Чтение онлайн

— До связи…

Станция сделала очередной виток вокруг Земли, и успевший перекурить Гарри Трэш получил исчерпывающий и совершенно его не устраивающий ответ.

Никто меча не касался.

Меч был сразу же, после того как обнаружен, помещен в полиэтиленовый пакет.

Да? А вот и нет!..

— Но, чтобы его туда поместить, его кто-то должен был обязательно взять в руки! — уцепился за последнее легкое объяснение Гарри.

— Зачем? — возразил, в который раз разочаровав Гарри, Рональд Селлерс. — Это у вас, на Земле, надо. А у нас — нет! Меч висел в воздухе, и на него, не притрагиваясь к нему, просто надели пакет.

Да… Вот так просто?..

Ну никак Гарри не мог привыкнуть к этой чертовой космической специфике, опять попав впросак!

Но как же тогда на мече оказались посторонние «пальчики»?

Может, японец его кому-нибудь показывал?

— Нет, вряд ли, — ответил Рональд Селлерс. — Список разрешенных на орбите личных вещей ограничен, и о любом постороннем предмете известно заранее. Никакого меча в личных вещах японского космотуриста не было!

Но позвольте, а как же тогда японец протащил свой меч на МКС?!

Странно, что этот вопрос не пришел Гарри в голову раньше! Впрочем, для него — «землянина» — это было простительно. Ему довольно было признания японца, что это его меч.

А вот астронавты могли бы по этому поводу задуматься!

Ведь на эмкаэску лишний грамм виски не протащить, а тут целый самурайский меч! Он что его — на себе пронес?..

Да нет, на себе невозможно, потому что космонавтов перед полетом раздевают и одевают в присутствии черт знает какого количества людей. Так что в одежду ничего лишнего не сунешь!

Как же он умудрился?!

Как?!

Завтрак в горло не лез, хотя его не нужно было даже пережевывать, его можно было просто туда выдавливать. Из туб и пакетиков.

Сегодня на стол были выложены деликатесы.

Все задумчиво давили тубы и высасывали через трубки из пакетиков супы, вскрывая одноразовые упаковки, даже не чувствуя вкуса еды. Все были задумчивы и погружены в себя.

Раньше за едой они оживленно общались, превращая эту довольно безвкусную процедуру в небольшие «вечеринки». Сегодня молчали, не глядя друг на друга, не глядя на залепленный черным иллюминатор и не глядя в сторону прохода, который вел в шлюзовой модуль, где, погруженные в скафандры, плавали два трупа — жертвы и убийцы — американца Юджина Стефанса и японского космотуриста Омура Хакимото.

Так что они вообще никуда не смотрели, глядя строго перед собой.

Тягостное молчание прервала Кэтрин Райт Которая, в отличие от мужчин, не могла так долго молчать.

— И все же, я не понимаю… — вздохнула Кэтрин.

Все повернулись к ней.

Чего она опять там не понимает?

Польщенная всеобщим вниманием, Кэтрин сказала совсем не то, что хотела сказать вначале. Сказала то, о чем все давно думали, но никто не решался сказать об этом вслух.

— Я все время думаю, как он смог развязаться?

Кто — уточнять не стала. Всем было ясно, что она имеет в виду японца.

— Так и развязался, — исчерпывающе ответил русский космонавт.

— Как — так? — попросила уточнить въедливая американка, чтобы продолжить разговор.

— Ну откуда я знаю, — довольно раздраженно ответил Виктор. И добавил по-русски: — Иди у него спроси!

— Наверное, узлы ослабли, — примирительно сказал командир Рональд Селлерс, потому что в его обязанности входило вовремя гасить возможные конфликты. Не хватало еще всем здесь рассобачиться!

Русский притих.

Американка тоже тихо тянула свою колу.

Но влез, причем совершенно не к месту, немец.

— Позвольте, а кто его последний завязывал? — обрадованный тем, что смог придумать такой замечательный вопрос, поинтересовался он.

И все стали вспоминать — кто.

А кто?..

Но долго вспоминать не пришлось, потому что виновник объявился сам.

— Последним его завязывал я, — ответил китайский астронавт Ли Джун Ся.

И все тут же замолчали, снова вернувшись к еде. Потому что с китайским астронавтом предпочитали не связываться. Слишком он был закрыт, от всех далек и всем непонятен.

Но, ничего не сказав, все подумали одинаково. Подумали, что, может, это он развязал японца. Из солидарности. Кто их, этих восточных ребят, разберет — у них своя, отличная от американской и европейской философия, свое видение мира и своя взаимовыручка. Им столковаться проще.

Кажется, у того, кто делает харакири, всегда должны быть помощники. Так, может, он и был? Китаец? Потому что все остальные от такой почетной обязанности наверняка отказались бы…

Невысказанный вопрос повис в воздухе.

И китаец его «услышал».

Повертевшись на месте, он не выдержал и громко, хотя его никто ни о чем не спрашивал, сказал:

— Я крепко его связал! Я очень хорошо владею древнекитайским искусством вязки узлов! Мои предки были моряками, а я сам служил в армии.

Никто не проронил ни слова.

— Я связал его петлей джинь-цу! Ее нельзя развязать! — уточнил китайский астронавт.

— Да? А как же он тогда развязался? — все же не выдержав, ехидно поинтересовалась американка.

Китаец напряженно замолчал.

— Мои узлы нельзя развязать! Их может развязать только тот, кто их знает, — вновь, как заведенный, повторил он. — Только тот, кто знаком с древнекитайским искусством вязки. Или если развязывать их очень-очень долго!

Очень-очень?..

— Как же тогда?.. — не договорил командир, о чем-то напряженно думая. — А кто-нибудь знает, где сейчас эти чертовы веревки?