Душа императора
Шрифт:
Воссоздание требовало определённых условий — нужно было знать прошлое предмета, его сущность. Шай была почти готова.
Пламя свечи вдруг случайно выхватило соседние царапины: ими она отмечала дни в заключении. Настроение мгновенно испортилось.
«Время поджимает», — подумала Шай. По её подсчетам получалось, что публичная казнь — уже завтра!
Один день… Нервы натянуты, как струны. Один день, чтобы закончить печать души и сбежать. И камня души нет — приходится работать на какой-то деревяшке, и не чем-то, а обычной вилкой!
Строители камеры изрядно постарались. Стены сложены из разных пород, с многочисленными вкраплениями и жилами — изучить и воссоздать такое не под силу, наверное, даже Шай.
Мало того, камень специально доставляли из разных каменоломен, каждый со своим прошлым. Воссоздать всё это, опираясь лишь на те смешные знания, что у неё были, — гиблое дело. Но даже если вдруг ей каким-то чудом удастся произвести трансформацию стен, наверняка её могли поджидать ещё какие-нибудь ловушки, установленные строителями.
О, Ночи! Во что же она вляпалась?!
Всё подготовлено, все письмена написаны. Она взглянула на свою согнутую вилку, отковыряла металлическое покрытие ручки и стала чертить на ней. Ручка теперь выступала не чем иным, как самой печатью души.
«Так не выбраться, — сказала она сама себе. — Нужно придумать что-то ещё».
Девушка уже пыталась найти другой выход, проведя шесть дней в поисках — кого бы подкупить, уговорить… может быть, даже подслушать что-нибудь о своей камере. Но, увы, пока ничего…
В этот момент её раздумья прервал скрип двери — кто-то вошёл в подземелье.
Шай мгновенно подскочила, спрятав вилку себе под пояс. Неужели день казни перенесли?
По подземелью раздавался гулкий шум чьих-то шагов. Шай прищурилась, пытаясь разглядеть через щель в люке, кто пришёл. Там стоял человек в сопровождении четырёх стражников. Тело его было слегка удлинённым — вытянутые пальцы и черты лица.
То был Великий — так называлась раса. Именно они, Великие, правили империей. На нём было сине-зелёное одеяние — признак низшего ранга. По всей видимости, выдержал экзамен на получение чина, но так и не продвинулся вверх по служебной лестнице.
Шай напряглась в ожидании.
Великий слегка наклонился и посмотрел на неё через отверстие в дверце камеры, выждал паузу и подозвал охрану.
— Арбитры желают говорить с тобой, Воссоздатель.
Дверь её каменной темницы отворилась — они спускают лестницу! Шай слегка отошла, чтобы освободить место.
Терзаемая сомнениями, она стала подниматься. «Если бы я вдруг решила кого-то казнить раньше срока, — размышляла она, — я бы как-нибудь обманула несчастного, чтобы он сам вылез из ямы — без драки».Возможно, так они и подумали, но в цепи не заковали, выводя из подземелья.
Шай осмотрелась, прикинув маршрут: вероятно, её действительно ведут в покои к арбитрам. Ну что ж, это шанс! Она уже и не надеялась.
Попалась! Как же так получилось… Но уже ничего не изменишь. Обвели вокруг пальца, и не кто иной, а придворный шут. Воспользовался её доверием и обманул. Он оказался хитрее!
Шут стянул у неё подделку имперского Лунного Скипетра, подменил ею оригинал и был таков.
Её дядя Вон всегда учил — в жизни обязательно кто-то будет лучше, хитрее. Пускай ты самый-самый, но всё равно найдётся такой, кто тебя обставит.
«Помни это, — говорил он, — и гордыня никогда тобой не овладеет, не позволит расслабиться».
Шуту она проиграла. Значит, сейчас обязательно выиграет. Горечь заточения отброшена прочь — теперь надо брать быка за рога, во что бы то ни стало.
И ставка ныне — не золото, а жизнь!
Стражников (или, вернее, их народ) называли Бойцами. То есть так нарекли их Великие. Когда-то Бойцы именовали себя Мулла'дель, но эта нация так давно слилась с империей, что слово позабылось.
Они были высокие, крепкие, гибкие. Кожа — бледноватая, волосы — кудрявые, тёмного, как у Шай, цвета. Правда, у неё они ровные и прямые.
Девушка изо всех сил старалась казаться выше перед такими великанами. Сама Шай — выходец из народа МайПон, люди которого завидным ростом не отличались.
— Эй, ты! — крикнула она старшему среди Бойцов. — Я узнала тебя!
С такой чудной прической шлем, видимо, он носил нечасто. Бойцы были в большом почёте у Великих и быстро росли в чинах. Такое продвижение по государственной службе называлось «Возвышение». У этого прямо глаза сверкали! Броня искрилась, словно от мороза. Своё будущее он явно видел только светлым.
— Конь, — продолжала Шай. — Это ты перебросил меня через спину своего коня, когда меня поймали. Хорошее животное, высокое, гуришской породы белоснежного цвета. А ты большой знаток лошадей…
Боец, не отрывая взгляда, тихо, но отчётливо прошептал:
— Какое удовольствие будет прикончить тебя, девка!
«Мило», — подумала Шай, когда они входили в Императорское Крыло дворца. Каменная кладка была изумительна — под стать древнему ламиойскому стилю, а высокие мраморные колонны инкрустированы барельефами.
Между колоннами располагались урны, исполненные в том же стиле; так когда-то делали глиняные и керамические изделия.
Шай вспомнила, что сейчас у власти находятся члены фракции «Наследие», а это значит… Что и император из «Наследия». В эту же фракцию входили пять арбитров, которые, на деле, и управляли империей. В особом почете у членов этой группы были древние культуры, изучение коих они очень уважали. Так, например, их увлечение переросло в то, что часть императорского крыла была исполнена в старинном стиле.