Дикарь
Шрифт:
— Ты можешь отвезти меня туда прямо сейчас?
Лукас выглянул в окно.
— Нет, уже слишком поздно. Мы можем пойти туда утром. Сейчас темно и холодно, и нам придётся спускаться вниз.
«Спускаться вниз?»
Харпер хотела начать спорить, умолять его передумать, но знала, что он прав. Наступала ночь, температура быстро понижалась, и выходить сейчас было бы глупо, учитывая, что простое ожидание рассвета значительно снижает любые возможные риски. Она долго ждала. И сможет подождать еще одну ночь.
— Могу я спросить, почему ты его носишь?
Лукас взглянул на медальон на своей темной рубашке, затем развязал его. Подойдя, он остановился в нескольких футах от Харпер и протянул ей медальон. Она взяла его и сжала в кулаке.
— Это твоё, — сказал Лукас.
Он не ответил на вопрос, а теперь она была не в состоянии повторить его: горло словно сковало от охвативших её эмоций, поэтому просто кивнула и обвязала шнурок вокруг своей шеи.
Когда взгляд Лукаса задержался на кулоне, в глазах была ясно различимая печаль.
«Он только что отказался отчего-то очень ценного, — поняла Харпер. — Ему стоило немалых усилий его отдать его. Но почему он так привязан к медальону?»
Что бы это ни было, она узнает ответ.
— Спасибо, — прошептала она, положив на медальон руку. — Маленький кусочек металла всё ещё хранил тепло его тела. — Как ты его нашел? Что ты делал?
Тень горечи промелькнула на его лице, но он быстро взял себя в руки.
— Просто однажды увидел. Металл блестел на солнце, и он словно позвал меня.
Лукас выглядел немного смущенным, как будто ему не хватало слов выразить мысли. Но Харпер догадалась, что он имел в виду — сверкающий металл привлек и захватил его внимание.
— Понятно, — сказала она, чтобы успокоить его, а затем вздохнула. — Что ж, я рада. В смысле, мне очень повезло, что я встретила тебя и… в общем...
Он носил её фотографию на шее последние пять лет. Это вызывало в ней странные чувства… трудно объяснимые. Но одно она знала точно — эти чувства не были отрицательными. Словно он защищал и оберегал её семью для неё.
…Всегда вместе, никогда врозь…
Лукас еще мгновение смотрел на Харпер, затем подошёл к дровяной печи и подбросил внутрь несколько поленьев. Именно тогда она, наконец, вошла в комнату. Справа от неё у стены стояли четыре металлические кровати, хотя на трёх из них не было ни матрасов, ни одеял. На четвёртой явно спал Лукас: тёмно-серое шерстяное одеяло, натянутое до самого верха матраса, и единственная подушка. Они напомнили Харпер кровати, которые она видела в фильмах о тюрьмах.
Она нахмурилась.
— Здесь и другие люди живут?
Лукас посмотрел на пустые койки, сидя на корточках перед печью, вороша поленья длинной палкой.
— Это должен был быть домик для летнего лагеря, но… у кого-то закончились деньги. Или что-то в этом роде. Он был пуст, когда Дрисколл купил эту землю. — Он помолчал. — Во всяком случае, так он мне сказал. Это всё, что я знаю.
Харпер склонила голову набок. Он как-то странно выразился.
— Думаешь, он лгал?
Лукас выпрямился во весь рост, дверца печки захлопнулась с глухим щелчком.
— Не знаю.
Харпер хотела задать ему ещё вопрос, но не была уверена, какой именно. Просто... было что-то в том, как он это сказал. Тон его голоса заставил её подумать, что он не доверял Дрисколлу. Не считал его правдивым человеком. И это вызвало у неё жгучее любопытство.
«Ты не следователь, Харпер. Не выдумывай».
— Ладно, я просто, — она распахнула дверь, ледяной воздух тут же окутал её, вызывая дрожь по всему телу, — вернусь утром. Во сколько?
— С первым солнечным лучом.
«С первым солнечным лучом…»
— Хорошо, — она схватила винтовку и ещё раз обернулась, прежде чем закрыть за собой дверь. — Я принесу кофе.
Он нахмурился, и она вдруг почувствовала себя глупо.
— Ты пьёшь кофе?
— Конечно.
Харпер немного растерялась.
— Хорошо, договорились, — наконец сказала она, вышла на крыльцо и закрыла дверь.
Харпер на мгновение прикрыла глаза, чувствуя себя полной идиоткой. Но Лукас собирался отвезти её туда, где покоились её родители, на место той давней катастрофы, которая искалечила её жизнь и так сильно изменила судьбу. Кожу покалывало от волнения, и она глубоко вдохнула холодный воздух, когда забралась в свой грузовик и включила зажигание. Ничего не произошло. Она попробовала ещё раз, но всё равно ничего не вышло.
— Чёрт, — простонала Харпер, закрывая глаза и понимая, что в спешке, столкнувшись с Лукасом, она не только чуть не убила выводок лисиц, но и, должно быть, оставила дверь своего грузовика слегка приоткрытой, и поэтому свет в салоне остался включённым. Аккумулятор был старым и нуждался в замене, но она постоянно откладывала визит в сервисный центр, потому что не могла себе этого позволить. А теперь он разрядился.
«Отличная работа, Харпер. Чёрт, чёрт, чёрт!»