Чтение онлайн

– А какие знаки для пешеходов знаешь?

– Синий круг, а в нем дядя нарисован, – это значит, что здесь только пешком можно ходить, а если велосипед нарисован, можно на велосипеде ездить. Пап, а когда вы мне велосипед купите?

– А ещё чему вас в садике научили? – отец сделал вид, что не услышал вопрос сына.

– Ещё там, где можно переходить улицу, должен висеть синий квадрат с идущим дядей в белом треугольнике.

– Молодец, сын, правильно.

– Но лучше, папа, переходить улицу там, где есть светофор. Красный свет горит – стоим и ждём, жёлтый – приготавливаемся, а когда зажжётся зелёный – можно смело переходить улицу, и если дядя на автомобиле в это время наедет на нас, то он будет за это отвечать.

– Ну, ты даёшь, Димка. Давай договоримся, если даже загорелся зелёный свет, всё равно ты должен внимательно посмотреть налево, и когда убедишься, что никакой дядя не едет на тебя, только тогда иди, а дойдя до середины улицы, как вас и учили, смотреть направо. Дяди и тёти на автомобилях разные ездят, поэтому нужно быть очень внимательным на дорогах.

Так за разговорами они не заметили, как подошли к своему дому.

– Папа, а можно мне ещё немного во дворе погулять? Я хочу Ромке рассказать про правила дорожного движения.

– Хорошо, погуляй, только не долго, а то нас мама с сестрёнкой к ужину уже заждались.

1978 г.

Детский сад закрыли на ремонт, и Димку временно определили родителям отца. И хоть присутствие внука добавило хлопот бабушке с дедушкой, они, несомненно, были рады малышу и всячески его ублажали. Ежедневные прогулки с дедом по городу, как правило, заканчивались в сквере недалеко от дома. Перед этим они покупали в одном из магазинов какую-нибудь «вкусняшку» для Димки, печенье для бабушки и булочку для голубей. Как только они садились на одну из скамеек и начинали крошить булку, голуби слетались со всего района. Птицы различались не только своей окраской, но и поведением.

– Смотри, смотри, дед, вот тот с жёлтой грудкой у всех отбирает кусочки, как будто ему не хватит. У нас в группе Витька Борисов такой же, подойдёт, игрушку заберёт, а сам не играет.

– Да, внук, птицы, как и люди, все разные, у каждой свой характер.

– А почему мы не умеем летать, как птицы? Вот было бы здорово.

Дед улыбнулся, вспомнив почти такую же фразу из монолога Катерины в пьесе А. Островского «Гроза».

– Ну, почему не летают, летают. И на самолётах, и на воздушных шарах. А наши космонавты? Ни одна птица так высоко не заберётся, как наши космические корабли.

– А что нужно, чтобы стать космонавтом?

– Во-первых, Дима, нужно вырасти и быть здоровым. А для этого надо каждое утро делать зарядку, заниматься спортом, правильно питаться.

– А мы, дед, правильно питаемся?

– Не всегда. Вот ты, например, перед обедом «схрумкаешь» несколько конфет, перебьёшь себе аппетит, а потом приходится тебя заставлять, чтобы ты поел суп или кашу. Разве это хорошо?

– Но конфеты вкуснее.

– Стать космонавтом нелегко, и мало есть только конфеты и печенье, надо ещё и кашу, и суп, и борщ.

– Понятно, только я лук в супе очень не люблю.

– Во-вторых, обязательно надо хорошо учиться. Сначала в школе, потом в институте, пройти трудную подготовку в отряде космонавтов. В-третьих, с раннего детства воспитывать в себе такие качества характера, как сила воли, дисциплинированность, трудолюбие.

– Да, задал ты мне задачку, – как-то уж совсем по-взрослому подытожил внук.

В семье жили две канарейки ярко-жёлтой окраски с зеленоватым отливом. Дверца в клетке почти всегда была открыта, и птицы вольготно летали по комнатам, садились на различные предметы. Особенно усердствовал кенарь, он отличался от своей подруги и длиной хвоста, и беспокойным характером, и виртуозным пением. Правда, можно было заметить, как он заискивал перед канарейкой, когда та была не в духе. Одним из любимых занятий деда с Димкой являлось шелушение семечек и кормление канареек, те порой могли клевать ядрышки прямо с руки. Потом на стол выставлялось блюдце с водой. Напившись вдоволь, птички начинали купаться, смешно размахивая крыльями и разбрызгивая воду по сторонам. Бабушка в это время отодвигалась со своим вязаньем подальше от стола, а Димка, наоборот, подставлялся под брызги и визжал от удовольствия.

Как-то за вечерним чаем, с интересом рассматривая стеллажи с книгами, Дима задал вопрос:

– А сколько у тебя, дед, книг?

– Я не считал, думаю, больше тысячи, – Гордеев-старший более тридцати лет выписывал приложение к популярному в Советском Союзе журналу «Огонёк». Рядом с массивными томами Большой Советской Энциклопедии выстроилось полное собрание сочинений В. И. Ленина, обязательный атрибут каждого уважающего себя коммуниста. Верхние полки были определены для иностранных классиков, нижние – для российских и советских писателей и поэтов. «Давно уже нужно было закончить составление картотеки своей библиотеки», – подумал Георгий.

– И ты все их прочитал? – продолжал расспросы внук.

– Конечно, разве что за исключением энциклопедии.

– Вот эти синие ты мне читал, там про золотого петушка и про Руслана и Людмилу.

– Правильно, это Александр Сергеевич Пушкин, великий русский поэт, – подтвердил Георгий.

– А этого я не знаю, – Дима указал на ряд книг в сиреневой обложке.

– Это Джек Лондон. Помнишь, мы читали с тобой рассказ, в котором дядя из последних сил полз по снегу, он поранил ногу, а товарищ бросил его. За ним шёл голодный и больной волк, который ждал, когда мужчина умрёт. Но человек оказался сильнее смерти и добрался до берега, где его ожидал корабль.

– А вот ты, дед, умрешь, кому достанутся все эти книги?

– Как кому? Конечно, моим сыновьям, твоему папе и дяде Станиславу.

– А потом?

– Когда потом?

– Ну, когда папа с дядей Славой умрут.

– Они передадут книги своим детям, а те своим, так и будет передаваться библиотека по наследству в нашем роду.

– Понятно, – Димка прошёлся вдоль стеллажей с книгами и удовлетворённо вздохнул.

После этого разговора прошло несколько дней, одним из вечеров, наблюдая за кенарем, бесстрашно сидевшим на голове деда, Димка задумчиво изрек:

– Смотрю я на тебя, дед, – старый ты уже, пора, наверное, умирать, – и посмотрел на домашнюю библиотеку.

Старики удивлённо переглянулись, недоумевая, чем дед заслужил такое пожелание от внука. Уловив Димкин взгляд, направленный на стеллажи, они, наконец, поняли мысли малыша.

– Так ты хочешь, чтобы дедушка поскорее умер, и тогда книги перейдут к твоему папе? – бабушка отложила в сторону вязание и вопросительно посмотрела поверх очков на внука.

Димка опустил голову, видимо, понимая, что сказал что-то нехорошее. Деда ему было жалко.