Диггер
Шрифт:
— Надеюсь, вы не допустите такой же оплошности, как с крысами! Иначе…
Дальше фраза обрывалась. Глеб насторожился. Он вдруг четко осознал, что речь идет о них с Женей. Именно их преследуют ликвидаторы и поджидают снайперы. Он метнулся к своему телу и взглянул на часы.
— Мать их за ногу! — воскликнул журналист. — Ведь Снегирев ушел почти час назад! Если он поднимется на поверхность, его подстрелят, как щенка!
Он кинулся следом за другом. Парень мчался как ветер. Оранжевые всполохи освещали путь.
— Только бы он не выбрался, только бы не успел! — бормотал он себе под нос.
Вдруг Глеб влетел в высокую полую шахту. В ее стену была вмонтирована лестница, ведущая наверх. Журналист попытался разглядеть, что творится у него над головой, и внезапно увидел мелькающий огонек фонарика.
— Жека! — радостно выдохнул он, и целый сноп огненных искр вырвался из его рта.
Снегирев уже преодолел половину пути до люка, ведущего на поверхность. Внезапно он заметил под ногами оранжевое сияние. Он посмотрел вниз и увидел, как огромный огненный силуэт испустил в его сторону пламя.
— Мамочки! — завопил Женя и ринулся наверх, едва успевая переставлять руки и ноги.
— Жека! — снова закричал Глеб. — Тебе нельзя наверх! Там снайперы!
Огненное облако понеслось по шахте вверх.
— Ой-ой-ой! — запричитал в ужасе Снегирев. — Что же делать?
Он тут же снял с плеч рюкзак и кинул его вниз, немного сбив при этом пламя. Огонь почти не задел его, лишь слегка обдав жаром. А Женя принялся карабкаться по лестнице еще быстрее.
— Куда ж ты прешь? — пробормотал журналист, как вдруг до него дошло, что Снегирев видит в нем не его самого, а огненного монстра.
— Ладно, давай поиграем по твоим правилам, — сказал Глеб и протиснулся в стену.
Он помнил, что через стены двигаться гораздо сложнее, чем на открытом пространстве, но ему было нужно незаметно обойти своего друга. Изо всех сил журналист принялся карабкаться по шахте наверх. Через пару минут он нагнал, а затем и перегнал однокурсника. Сделал он это весьма своевременно, поскольку над головой уже была видна крышка люка. Но Глеб не стал дожидаться, когда к ней приблизится Женя, и вынырнул из стены наружу…
Снегирев поднял голову к спасительному люку, как вдруг над ним полыхнуло пламя. Он вскрикнул и начал поспешно спускаться вниз.
— Молодец! Хороший мальчик! — ухмыльнулся журналист.
Он стал постепенно опускаться следом, вынуждая однокурсника идти назад. Вскоре Снегирев достиг дна шахты, схватил рюкзак и бросился в подземный тоннель. Глеб не приближался к нему, но держался на таком расстоянии, чтобы Женя видел его и бежал в обратном направлении.
Когда до места, на котором парни расстались, осталось не больше километра, журналист неожиданно вспомнил о группе ликвидаторов, следующей по их следам.
— Ексель-моксель, — пробормотал он. — Пока я тут Снегирева пасу, они там, возможно, мое тело уничтожают!
Не разбирая пути, Глеб метнулся над головой перепуганного до смерти Жени к своему телу.
К счастью, ликвидаторы еще не добрались до нужного места. Журналист закричал от радости, выдав сноп огненных искр. На всякий случай он решил промчаться по тоннелям, чтобы обнаружить посланную за ними группу. Он рванул с места, оставляя позади свое тело и рюкзак, и кинулся к Озеру Лысых. Но не успел он до него добраться, как заметил впереди группу людей в черном. Их лица были скрыты обтягивающими шапочками-масками, а в руках они держали странное оружие, напоминающее усеченные конусы.
«Значит, я был прав и разговор точно шел о нас с Жекой, — подумал Глеб. — Что за хрень они держат в руках? Не похоже ни на пистолеты, ни на автоматы, ни на ружья…» В этот момент ликвидаторы заметили огненный силуэт, приближающийся к ним из темного тоннеля. Шедший впереди человек махнул рукой. Бойцы вскинули «конусы», направили их на журналиста и принялись стрелять. Глеб не понял, что произошло. Звуков выстрелов он не слышал. Он лишь видел, как его огненное тело пронзили голубоватые лучи. Они прошли сквозь него, не причиняя никакого вреда, зато стены земляного коридора за его спиной вдруг стали рушиться.
«Вот ведь гады! — подумал парень. — Сейчас обрушат тоннель. А вдруг нам со Снегиревым к озеру нужно будет вернуться?» И что есть мочи он закричал:
— Эй вы, придурки! А ну успокойтесь и валите отсюда, а то хуже будет!
Ликвидаторы его слов не услышали, зато они наблюдали феерическую картину с огненными всполохами, языками пламени и миллионами ярких искр. Это не остановило их, и они, продолжая стрелять, стали надвигаться на журналиста. Падающие куски земли проходили сквозь Глеба, образовывая под ногами насыпь из оплавленной глины. Он понял, что группа ни за что не повернет назад, не выполнив приказа. Парень не на шутку разозлился и крикнул:
— Сами напросились, дебилы!
После этого он ринулся вперед, выкрикивая что попало и изрыгая огонь. Бойцы остановились. Они заметили, что их оружие не причиняет странному силуэту никакого вреда. В замешательстве они ожидали приказа своего командира. Тот рявкнул, и ликвидаторы вновь подняли оружие. Но журналист не стал дожидаться новой атаки и выдал такой огненный столп, что парни в масках побросали «конусы» и с дикими криками бросились прочь. Глеб расхохотался, и миллиарды огненных искр разлетелись по тоннелю. В этот момент командир вытащил из-под ремня какой-то прибор и направил его на журналиста. Острая боль пронзила плечо парня. Он вскрикнул и… провалился в небытие.
Когда журналист открыл глаза, то первое, что он увидел, было лицо его друга Жени, склонившегося над ним. Тот держал у его носа какую-то вонючую ватку. Глеб вдохнул едкий воздух, закашлялся и окончательно пришел в себя.
— Ну, слава богу, очухался! — с облегчением вздохнул Снегирев.
Журналист огляделся и увидел, что он лежит возле своего рюкзака, на том самом месте, где они и расстались.
— Давно я в отключке? — поинтересовался Глеб, протягивая приятелю руку, чтобы тот помог ему подняться.