, вмиг улетучилась, уступив место неловкой и застенчивой школьнице, не знающей, как вести себя с симпатичным мальчиком.

– Не буду вам мешать… – только и смогла пролепетать Вика. Она хотела уйти, но Игорь удержал ее за руку.

– Постойте! Сейчас будет замечательный момент. Вслушайтесь в слова, которые говорит Диана: «Сильней любви в природе нет начала». Как вам эта фраза? Чудесно сказано, не правда ли?

И Игорь выразительно посмотрел ей в глаза…

– Знаешь, ведь это все не просто так! – уверяла ее Лиза. – Сашка мне рассказал, что Игорь ему настоящий допрос про тебя учинил – что тебе нравится да что не нравится, чем ты увлекаешься…

– Неужели я произвела на него такое впечатление? – не слыша подтекста в словах подруги, Вика так и светилась от радости.

Первой близости она боялась как огня. Но ее возлюбленный был так внимателен, так нежно-настойчив, так заботлив, что она быстро забыла обо всех своих комплексах. А потом случилось чудо – она поняла, что испытывает истинное наслаждение. Оказывается, Вика совсем не была фригидной. Просто рядом не было нежного понимающего и любящего мужчины, который мог бы ей это дать понять.

С тех пор ее привязанность к Игорю не знала границ. Она боготворила его, сильнее, чем когда-то Берту, и даже сильнее, чем отца. Только с ним Виктория по-настоящему поняла, что значит быть женщиной – любимой, желанной, оберегаемой от забот. Игорь не уставал удивлять ее своим вниманием, своей чуткостью. Он улавливал малейшие нюансы ее настроения, постоянно расспрашивал ее о том, что она думает и чувствует, будил в ней воспоминания и с интересом выслушивал ее откровения. Подобной близости с другим человеком у Виктории не было никогда в жизни. Она открыла Игорю весь свой внутренний мир, рассказала обо всем, что долгие годы хранилось в ее душе. Игорь великолепно умел слушать. Он не только молчал, не перебивая и не переводя разговор, но и всегда развивал начатую ею тему, говорил именно то, что ей нужно было услышать.

Так, когда она поведала ему о своих проблемах, связанных с матерью и ее воспитанием, Игорь заметил:

– Знаешь, мне кажется, что она просто ревновала к тебе твоего отца. Ты ведь очень привлекательна как женщина. А она ненавидела всех женщин в мире, особенно молодых, как потенциальных соперниц. Ведь, согласись, твой отец сильно любил тебя, уверен, что намного сильнее, чем ее. И она не могла тебе этого простить.

Вика была в шоке от этих слов. Но после них, как ни странно, она совсем иначе стала смотреть на мать и даже начала лучше относиться к ней. Да, Мария Львовна допустила много ошибок, причинила ей, своей дочери Вике, много горя и боли. Но ведь она делала это потому, что любила. Любила так же, как теперь любила она, Виктория. Она ведь тоже отчаянно ревновала Игоря ко всем женщинам в мире и готова была на все, чтобы его не потерять.

«Жизнь отдам и не спрошу я, для чего тебе она…»

Когда я, в шестом часу утра, наконец, ввалился домой, на улице уже светало. Я кое-как добрел до кровати и собирался упасть и отрубиться, когда увидел, что на разобранной чьей-то заботливой рукой постели белеет поверх подушки сложенный листок бумаги. Я развернул записку и прочел:

«Братик, тебе звонили из Германии. Твой поверенный вылетел в Москву».

Новость порадовала. Хоть чем-то хорошим закончился этот сумасшедший день! Я повалился на кровать, уснул как убитый и проспал до полудня.

Разбудила меня Бася – громким стуком в дверь.

– Подъем, лежебока! – позвала она. – Двенадцать часов, все уже давно остыло.

Вместе с Викой, похоже, тоже недавно проснувшейся, мы позавтракали на большой генеральской кухне.

– Я смотрю, вы уже вовсю друг на друга влияете, – добродушно ворчала Бася, накладывая нам на тарелки пышный омлет с ветчиной. – Ты, Герман, тоже, как Вика, стал – ложишься на утренней заре, встаешь за полдень. И ты, Виктория, тоже хороша. Нет чтобы чему-нибудь хорошему брата научить…

Мы понимали, что она шутит, и только смеялись, уплетая за обе щеки Басину стряпню.

– Ба, а у нас для тебя новость, – сказал я, допивая кофе. – Скоро из Германии прибудет поверенный твоего Отто, моего дедушки. Он сказал, что у него какое-то дело к тебе.

Бася всплеснула руками:

– Господи, что же ты раньше не сказал? У меня же ваниль закончилась, как же я торт печь буду? Он когда к нам придет?

– Не знаю, – я даже растерялся немного. – Но, думаю, не сегодня.

– Ну, слава богу, до завтра-то я успею ваниль купить…