Чтение онлайн

Теперь Веб и его группа продвигались в восточном направлении. Начинающаяся гроза следовала за ними буквально по пятам. Гром, молнии, шквальный ветер и косой, почти горизонтальный дождь обычно сказывались на работе средств связи, ухудшали видимость и мешали ударным соединениям занять свое место согласно диспозиции, действуя людям на нервы и нарушая таким образом слаженность действий всех полицейских подразделений, которая при проведении такого рода операций играла решающую роль. Чтобы свести до минимума негативные последствия разгула стихии, людям из группы «Чарли» оставалось одно: бежать как можно быстрее. Аллея представляла собой полосу потрескавшегося асфальта, сплошь в провалах и выбоинах, по сторонам которой возвышались старые, ветхие от времени дома со стенами, усеянными оспинами от пуль из-за бесконечных перестрелок. В таких перестрелках участвовали хорошие и плохие парни, но чаще всего пули выпускали друг в друга юнцы, не поделившие наркотики или женщин. В этих местах человек, имеющий револьвер, сразу становился мужчиной — независимо от того, сколько лет ему исполнилось. Случалось, что мальчишки, посмотрев утром сборник мультфильмов, дырявили из револьверов своих приятелей, а потом недоумевали, почему те не хотят подниматься с земли и продолжать игру.

На пути к объекту бойцы из группы «Чарли» наткнулись на компанию, которую снайперы описали как пестрое сборище чернокожих, латинов и азиатов, употребляющих наркотики и промышляющих их продажей. Порочная мысль о том, что на наркотиках можно без труда заработать хорошие деньги, казалось, завладела сознанием всех обитавших в этом квартале людей — независимо от их вероисповедания, политических убеждений или цвета кожи. Веб считал таких людей дебилами, обреченными до могилы нюхать, колоть и глотать наркотики. Он даже удивлялся, что им хватало ума на то, чтобы осуществлять простейшие операции по купле-продаже наркотиков.

При виде автоматов и бронежилетов все наркоманы, кроме одного, попадали на колени и стали молить о пощаде. Веб внимательно посмотрел на молодого человека, продолжавшего стоять во весь рост. На голове у него была красная бандана, по мнению Веба, свидетельствовавшая о принадлежности к одной из местных банд. Он был одет в бесформенные спортивные шорты и защитного цвета футболку, обтягивавшую хорошо развитые мышцы груди и плеч. По его лицу за милю было видно, что он думает о других людях. А думал он примерно следующее: «Я умнее, круче и изворотливее всех вас и, конечно же, всех вас переживу». Веб, однако, должен был признать, что высокомерное выражение не портило его лица, а свою бандану он носил очень лихо.

Копам потребовалось не более полуминуты, чтобы понять, что все эти субъекты, за исключением парня в бандане, не в себе и что ни оружия, ни мобильных телефонов, чтобы позвонить на объект и предупредить об атаке, у них нет. У парня в красной бандане нашли, правда, нож, но, как известно, ножи — не самое лучшее оружие против автоматов и бронежилетов, так что члены штурмовой группы позволили парню оставить его у себя. Но прежде чем группа «Чарли» двинулась дальше, Кэл Пламмер препроводил наркоманов в дальний конец аллеи. При этом он шел сзади и держал парня в красной бандане под прицелом своего МП-5. На всякий случай.

Парень в бандане успел крикнуть, что ему нравится винтовка Веба и что он готов купить ее за хорошие деньги, чтобы потом пристрелить из нее Веба и всех его копов. Ха-ха! Пристрелит он, как же. Веб бросил взгляд на крыши, где должны были находиться снайперы из групп «Виски» и «Экс-Рей». По его расчетам, в этот момент они держали всю эту шайку подонков под прицелом своих снайперских винтовок. Снайперы были лучшими друзьями Веба, и он знал, как они действуют в подобных случаях. Потому что сам несколько лет был снайпером.

Тогда Вебу, поджидавшему свою жертву, приходилось иногда чуть ли не месяцами мокнуть в тухлой болотной жиже, где вокруг ползали смертельно опасные змеи мокасины. А еще бывали случаи, когда он часами лежал на продуваемом ледяными ветрами открытом горном плато, осуществляя прикрытие штурмовых и разведывательных групп и, подложив под приклад кусочек кожи, чтобы не натереть щеку, до рези в глазах всматривался через оптический прицел в расстилавшуюся внизу равнину. Работа снайпера научила его многим вещам: например, бесшумно мочиться в бутылку, упаковывать пищу в отдельные пакеты, чтобы иметь возможность найти необходимое в полной темноте, и раскладывать боеприпасы вокруг себя в особом порядке, чтобы не тратить зря времени при перезарядке оружия. Веб, правда, сильно сомневался, чтобы все эти навыки могли пригодиться ему в обычной жизни.

Жизнь снайпера представляла собой непрерывную экстремальную ситуацию. Работа же снайпера заключалась в том, чтобы выбрать наилучшую огневую позицию, стараясь при этом не быть обнаруженным; и эти две задачи подчас казались взаимоисключающими. Так что оставалось одно: найти компромиссное решение. А потом начинались бесконечные часы ожидания. Дни, недели и даже месяцы проходили в безделье и отупляющей скуке, пока не наступал момент истины. Но до самого последнего момента, даже принимая решение стрелять и нажимая на спуск, снайпер не знал, раскрыта ли его позиция и нажмет ли вражеский снайпер на курок на долю секунды раньше.

Веб часто мысленно представлял себе тот или иной эпизод из своей карьеры снайпера — такой глубокий след оставила в его памяти эта работа. Когда противник входил в его сектор обстрела, он нажимал на курок, отрегулированный под давление в два с половиной фунта, и пуля с желтым наконечником вылетала из ствола со скоростью, в два раза превышавшей скорость звука. Всякий раз, когда он делал выстрел, человек падал на землю, превращаясь в труп. И все же самыми важными выстрелами в своей карьере Веб считал те, которые он не сделал. Таковы были правила игры, и следовать им могли далеко не все. Это была работа не для слабых духом, не для тупиц и даже не для людей со средним уровнем развития.

Веб мысленно пожелал удачи своим расположившимся на крыше коллегам и побежал по аллее.

А потом они наткнулись на ребенка. Парнишка лет девяти сидел на куске бетона. Никого из взрослых рядом не было. Приближавшаяся гроза вызвала резкое понижение температуры — градусов на двадцать по Фаренгейту, — и температура все еще продолжала падать. Несмотря на это, парнишка сидел на холодном бетоне с голой спиной. Интересно, подумал Веб, есть ли у него вообще хоть какая-нибудь рубашка? Ему доводилось видеть детей, которые жили в нищете. Сам Веб считал себя циником, но на деле был всего лишь реалистом, поэтому испытывал жалость к таким детям, хотя помочь им ничем не мог. Но в этом квартале угроза могла исходить от кого угодно — даже от таких вот мальцов, поэтому Веб обшарил мальчишку взглядом с головы до ног в поисках оружия. К счастью, он не обнаружил ничего подозрительного, поскольку у него не было никакого желания стрелять в ребенка.

Мальчик поднял голову и посмотрел на него в упор. Одна лампа в аллее чудом уцелела, и при ее свете Веб увидел, что, несмотря на худобу, мышцы рук и плеч у мальчишки развиты хорошо и бугрятся, как порой бугрится кора-на ветке дерева в том месте, где ее когда-то надломили. На лбу у него красовался ножевой шрам, а на левой щеке виднелась темная, овальной формы ямка — такой след мог быть оставлен только пулей, Веб это точно знал.

— Пропадите вы все пропадом, — сказал паренек и засмеялся, вернее, хрипло захихикал.