Дженнет
Шрифт:
Но с противоположной стороны сквозь стекло, в которое превратилась стена, виднелась невысокого роста девушка в темном платье, которое делало ее почти невидимой. Смуглая кожа, темные волосы — все для того, чтобы в полумраке как можно дольше оставаться незамеченной.
— Ваше величество, — гостья сложила руки, — вы спите?
— Нет, — Роланд выпрямился. — Что случилось?
Внезапно гостья упала на колени.
— Ваше величество, умоляю, выслушайте меня! — воскликнула она, бросаясь на стену. — Я в отчаянии!
Роланд осторожно выбрался из постели. Он узнал голос девушки и понял, что это не очередная влюбленная фрейлина явилась, чтобы признаться ему в нежных чувствах. Чувствах, которые, в конечном счете, сводились к желанию провести с ним ночь раньше остальных.
— Что случилось, Грайна? — он подошел ближе.
Девушка-арлен, сестра Конно, залилась слезами, прижимаясь к прозрачной стене и что-то бессвязно лепеча. Роланд уже достаточно хорошо знал язык фей, но Грайна так запиналась, так волновалась, что, наверное, ее и родная мать не поняла бы с первого раза. Было ясно только одно — у нее случилось какое-то горе.
— Я ничего не понимаю. Что-то с королевой Мэбилон?
— Нет-нет, — она испуганно затрясла головой. — Она жива. Это… это он…
Рыдания опять заглушили ее слова.
— Успокойся и постарайся говорить медленнее, — приказал Роланд. — Что случилось? Где королева?
— Она, — Грайна пугливо обернулась, — скоро проснется. К этому моменту я должна быть в ее покоях…
— Тогда у нас тем более мало времени, — Роланд даже невольно порадовался тому, что происходит. Обычно все подчинялось велениям королевы, и то, что расписание нарушилось, не могло не радовать. Хоть какое-то разнообразие!
— Мой король, я пришла к вам, чтобы просить, — девушка тщетно пыталась успокоиться, слезы так и струились у нее по лицу. — Я хотела… королева даже не стала меня слушать…Я — арлен, моя жизнь зависит ото всех, кроме меня самой. Я даже не всегда могу обратиться к ее величеству напрямую и все свои просьбы должна сначала озвучить перед лейти Этейн. Когда я попыталась обратиться к ней, она…она ударила меня по щеке.
Ее левая щека впрямь была темнее, словно на ней наливался синяк, но в полутьме Роланд сначала не обратил на это внимания.
— И сказала, чтобы я не смела… что я должна благодарить судьбу за то, что осталась жива… а я… я…
Она опять заплакала.
— Ты хочешь, чтобы пришла королева Мэбилон и застала тебя здесь? — перебил Роланд. — Тогда достанется нам обоим. Ее величество не любит, чтобы я разговаривал с кем-то, кого она не одобрила…
…а не одобряла Мэбилон в последнее время практически никого, кроме себя.
Грайна пугливо вздрогнула, косясь в темноту у себя за спиной.
— Мой король, — прошептала она, глотая слезы, — я пришла просить вас о милости. Помогите мне! Королева хочет казнить Конно!
Роланд оцепенел. Он ожидал многого, но только не этого. Юноша уже три дня содержался в подземельях, без света, на хлебе и воде, и он был уверен, что его еще немного подержат под замком для острастки, а потом отпустят. Ну, возможно, переведут в другое место, в какую-нибудь уединенную башню, запретив общаться с кем-либо, кроме тюремщиков. Но чтобы казнить… Он же арлен, то есть, заложник. Кто станет убивать заложников?
— Это правда?
— Да, — Грайна опять залилась слезами, прижимаясь мокрым лицом к стене. — Я сама слышала. Я несколько раз пыталась получить разрешение переговорить с королевой о судьбе брата, но лейти Этейн не разрешала. Мне помогла Блодуэт… Вы ее знаете?
Роланд кивнул. Это было имя одной из фрейлин, которые в большинстве случаев были для него на одно лицо. Кажется, это у нее алые волосы, в которых вечно торчат цветы.
— Брат Блодуэт — один из учеников в школе Саттах Грозной. Она попросила брата, тот попросил госпожу Саттах, а та поинтересовалась судьбой Конно — он все-таки был ее учеником… И королева ответила, что про Конно в школе могут забыть навсегда.
— И на этом основании ты решила, что брата казнят? Его могут просто исключить из школы и отправить куда-нибудь в ссылку. Вы оба — заложники. Ваша мать, как мне говорил Конно, тоже была когда-то королевой. Детей королевской крови так просто нельзя казнить!
Он осекся, одернув сам себя. Всего несколько лет назад в Париже произошла революция, после которой восставший народ, провозгласив республику, казнил короля Людовика, королеву Марию-Антуанетту и их детей. Но нет! То — люди, а то — фейри! Столько лет держать у себя заложников — и казнить одного из них по ничтожному поводу?
— Ничего не ничтожному, — пролепетала Грайна, и человек догадался, что фейри каким-то образом прочла его мысли. — Конно осмелился стать вашим другом и… и полюбить королеву… вместо вас!
Роланд почувствовал, как на горле его сомкнулись невидимые пальцы. Дыхание перехватило. Неужели, королева мстит ему таким образом за невнимание? Неужели пытается запугать, расправами над его друзьями и угрозами вынудив ответить любовью на ее чувство? Нет, так не бывает! Любовь не выпрашивают, к любви не принуждают. Любовь дарят или приносят в жертву… по крайней мере, в мире людей. Но это волшебная страна.
В которой ему с каждой минутой все меньше и меньше хотелось оставаться.
— Этому не бывать, — решительно заявил мужчина и, наклонившись, коснулся ладонью стены со своей стороны. — Король я или не король? Мэбилон помилует твоего брата, обещаю.
— Благодарю вас! — Грайна со своей стороны пылко поцеловала стену в том месте, где ее касались пальцы собеседника. — Я этого…
Далекий мелодичный перезвон заставил ее вздрогнуть. Она вскочила на ноги одним гибким сильным движением. На смуглом лице отразился ужас.
— Королева пробудилась! Видите?
За ее спиной комната постепенно светлела. На стенах проступали узоры, начинающие светиться. Замок пробуждался. Где-то слышались песни птиц, шорох и перезвон.
— Я должна бежать, — девушка метнулась прочь. — Если меня здесь застанут…