Драконы севера
Шрифт:
— Зачем вы меня сюда привели? Голенькая Габриель вам бы больше была по нраву здесь!
— Может быть… но сегодня я выбрал тебя!
Я помог ей раздеться. Вернее, я раздел ее, а она мне не сопротивлялась. Расшнуровал платье, развязал завязки на рубашке и нижней юбке.
Она безвольно стояла передо мной, глядя в пол и опустив руки. Ее тело изменилось за те месяцы, что я провел на юге между Давингтоном и Хагерти.
Ее груди выросли по меньше мере раза в три. Тяжеловесные, с расплывшимися пятнами вокруг сосков.
Они соприкасались с округлым животом, на коже которого я с огорчением увидел полосы растяжек. Зад Доротеи отяжелел, и на ставших рыхлыми ягодицах стали видны мелкие ямки…
— Вы раздели меня, чтобы посмеяться над тем, какая я уродина стала?
Тихий дрожащий голос. Я нагнулся и увидел, что она кусает губы и слезы бегут по щекам.
Я опустился перед нею на колени и обнял за бедра.
— Ты напрасно злишься на меня! Малышке это не понравится!
Под кожей животика прокатился бугорок движения.
— Ты прекрасна — поверь! В тебе новая жизнь! Ты совершаешь великое волшебство — твое тело творит дитя — нового человека! Скоро ты станешь матерью и красота твоя вернется и умножится! Поверь!
— И я умру…
— Я не дам тебе умереть! Ты здесь со мной, и я буду рядом пока младенец не увидит свет.
— А потом? Что потом?
— Вы с малышкой всегда будете рядом со мной!
— Ты женат… Ты — король… Не лги мне… рядом ты не будешь…
Подхватив Доротею на руки, я отнес ее к бассейну и помог войти в воду по ступеням. Очутившись по шею в воде, она несмело улыбнулась. Впервые сегодня.
— Здесь и вправду приятно…
Раздевшись, я присоединился в моей подруге.
Мы сидели в воде рядом. Поверхность слегка парила и мерцала. Вода для бассейна грелась на кухне в специальном чане и по трубе текла сюда. В корнхоллском замке вода шла горячей из-под земли. Жаль, что у меня нет в запасе королевского мага, чтобы выстроить мраморный зал с нескончаемыми струями подогретой воды! Но зато у меня есть магичка!
Словно услышав мои мысли, Доротея спросила:
— Габриель — колдунья?
— Она сильная магичка благодаря природному дару и своей девственности.
— Она — девственница?!
Удивление и радость смешались на лице Доротеи.
— Ты мне не лжешь, Грегори?
— Она девственница, и я с нею не сплю, клянусь честью!
— Но ты провел вчера ночь с нею!
— Мы работали в библиотеке, а спал я у себя и совсем один. Ты ревновала меня?
— Да…
Голова Доротеи легла на мое плечо.
— Но ты не любишь меня.
Она вздрогнула, но промолчала.
— Я убил Даниеля Харпера.
— Я знаю…
— Не весной, а две недели назад на берегу западного моря.
Она вздрогнула еще раз.
— Это не имеет значения больше…
Наклонившись, я поцеловал ее в пухлые губы, нежно и долго…
Моя ладонь коснулась тугого животика. Ребенок шевельнулся. Крохотуля уперлась чем-то мне в ладонь и притихла. Я мысленно погладил ее по головке. Ощутил радость и довольство. Моя дочка тоже была рада нашей встрече…
За обедом я объявил дамам о том, что завтра уеду в Корнхолл и вернусь через неделю с малышами и музыкантами.
Габриель восприняла это явно с неудовольствием, а Доротея с нескрываемым облегчением.
Вечер я провел в библиотеке с Габриель, а после легкого ужина пришел к Доротее.
При свечах она занималась рукоделием вместе с камеристками. Увидев меня, графиня изменилась в лице. Девушки встали и поклонились мне.
— Ваше величество, вы зашли проститься перед дорогой?
— Я пришел согреть вашу постель, леди.
Девушки переглянулись и, подчиняясь жесту графини, вышли из комнаты. Я приблизился и предложил руку. Доротея улыбалась, глядя мне в глаза снизу вверх. Светло-голубое широкое платье по цвету было ей к лицу и скрадывало ее полноту.
— А если мне не нужно греть постель?
— Тогда с болью в сердце я покину вас, и мой путь будет печален и долог…
Она подала мне руку и встала с кресла. Мы пошли в спальню и там под перинкой любили друг друга нежно и неторопливо, словно пробуя редкостное блюдо.
Утром, попрощавшись с дамами /Доротея всплакнула/, я заехал в поселок у озера.
Увидев меня, Сандерс попытался встать, но я его остановил. Тогда Ани помогла мужу сесть на постели, опираясь спиной на подушку. Мой ловчий был слаб, как младенец.
Я сел на стул рядом с постелью.
— Я не нашел следов миледи, государь…
— Это понятно и без слов. Но что с твоими спутниками?
— Айдан погиб под камнепадом… Байлиг, Колин и Элар погибли в лапах хищников… Раненый Дугал и Хэк, Гуз и Гризел остались в теплой долине…
— Теплая долина?
— В трех днях пути от Драконьего зуба есть долина, там в изобилии бьют горячие ключи и растет трава и кустарник… Кругом льды, а там тепло… Множество непуганой птицы… Они будут ждать меня по весне…
— Они смогут там перезимовать?
— Парни крепкие — выдержат…
— Хорошо, я вернусь через неделю. Семьям погибших я заплачу серебром…
— Все знают вашу доброту, государь…
Оставив Ани мешочек с тысячей талеров, я вышел на улицу, где меня ждали мои люди, сел в седло и отправился на юг, в Корнхолл.
Глава 19
Долина Холлилоха словно замерла в ожидании зимы. Голые деревья качает северный ледяной ветер.