Чтение онлайн

Уголки губ Шаддама скорбно опустились. Он отвернулся и посмотрел в окно на расстилавшийся вокруг неприветливый пейзаж.

— Есть там какие-нибудь дополнения, касающиеся лично меня?

— Он приглашает на Дюну представителей всех аристократических Домов и всех благородных семейств, включая и Коррино с Салусы Секундус. Ради такого случая Пауль готов снять ограничения, запирающие вас здесь. — Венсиция подняла голову. — Это не приглашение, отец. Скорее, это вызов. Вам, или вашему представителю, настоятельно рекомендуют прибыть на церемонию Великой Капитуляции в Арракине и привезти с собой груз воды в дар императору.

— Император — это я. — Шаддам сказал это машинально и без особой убежденности в голосе.

— Это дар Муад’Дибу. Здесь есть уточнение, касающееся минимально допустимого количества воды.

— Мне дали понять, что такие же приглашения разосланы всем планетарным правителям. Я бы не советовал игнорировать этот вызов, — сказал башар Гарон. — Фанатики Муад’Диба будут рады ухватиться за любой предлог, чтобы убить вас и искоренить род Коррино.

Шаддам понимал, что его военачальник прав.

— Сказано ли в послании, кто именно должен приехать? Или подойдет любой представитель? — Взгляд Шаддама упал на застенчивого мужа Венсиции. Тощий человечек, разодетый в кружева и шелк, как принц крови на придворном балу, держался подальше от реальностей окружавшего его мира и старался не досаждать тестю. — Может быть, настало время, Далак, доказать, что и ты годишься на что-то полезное. Дай мне совет, что делать, как делал в прежние времена твой кузен граф Хазимир Фенринг. Убей одного из моих врагов, как сделал бы это Фенринг. Поезжай в Арракин как мой представитель и найди способ убить Муад’Диба.

— Сир, — лицо Далака сделалось бледным как мел, — неужели у вас нет более подходящих для этого людей?

— Нет, нет ни одного, кем я мог бы рискнуть. — Шаддам с наслаждением наблюдал за зятем, лицо которого выражало потрясение — никто еще так не обижал Далака. — Что от тебя толку, Далак? Хазимир сделал бы это с легкостью. Моя дочь говорит, что, проснувшись, ты в первую очередь начинаешь смотреться в зеркало, стоящее у твоей кровати. Это что, деяние, достойное надежного союзника, каковым ты должен быть для меня? У меня слишком много таких ничтожных союзников, и именно поэтому Дом Коррино впал в немилость.

Далак напрягся, изо всех сил стараясь сохранить остатки гордости.

— Да, я ухаживаю за своей внешностью, чтобы достойно выглядеть при вашем дворе. Это исключительно ради вашего величества. Я сделаю все, что вы прикажете. Это мой долг. Моя жизнь, ее благополучие, целиком и полностью зависят от благоденствия Дома Коррино, от восстановления его блеска и славы.

— Ах вот оно что, от восстановления его блеска и славы. Возможно, я смогу тебе помочь.

По знаку Шаддама через боковую дверь в гостиную вошли четверо слуг, толкавших перед собой плывущие на пневматических подвесках несколько больших ящиков.

— В этих ящиках находятся величайшие и самые ценные сокровища Дома Коррино. Мы восстановили свою собственность. Каким-то образом эти сокровища исчезли из наших подвалов и тайных хранилищ, а потом были обнаружены на черном рынке.

По паническому страху, мелькнувшему в глазах зятя, Шаддам понял, что Далак превосходно осведомлен о содержимом ящиков.

— Я… я рад видеть, что эти ценности вернулись к своему законному владельцу.

Шаддам поднялся со своего места и, обойдя стол, подошел к зятю.

— Это было очень трудно и дорого обошлось, но думаю, компенсацию легко извлечь из твоих частных счетов.

Венсиция посмотрела на мужа так, словно он на ее глазах превратился в груду гниющей вопиющей плоти.

— Ты украл и продал фамильные ценности Коррино?

— Ну, конечно же, нет! — Далак довольно искусно разыграл искреннее возмущение. — Я не имею ни малейшего отношения ко всем этим махинациям.

— Теперь мы знаем, почему у тебя возникли большие трудности с визитами на планеты тлейлаксов и почему ты не смог встретиться с графом Фенрингом. Он, Венсиция, был по горло занят совершенно иными делами.

— Нет, я полностью отметаю эти голословные обвинения. Где доказательства?

— Слово императора есть единственное доказательство, каковое должен принять любой его подданный.

На самом же деле в распоряжении Шаддама было множество документов, протоколов и видеоизображений совершенных Далаком сделок. Вопросов тут не было. Шаддам посмотрел в сторону башара Гарона.

— Гарон, нет ли у вас при себе какого-нибудь не слишком нужного вам сейчас оружия, которое вы могли бы одолжить этому молодому человеку? Какой-нибудь кинжал или миниатюрное ружье, которые вы обычно держите за голенищем или в рукаве? Или, может быть, пистолет с отравленными пулями, который сейчас лежит у вас во внутреннем кармане. Кажется, это было бы самое подходящее оружие для моего женоподобного зятя.

Гарон послушно извлек из внутреннего кармана маленький пистолетик размером в половину мужской ладони, не вполне, впрочем, понимая, что задумал Шаддам.

Далак был сильно испуган и не мог этого скрыть. Граф Фенринг никогда бы не повел себя так даже в самых крайних обстоятельствах.

— Сир, это какое-то недоразумение. Я могу доказать свою ценность. Позвольте мне поговорить с кузеном. Я смогу убедить его вернуться на Салусу. Я знаю, что смогу! Я сделаю все, чего вы потребуете.

— Так как Далак является моим верным подданным, то вы можете дать ему такое оружие, башар. Возможно, он сможет использовать его на службе моей особе.

Не колеблясь, башар без лишних слов протянул смертоносное оружие Далаку, который неохотно его принял. Шаддам увидел, как Гарон незаметно положил правую руку на рукоять шпаги, чтобы при необходимости сразу же выхватить оружие. «Да, — подумал Шаддам, — на сардаукара можно всегда положиться».

После того как Далак взял пистолет, бывший император принялся ледяным тоном терпеливо инструктировать своего зятя:

— Для начала основная информация. Для того чтобы выстрелить, отведи казенную часть своим наманикюренным ногтем и нажми на открывшуюся кнопку. Теперь ты видишь, откуда вылетают пульки?