Дзяпики
Шрифт:
– Ну как с поджилками? Трясутся?
– Трясутся, - ответил Акимов.
– А у меня и в самом деле трясутся, - сказал Чекин.
– Нормальное явление, - сказал Силуэтов.
– Ну раз нормальное, значит все в порядке.
– Виктор сел за пульт, по радиостанции передал Вельскому:
– Юрий Петрович. Начинаем. Выключаю связь.
Последний раз взглянул в иллюминатор. Стоя на трибуне из красного дерева, начальник СКБ произносил речь. Губы его шевелились беззвучно и картина от этого была довольно смешной. Медленно закрылись створки иллюминаторов.
На открытие монумента Всеобъемлющей Непорочной Деве Инструкции и ее божественному сыну Параграфу из Совета старейшин прибыло Ответственное Лицо. Пока все готовились к торжеству, Ответственное Лицо изъявило желание осмотреть поле строительных битв. Дело в том, что фонды на строительство были уже исчерпаны, а корпуса инженерных хижин не поднялись выше фундаментов, ну а кое-где нулевой цикл не был даже и начат.
Весть о прибытии Ответственного Лица мгновенно облетела стройплощадку, доведя энтузиазм дзяпиков до красного каления. И перед чистым взором Ответственного Лица открылась потрясающая воображение картина перетаскивания руками дзяпиков двухкубового экскаватора.
Сейчас, в такой торжественный момент, они творили, выдумывали, пробовали, горели на работе! Шум, грохот и тучи пыли. Ну кто будет вникать во все это? Кому это нужно? У кого найдется столько свободного времени?
Ответственное Лицо окинуло руководящим взором поле, затянутое дымом и пылью грохочущего сражения, и подумало, а потом даже сказало вслух:
– Размах! М-м-молодцы! Здорово, черти, работают!
– И чуть внимательнее прищурившись: - А что это там они таскают с одного места на другое?
Неужели сомнение?
– Бревно!
– бодро рявкнул начальник СКБ.
– С какой целью?
– Для энтузиазму, так сказать!
– А что это они его сначала в одну сторону тащат...
– Согласно оперативнокалендарному графику!
– ... а потом в другую?
– Согласно уточненному оперативно-календарному графику!
– Так туда и назад таскают?
– Так и таскают! На сто с половиной процентов!
"А черт его знает! Может, его и надо таскать взад-вперед?". И Ответственное Лицо, чуть менее уверенно, но все же сказало:
– М-м-мммолодцы! А как дела с планом вообще?
– Начали разработку оптимального ряда громкозвучащих электронных тамтамов. Сверх плана, так сказать. По собственной инициативе... изыскав резервы.
– И как это только вы все успеваете?
– Дзяпики все могут! Все умеют!
Ответственное Лицо согласно закивало умудренной головой: это уж точно!
– Главный Первому. Неисправностей в счетчиках времени по-прежнему не обнаружено.
– Первый Главному. Какое время они сейчас показывают?
– Восьмое тысячелетие до новой эры.
– Каковы более точные подсчеты оставшейся энергии?
– Энергии хватит на сорок два часа.
– Первый Главному. Готовьте транстайм к возвращению через тридцать часов.
– Главный Первому. Вас понял.
Глайдер Вяльцева пронесся над группой дзяпиков, центр которой составляли Ответственное Лицо и Эхразещераз. Тучи пыли медленно закрывали их своими крыльями...
...В рабочей кабине транстайма стояла глубокая тишина. Лишь едва-едва слышно раздавалось жужжание многочисленных моторов и медленно действующей автоматики.
Вяльцев повернулся к сидящим сзади. "Кажется, все действительно успокоились. Ну и слава богу! Боялся за Акимова. Слишком уж он измотался за эти последние дни".
Детектор неисправностей непрерывно опрашивал функциональные системы транстайма, выдавая линию зеленых огоньков.
– Приготовиться к пуску!
– неестественно громким голосом сказал Вальцев.
Собственно, внешне ничего не должно произойти. Транстайм все так же беззвучно, не шелохнувшись, перенесется в прошлое.
– Пуск!
Затикали механизмы главного хронометра. Заметались стрелки измерительных приборов. Застрекотали реле. Приглушенным гулом дала о себе знать энергетическая установка. Голос Вяльцева, записанный на пленку, отсчитывал:
– Десять, девять, восемь...
Для того чтобы все системы транстайма вошли в режим, нужно было несколько секунд. Энергетическая установка отдавала все большую энергию в систему образования волновода времени. Еще мгновение и исполинская сила раскачает контур пространства-времени, войдет в резонанс со временем, отстоящим от текущего на четырнадцать тысячелетий, и транстайм, исчезнув с площадки, на которой он родился, возникнет там, в далеком прошлом.
– Ноль!
Огоньки пульта замигали. Вяльцев взглянул на счетчик времени. Стрелки не шелохнулись. Значит, волновод в темпоральном поле не возник. Одна из зеленых лампочек погасла и вместо нее горела красная. Пронзительный звук сирены тоже сигнализировал о возникшей где-то неисправности.
Лицо Вяльцева покрылось испариной, рука потянулась к кнопке "Аварийный стоп", но детектор неисправностей уже автоматически выключил все системы транстайма.
Вяльцев встал. Остальные уже без слов знали, в чем дело. Акимов включил радиостанцию.
– Виктор, вызвать Вельского?
Вяльцев махнул рукой:
– Зачем вызывать? Сами сейчас сюда прибегут. Сообщи Вельскому, что первая попытка не удалась.
Иллюминаторы открылись.
– Все еще митингуют, - безразличным голосом сказал Чекин.
– Пусть тренируются, - пробурчал Вяльцев.
– Отрабатывают дикцию. Мы свое, они - свое.
– Юрий Петрович спрашивает, что произошло?
– сказал Акимов, протягивая микрофон Вяльцеву.
– Что-то с волноводом, - сказал Виктор в микрофона - Горячку пороть не будем. Все равно работать сейчас не дадут. Юрий Петрович, прошу вас не расстраиваться. Первый блин. О-о-о! Что начнемся, когда я открою тамбур?!